Песни Перна - Энн Маккефри

— Ну-ка прекрати, негодница!

Красотка, а вслед за ней и Крепыш с Нырком с жаром ополчились на Тетушку первую и принялись так яростно ее бранить, что бедняжка предпочла поскорее убраться.

— Неужели королева и оба бронзовых тоже твои? — изумленно осведомился мужчина.

— Боюсь, что да.

— Тогда ты не кто иная, как Менолли! — произнес он, поднимаясь, и отвесил ей такой изысканный поклон, что девочка зарделась от смущения. — Лесса только что сообщила мне, что я могу получить два яйца из той кладки, которую ты нашла. Я, знаешь ли, питаю слабость к коричневым, хотя и от бронзового тоже не отказался бы. Конечно и зеленые, вроде этой дамы, — он так лучезарно улыбнулся наблюдавшей за ним Тетушке второй, что она благосклонно курлыкнула, — тоже прелестные создания. Но это не значит, что я стал бы возражать против голубого.

— Разве вы не хотели бы получить королеву?

— Ну, это было бы, пожалуй, не слишком скромно с моей стороны, — он задумчиво потер подбородок и лукаво прищурился. — Хотя, если подумать, что Сибел, мой помощник, которому предназначено второе яйцо, может обзавестись королевой, тогда как я… А впрочем… — Незнакомец развел руками, показывая, что предоставляет все случаю. — Ты здесь кого-то ждешь? Или боишься, что суета, царящая на той стороне чаши, может смутить твоих друзей?

— Мне как раз туда и нужно — пора перевернуть яйца, ведь они лежат в теплом песке у жаровни. Да только Т'геллан, который привез меня на Площадку Рождений, велел мне ждать его…

— А сам про тебя и думать забыл? Ничего удивительного, если учесть все сегодняшние треволнения. Незнакомец откашлялся и протянул ей руку. Менолли с радостью приняла помощь — самой ей было бы не подняться.

Мужчина сделал несколько шагов и вдруг заметил, что она не поспевает за ним. Он вежливо обернулся, поджидая девочку. Менолли постаралась не отставать, но ее хватило всего на три шага, а потом под пятку попал такой острый камешек, что она невольно вскрикнула. Красотка закружилась у нее над головой, сердито крича. К ней присоединились Крепыш с Нырком.

— Обопрись на мою руку, милая. Ты, наверное, слишком долго ходила по горячему песку. Хотя нет, погоди. Ты, конечно, рослая девица, но мяса у тебя на костях немного.

Не успела Менолли возразить, как незнакомец подхватил ее на руки и понес через чашу Вейра.

— Да скажи ты своей королеве, что я тебе помогаю, — взмолился он, когда Красотка, налетев сверху, растрепала его седеющие волосы. — Нет, поразмыслив на досуге, я, наверное, все же предпочту зеленую.

Красотка слишком вошла в раж, чтобы внять увещеваниям Менолли, так что девочке пришлось махать руками над головой незнакомца, чтобы защитить его от когтей маленькой королевы. Не было ничего удивительного в том, что их появление у кухонной пещеры вызвало всеобщее внимание. Но все так почтительно расступались перед ними, так уважительно кланялись, что Менолли поневоле задумалась: кто же ее спутник? Камзол у него был серый, украшенный лишь синей полосой, — значит он арфист и, скорее всего, из Форт Вейра, если судить по желтой эмблеме на рукаве.

— Что, Менолли, ноги разболелись? — всполошилась возникшая как из-под земли Фелина. — Неужели Т'геллан про тебя забыл? Совсем безголовый, чтоб ему ни Скорлупы, ни Осколков! Как это любезно с вашей стороны, мой господин, что вы ей помогли.

— Какие пустяки, Фелина. Зато я выяснил, что она главная смотрительница яиц файров. Но если у тебя найдется стаканчик вина… А то что-то у меня в горле совсем пересохло.

