Гнутая монетка - Дженнифер Белл

Костлявые пальцы Смоукхарта впивались Иви в плечо, она пригнулась, но все равно стукнулась головой, взбираясь в карету подземной стражи. Она скользнула на сиденье спиной к окну и положила на колени руки, намертво сцепленные необычной скрепкой.

Напротив сидел еще один арестованный – худощавый мужчина с кожей цвета кофейных зерен и короткой черной бородкой. Он был в джинсах и старинной накидке, отороченной мехом и расшитой золотыми цветами. Иви встретилась с ним глазами, и он устало улыбнулся. Его бирюзовые глаза смотрели без всякого выражения, и Иви подумала, что он еще не до конца проснулся.

Карета накренилась, и рядом плюхнулся Себ. Иви старалась не обращать внимания на толпу снаружи, но это было непросто. Слышались истерические выкрики и сердитые возгласы, то и дело доносилось: «Гильдия Падших»… «Ренч»… В оконца заглядывали лица, искаженные гневом. Какая-то торговка с корзиной, полной детских пустышек, схватила из кучи одну и с ненавистью посмотрела в их сторону.

– Себ… – сказала Иви. – По-моему, эта женщина…

Шлеп! Пустышка ударилась в стекло, а потом…

А потом раздулась, как пузырь из жвачки, взорвалась с громким хлопком и растеклась по стеклу отвратительной вонючей желтой слизью.

Себ зарычал и пошевелил руками, перехваченными скрепкой. Тут и другие необычные начали хватать из корзины пустышки и швырять их в карету. Стекла со всех сторон залепило желтой дрянью, то и дело слышались хлопки. Иви вспомнила, где она раньше видела эти мерзкие штуки – вчера, когда хулиганы забросали такими же башню цветоперьевой почты.

Смоукхарта не удивило и не возмутило поведение толпы. Напротив, судя по всему, он был доволен.

– Нет, ну что мы им сделали? – спросил Себ, отворачиваясь, когда очередной заряд попал в стекло. – Напрасно мы думали, что кто-нибудь из них попробует помешать нашему аресту.

Еще один шлепок. Иви поморщилась, словно от боли, и подумала: брат не совсем прав – Этель же попыталась.

Себ опустил голову.

– Скверно, когда ты связан с кем-то из «Панихиды». Ничего не поделаешь.

Иви кивнула.

– Знаю. – У нее было чувство, что отныне им с братом все время придется доказывать, что они не такие, как Октавий Ренч. Просто чтобы люди перестали их люто ненавидеть. Такое с ней случилось впервые. До сих пор все судили о ней по ее поступкам, а не по тому, чья она родственница.

Карета тронулась с места, и Иви качнулась. Лошади перешли на рысь, копыта застучали по булыжной мостовой, и этот звук напоминал мерный ход швейной машинки. Некоторое время толпа следовала за ними, но Иви слишком погрузилась в свои мысли, чтобы обращать на нее внимание. Минут через десять их с братом привезут в отделение подземной стражи и запрут в камере. Иви окончательно упала духом. Как же они спасут маму и папу?!

Они все ехали, а Иви пыталась восстановить цепочку предшествовавших событий. На них напали три раза: сначала гримвольф, потом селки и, наконец, призрачная моль. Она вспомнила, что в газетной статье говорилось о восстании мертвых. Наверное, «Панихида» теряет терпение. Интересно, что злодеи собираются сделать с Большим Необычным Товаром, если все-таки найдут его?

– Маме с папой осталось жить до полуночи, – сказала она дрогнувшим голосом.

– Думаешь, я забыл? – Себ покосился на дремавшего в уголке мужчину. – Как думаешь, можно при нем говорить?