Игра на нервах. Книга 2 - Денис Деев

- Кейн, что делать будем?

- Что делать? Делать мы будем цыплят. Из коршунов, - Первый Убийца, прищурившись, разглядывал темнокожих аборигенов, покрытых татуировками.

- Кейн, я серьезно. Смотри на этого здоровяка, мне кажется, от него стоит ждать серьезных неприятностей.

Воин-коршун размотал свой пояс, оказавшийся длинным бичом, на концах которого болтались металлические крючья. Воин крутанул бичом в воздухе, странник поежился, представив, как эти крючья впиваются в его тело.

- Да не, он не опасен. Просто сильный кусок мяса. Мне такое мясо на один зубок. А вот дед да, полон сюрпризов.

Найд перевел взгляд на старика, почти полностью скрытого под накидкой из сшитых между собой стеблей тростника. Глаза у деда закатились, явив миру перламутровые белки, а синеющие губы шептали мерзкие заклятия.

- Морисиус, друг мой, - вдруг раздался громкий голос короля, идущего со своей свитой к краю арены, - я хочу, чтобы ты описал свадьбу моей дочери ярко! Помпезно и пышно!

Странник резко обернулся и увидел, что король идет приобнимая за плечо пожилого мужчину в длинном сером плаще с капюшоном.

- Я летописец, сир. А не бард, - возразил королю тот.

- Да брось! У вашей братии вся красота поэзии зависит от щедрости платы. Так вот - с платой я тебя не обижу.

- У вас на подготовку есть две минуты. Сначала, вам надо пойти помолиться на капище возле арены, чтобы в случае вашей смерти, вы смогли воскреснуть на нем, - сообщил подошедший к страннику младший распорядитель Румис, - Потом вы можете начинать принимать эликсиры. Пить эликсиры после начала поединка запрещено. С собой можно брать всего два зелья исцеления. Попробуете пронести лишние...

- Румис, погоди, - оборвал распорядителя Найд, - кто это идет рядом с королем?

- Это Морисиус, известный путешественник...

- Тот самый, который «Мифы и легенды Четырехземья» написал?!

- Тот самый. Он согласился присутствовать на...

- Он на турнире будет? - снова перебил Румиса странник.

Румис поморщился, нарушение правил хорошего тона его раздражало.

- Вряд ли. Он не любитель кровавых зрелищ.

Странник обернулся еще раз. И правда - поговорив с королем, Морисиус направился к выходу из амфитеатра.

- Черт! Румис, что будет, если один из напарников не явится на поединок?

- Чего?! - изумился Кейн.

- Да погоди ты. Румис, что случится, если я пропущу поединок и ему, - Найд ткнул пальцем в Первого Убийцу, - придется драться одному?

- Этим вы выкажете неуважение к противнику, - поджал губы младший распорядитель, - а кроме того, увеличите шанс своего проигрыша. Всем известно, что один боец не может полноценно противостоять двум.

- Этот - может. Кейн, тебе придется драться в одиночку, - обрадовал странник своего напарника.

- Да как!? Я же не могу их... - Кейн покосился на Румиса, но все-таки озвучил свою тайну, - убивать.

- Выкрутись, поколоти их так, чтобы они встать не могли. Обзывай их бабушку, сделай так, чтобы они друг друга укокошили. Кейн - мне очень нужен этот Морисиус.

- Сначала тебе очень нужна эта девка. Потом какой-то мужик. Ты бы уже определился, кто и зачем тебе нужен, - проворчал Кейн, а странник, уже не слушая его, быстрым шагом направился к выходу.

Задержись он хоть на секунду, то своим тонким слухом он мог бы уловить, как рыцарь-огневик, наклонившись к своему напарнику, спросил:

- Артур, посмотри на того паренька, который сейчас торопится к выходу. Не его ли лицо было на том плакате, который всем показывала Киллтайм.

Артур Бедоносец поднял забрало своего шлема и вгляделся в убегающего с арены странника.

- Да. Это он. Мы с ним встречались раньше, - Артур узнал Найденыша, едва тот появился на арене. Но говорить об этом не стал. Ему было жаль парня, когда его Милена избила еще тогда, в Амони. Конечно паренек заматерел, это было видно с первого взгляда. Но в Штормовом Королевстве сейчас находился десяток отпетых отморозков из банды Милены, которые разорвут его на клочки.

- Надо срочно сказать Милене и Киллтайм, что он здесь.

- Зачем? Встретимся с ним на турнире и разберемся.

- Ну уж нет. Киллтайм мне за него особую награду обещала, - огненный рыцарь вложил в голос максимум похоти.