Практика - Наталья Самсонова

— С моей помощью Кигнус Некромант вернулся к жизни, а это, — я обвела рукой лицо, — несчастный случай.

В комнате повисла тишина. Которую разбавил возмущенный возглас Верена:

— И эти люди ругали меня из-за картины!

Слова Верена разбили напряженность атмосферы, и нас охватила настоящая эпидемия истерического смеха.

— Так, шутки в сторону, — Вьюга хлопнул ладонью по столу. — Вино мы не пили, вот и повод.

— Так ведь утро. Рассвет то есть.

— Я щит поставлю. — Лий покачал головой. — Эти новости нужно запить, переспать, обсудить и решить, что и как врать. А для этого ты должна рассказать нам все.

— Мы семья, кто бы и что ни натворил — мы вместе, — согласилась Кариса. — За твоим предком много крови, но мы все не глупы и знаем — историю пишут победители.

— Он неплохой. Он как я, или я как он, — улыбнулась я. — Я так боялась, что вы от меня откажетесь.

— Глупо, даже без учета нашей дружбы, — фыркнул Лий. — Он уже возродился, так что надо быть поближе к раздаче бонусов.

— Если они похожи, — усмехнулся Вьюга, — то лучше без бонусов. Рысь вон уже отхватила.

Я села за стол, взяла кружку, в которую Дар налил вино, и глубоко вдохнула.

— Однажды я неудачно вышла замуж...

Выдав эту фразу, я замолчала. Ребята не пытались перебить меня или поторопить, только Вьюга бросил вокруг нашего стола дополнительную «заглушку».

— Однажды я неудачно вышла замуж, — повторила я, — зато по любви. Я поссорилась с семьей, и даже чуть-чуть была счастлива. Совсем чуть-чуть — ровно до свадьбы.

Кариса положила руку мне на плечо и сжала. Я кивнула и, собравшись с духом, продолжила:

— Я не Лаура фон Сгольц. Рысь — моя настоящая фамилия, я обменная душа. Но судьба у нас с Лаурой одинаковая. Кигнус Некромант, мертвец, посещавший меня во снах с того момента, как мы с Карисой сходили к ювелиру, признал меня фон Сгольц, своей внучкой.

— А когда произошло замещение? — тихо спросил Верен.

— Я еще не была знакома с вами. Мы обменялись телами после того, как Лаура попала в дом исцеления. Чтобы магический дар успел проявиться, и чтобы мне не пришлось близко знакомиться с ее мужем. Но правда в том, что я бы согласилась. На все.

— Почему? — тихо спросил Лий.

— Потому что мой муж решил умереть вместе со мной, — я передернулась, — и на машине, вроде вашего мелдо... На полном ходу он бросил машину на встречную полосу движения, кажется. Или нет — я не помню. Помню свет, боль, страх и удушье. А после я проснулась в целительском покое — парализованной на всю жизнь. Без шансов.

— Ракшас... — Кариса подвинула стул ко мне и обняла за плечи.

— Обмен подарил телу Лауры магию, а мое тело было оздоровлено.

Про видения я говорить не стала, сама не уверена, что это было.

Вьюга встал и долил в мой бокал вино. Я благодарно кивнула, смочила горло и продолжила:

— Потом учеба, знакомство, дружба — вы моя семья. И Кигнус. Он не хотел ничего запредельно плохого, всего лишь изменить мир. Но это естественное желание любого из Легендарных. Куда ни посмотри, а во всех заварушках есть их след. Я читала несколько свитков с аналитикой происшествий и полностью согласна с авторами. А что, на мой взгляд, повышает достоверность — так это забвение, которое поразило все подобные исследования.

— Но почему не засекречено? — нахмурился Верен.

— Стало бы только хуже — возмутились бы авторы статей и тем самым привлекли бы внимание к своему проекту, — промурлыкала Кариса. — А так никому не интересные свитки, много ли таких упорных студентов, как Рысь?

— Итак, подытоживая, — мы будем менять мир? — подвел черту Лий.

— Ну или попытаемся, — улыбнулась я.

— Ну ладно, я согласен. Если что, чур, трон королевства оборотней мне. Это будет самая эпичная шутка — эльф во главе шерстяной своры.

— Тогда мы с Даром сядем на лесной трон эльфов, вот где будет шутка — оборотень и человек во главе царства снобов, — фыркнула Кариса и, перегнувшись через меня, отвесила эльфу звонкий щелбан.

— А я про бонусы не понял, — нахмурился Верен. — Если все так плохо, то зачем сам легендарный это сделал?

— Я не знаю, честно. И про костер я не очень поняла, но приняла на веру. Ну, он же скоро появится, вот и расспрошу. Просто поверьте — долгого диалога не получилось. Потому что самый смак впереди.

— В смысле? — удивился Лий.

— В смысле, слушайте, что было дальше!

Дальше я в лицах, прыгая по комнате, живописала нереально крутую драку двух легенд.

— И он такой: «Не стой за ее юбкой!», а тот в ответ — бац! И все, такой — вжух! Ужасно интересно!

Я едва успевала дышать, а ребята внимали и явно мне завидовали.

— Ракшас, ну почему не я? Посмотреть, как сражаются два легендарных!.. — застонал Вьюга. — Это же какой опыт! Приемы, уловки!

— Да куда там, — махнула я рукой, — они же с такой скоростью двигаются! Ничего не понять, вот серьезно. Они то стоят-стоят, давят друг на друга мощью, то просто растворяются в воздухе, одни размытые тени по кладбищу носятся. В принципе, я так и различала, смотрю, надгробия один за другим трескаются — значит, ювелир пробежал. А потом смотрю, раскалываются — о, Кигнус его догоняет. Но, конечно, было нереально круто. И страшно — я окончания драки не знаю, спеклась.

— Мы должны научиться передавать друг другу воспоминания! — Вьюга допил вино и крякнул. — Чувствую, это прям необходимо.

— Но тут вопрос, что ты увидишь — если то же самое, что и я, то смысл?

— То есть? Естественно, я увижу то же, что и ты, — удивился Вьюга.

— Нет, смотри, у тебя скорость реакций выше, и при равных условиях — то есть сидя на одной линии и глядя на одно и то же — мы увидим разную картинку.

— И вот тут возникает вопрос, кто пойдет за вином, — оборвал нас эльф. — А в памяти у тебя хранится все. И если ты сможешь вызвать это воспоминание, то его удастся замедлить и все-все рассмотреть. Но я не смогу. И вы тоже.

— За вином идти не надо, — хмыкнула Кариса. — У меня была целая ночь, прежде чем вы отошли и заметили, что Рыси нет. Мы знакомы меньше года, но я точно знала — те новости, что она принесет, нужно будет запить.

С этими словами Кариса встала и достала из буфета несколько бутылок вина.

— Не самый лучший сорт, — пожала она плечами, — но не отравимся.

— Мне вот интересно, как он вернется? Ему ведь нужен титул, — задумчиво протянул Верен. — Паренек из деревни может поднять мятеж, но и только.

— Я думаю, он возьмет главенство над своим родом, — в тон Верену протянула Кариса.

— И он сказал, что это будет возрождение и месть одновременно, — припомнила я. — Или как-то похоже. У меня смазанные воспоминания о произошедшем.