Холодный - Аселина Арсеньева

— Сиди уже. — Арсений пошел в сторону моей одежды поднял хмыкнул и пошел с ней к реке. Я чтобы унять боль прикрыл глаза, только и смог предупредить что в карманах ключи от машины. Солнце приятно грело, и я после почти бессонных ночей в спальном мешке, отключился.

— Эй! Как там тебя?

— Андрей. — Ответил я еще не до конца проснувшись.

— Я все понимаю, но близится вечер, одежда просохла и ужин стынет.

— А ты все-таки не такой бессердечный каким кажешься. — Ответил я спросонья не подумав. И уловив похолодевший взгляд постарался исправится. — Спасибо тебе, серьезно…

— Садись. Ешь давай. Как голова? — Я коснулся лба и перевел удивленный взгляд на Арсения сидящего в рубахе с оторванным рукавом.

— Затылок кровил немного. Я перевязал. — Пояснил он.

— Спасибо. — Что-то мне подсказывает, что гардероб у него не столь обширен чтобы так одеждой разбрасываться. — Я проникся к этому парню уважением.

— И так Андрей. Мне твои благодарности ни к чему, а вот информация очень нужна. Говори уже зачем я Ангелине понадобился.

— Не совсем ей. — Уловив строгий взгляд Арсения я поспешил объяснить. — Понимаешь, я ее лечащий врач. To, что творится с ней не поддается никакому объяснению. Когда Ангелина еще разговаривала, она говорила про какие-то твои чудодейственные мази.

— Стоп! Что значит еще разговорила? — Всполошился Арсений.

— Все сложно… Я постараюсь кратко и по-порядку. После твоего отъезда Ангелина сначала с отцом, а потом матерью несколько раз приходили ко мне на прием. Она, конечно, была подавлена, но держалась. Мне кажется все началось с того как мать случайно обнаружила отсутствие шрама на спине у Ангелины и на руке от старого укуса собаки. Они у нее с детства и так просто меньше чем за месяц не смогли бы пропасть даже с использованием пластики. Ее мать слишком эмоциональна. Она закричала на девушку. Начала уверять мужа, что ей подсунули не ту дочь, и что ее обманывают. Даже попыталась выставить Ангелину за дверь, а та безропотно пошла, даже не пытаясь доказать обратное. По воле случая я был свидетелем. В тот день я как раз пришел для очередного осмотра и принес результаты анализов девушки. — От такого непродолжительного монолога голова загудела еще больше. Я приложил руку к повязке и поморщившись, продолжил рассказ. — Буквально на следующий день мать потащила ее сдавать ДНК тест. При исследовании крови девушки я обнаружил некоторые странности, но пожалел девушку и скрыл это от родственников, но сейчас не об этом. И так замкнутая и немногословная, Ангелина получила удар под дых от своей матери, которая до сих пор ее не признает.

— А отец? — Задал мучавший и меня вопрос, Арсений. Я ненадолго зажмурил глаза, пытаясь собрать все мысли в кучу и продолжил, надеюсь, не слишком сбивчивый рассказ.

— Не знаю, как Матери удалось уговорить отца девушки. Он всегда производил впечатление адекватного человека, но в итоге, Ангелину отправили в загородный пансионат, по сути реабилитационный центр для проблемных лиц. После пары визитов матери девушка совсем ушла в себя. Отец навещал там ее каждый день. Я думаю если кого и нужно лечить так это ее мать. — Не сдержал я рвущихся эмоций и, будто в отражении, уловил похожие на лице Арсения. — На время Ангелину забирали домой. Меня вызывали каждый день, но девочке становилось все хуже, а мать напирала на нее все больше, пытаясь разоблачить в ней претворяющуюся самозванку. У меня были частые и продолжительные беседы с отцом девочки, в которых я рекомендовал ей покой, косвенно намекая на выходки матери. Рекомендовал какой-нибудь отель на море или поездку к родственникам, которые дадут возможность сменить обстановку и прийти в себя, но ее продолжали держать дома. С каждым днем ситуация становилась только хуже. Через пару месяцев отец не выдержал и отправил Ангелину в другой центр. Если говорить проще, — в психушку для богатых. Почему туда, для меня остается загадкой. Там ее скорее превратят в овощ, чем помогут. Место не с самой лучшей репутацией. Часто там лечат от того, за что платят, и в определенных кругах это известно. Не думаю, что ее отец не был в курсе. Последней каплей для меня стал визит подруги Ангелины. С некоторых пор Марину перестали к ней пускать и как дико это не звучит, она подозревает, что именно мать Ангелины заказывает музыку, будучи уверенной, что пытается вывести на чистую воду самозванку. Прошу, помоги этой девочке еще один раз… — Арсений слушал меня не перебивая, но с каждым моим словом все сильнее и сильнее сжимал кулаки и сейчас передо мной сидел явно неравнодушный к чужой судьбе человек и я сделал прямую попытку добыть то, за чем пришел. — Короче, мне нужны эти мази, а лучше рецепт. Если Ангелина действительно говорила правду о них, я смогу продемонстрировать их на ком-то и убедить мать, что она ошибается. Даже если они действуют незаконно, сам я, законом, не могу на них повлиять. Они родители и официальные опекуны, у которых уже есть справка о невменяемости дочери. Уверен, им не составит труда организовать не только подобную справку. Девочка в опасности, и если тебе не безразлична…

— Пошли. — Перебил он меня резко вставая.

— Что? Куда? Я даже еще не доел! — В общем-то я и вовсе про еду забыл, не смотря на голод, так и продолжая вертеть в руках остывшую рыбину на палке.

— Вставай. Пошли в город. Прожуешь по дороге. Сразу не мог сказать. Столько времени потеряли.

— А мазь?

— Зачем мазь? Если Ангелина не нужна им, я заберу ее назад к себе.

— Она в больнице.

— И что? Уверен, она здорова.

— Под усиленной охраной.

— Плевать…

— Ты что просто так туда вломишься?

— А кто меня остановит?

— Тебя? Наверное, никто… — Заключил я. — Но подумай о ней. Она, не такая как остальные. Ты хоть знаешь, что она пыталась перерезать себе вены?

— Еще бы. Ее довели. Я ее понимаю. Я сам не раз пытался убиться за ненадобностью.

— Ты? — Я был удивлен таким откровением. — Не в этом дело. Ее регенерация. Порез полностью зажил за четыре дня, не оставив и следа. Когда я уговорил мать прийти навестить дочь, она не увидела даже шрама и решила, что все сговорились против нее и сменила ей лечащего врача. Ты понимаешь, что это значит?

— Это значит, что ее особенностями могут заинтересоваться не очень добросовестные люди, поэтому шагай быстрее.

— Я не до конца с тобой согласен, но похоже ты не привык кого-то слушать.

— Не привык.

— Скажи хоть в сторону какой деревни идешь?

— На Северо-запад. Тебе есть разница?

13.6

— Вблизи леса у Алтына, моя машина припаркована. Доберемся туда и часа через два с половиной — три, будем уже в Ангенске.

— Хорошо. Туда и идем. — Арсений явно был зол и о чем-то усиленно думал.

Я буквально бежал за ним. С моей физподготовкой и то было сложно за ним успеть. Этот парень спартанец какой-то, совершено не устает, а у меня тело ноет, будто на мне толпа студентов-медиков практику отрабатывала. Особенно мучила головная боль, но моя мужская гордость и так уже пострадала несколько раз за этот сумасшедший день, так что ныть и просить отсидеться на привале — не по мне! Я молча и терпеливо его ждал.