— Господин, я уже могу сама встать на ноги, правда, могу, — забеспокоилась Менолли: что-то в поведении Фелины подсказало ей, что незнакомец — слишком важная персона, чтобы таскать на себе юных хромоножек. — Фелина, я честное слово, пыталась его остановить.

— Просто я, как всегда, поступаю со свойственным мне великодушием, — заявил незнакомец. — И прекрати брыкаться — мне и так тяжело.

Фелина, которая вела его к столу, под которым дожидалась корзинка с яйцами, так и прыснула, услышав эту похвальбу.

— Вы, как всегда, невыносимы, мастер Робинтон. Но вино вы заслужили, право слово, заслужили. Сейчас Менолли выберет вам самые лучшие яйца. Ты уже знаешь, Менолли, какое яйцо — королевское?

— После того, как ее королева чуть не лишила меня глаз, я ради собственного спокойствия предпочту любой другой цвет. А теперь, Фелина, будь умницей, принеси скорей вина. Я просто изнемогаю от жажды.

Пока он осторожно усаживал Менолли на стул, в ушах у нее эхом отдавались шутливые слова Фелины. Вы невыносимы, мастер Робинтон… невыносимы, мастер Робинтон… — Она ошеломленно уставилась на своего спасителя.

— В чем дело, Менолли? Я что, испачкался, пока таскал тяжести? — он отер лоб и щеки и внимательно рассмотрел ладонь. — Спасибо, Фелина, ты спасла мне жизнь. А то у меня язык присох к небу. Ваше здоровье, юная королева, благодарю за любезность, — поднял он стакан, обращаясь к Красотке, которая заняла свое место на плече у Менолли и, крепко обвив хвостом шею девочки, злобно таращилась на арфиста.

— Ну, что случилось? — ласково спросил он.

— Так вы — Главный арфист?

— Ну да, я Робинтон, — небрежно ответил он. И я уверен, что тебе вино тоже пойдет на пользу.

— Нет, мне нельзя, — Менолли умоляюще замахала руками. — Я сразу начну икать, а потом засну. — Она вовсе не собиралась это говорить, но надо же было как-то объяснить свой неучтивый отказ. Вдруг девочка с ужасом вспомнила, что блузка на ней вся в пятнах, ноги в песке, волосы взлохмачены. Да, совсем не так представляла она свою первую встречу с Главным арфистом Перна. Менолли совсем сконфузилась и повесила голову. — Настоятельно рекомендую всегда сначала поесть, а потом уже пить, самым любезным тоном произнес мастер Робинтон. — Я просто уверен, что именно в этом половина твоей беды — добавил он, а потом крикнул, — Фелина, дитя просто падает от голода.

Менолли затрясла головой, пытаясь возразить, но Фелина уже велела пробегавшему мимо мальчику принести кла, корзинку хлебцев и блюдо с нарезанным мясом. Пока подавали на стол, как будто она госпожа какая-нибудь, Менолли от смущения уткнулась носом в кружку, дуя на горячий кла.

— Можно голодному человеку присоединиться? — таким жалобным, нарочито дрожащим голосом спросил мастер Робинтон, что Менолли невольно подняла глаза. Выражение лица у него было умоляющее, печальное и подкупающе добродушное, и девочка, на миг забыв про свои огорчения, улыбнулась в ответ на его шутку. — Видишь ли, вечером мне понадобится много сил, к тому же необходимо заложить основу для выпивки, — доверительно сказал он, понизив голос.

У Менолли было такое чувство, будто Главный арфист делится с ней своими заботами. «Но почему он так печален и обеспокоен? — недоумевала девочка. — Неужели не все в Вейре сегодня счастливы?»

— Положим несколько кусочков мяса на ломоть этого превосходного хлеба, — дрожащим, как у старика, голосом проговорил Робинтон. — А потом, — к арфисту снова вернулся его звучный баритон, — запьем все это стаканчиком доброго бенденского.