(не)желанный брак. Поцелуй Камня - Эми Мун

- Герцог велел их сжечь, госпожа, - бормотала смущенная ее вопросом Лора. – Сказал, что если будут вопросы, обращаться к нему.

И она обратилась, но в ответ получила сухое:

- Вернетесь к себе – одевайтесь, во что душа пожелает.

На этом их разговор был закончен. Бекки не спорила, опасаясь, что де Грейстор передумает насчет развода, хотя иногда этого хотелось…

Ноги сами остановились у полки в полукруглой нише. Так и не удалось рассмотреть – что там? Бархатная портьера скрывала содержимое от любопытного взгляда. А рядом болтался длинный серебристый шнурок. Крохотное движение – и тайна раскроется. С другой стороны – зачем ей это? Но за пару дней она привыкла иногда гулять вдоль стеллажей, удовлетворяя любопытство осмотром  удивительных вещей. Там был и солдатик, которого оживил маленький герцог. Серебряная фигурка  с крохотными камушками-глазами. Пробуждение Дара всегда несло мощный заряд, позволявший заставить металл повиноваться. Ненадолго. Солдатик в конце концов развалился на куски, о чем свидетельствовали тещины в корпусе. Но вот полка закрытая портьерой – она искушала больше всего.

Бекки вздохнула и все-таки пошла мимо. Это ее не касается. Пусть там прячется хоть сам Создатель.

- Можете посмотреть, если так хотите.

Она чуть не споткнулась от неожиданности. Герцог решил одарить снисхождением к бедной любопытной женушке?

- Не хочу.

Ее дело – маленькое. Поможет с машинками для погоды - и прощайте.

- Ложь вам не к лицу, леди.

Бекки обернулась. Герцог по-прежнему не смотрел, лишь перелистывал страницы. Так обращаются к вещи, а не к человеку!

- Прошу прощения, - зашипела, разглядывая резкий излом профиля. – Очевидно, вы больше привыкли к кокетству. Так я не умею.

Мужчина все же отлип от своей книжонки. А ей пришлось искать в себе силы не опустить голову.

- Это видно, - встретил ее упорство пробирающей до костей ухмылкой. – Там моя первая серьезная работа. Хотите смотреть – пожалуйста. Нет – ваше дело.

И герцог снова вернулся к чтению.

А Бекки до ужаса захотелось схватить что-нибудь из посуды и как следует шарахнуть об пол. Ну разве так можно?! Конечно, ей бы хотелось смотреть! А после такого заявления и подавно!

Первая работа!

Она знала, что это такое.

Помнила, с каким тщанием и терпением создавала морской пейзаж. Настоящая большая картина на большом холсте. Самый простой сюжет – корабль и волны, но сколько в нем было души! Сколько терпения и старательности! И первым делом Гиневьева избавилась именно от этого полотна. На бегущий по воде корабль выплеснулось вино. Совершенно случайно, конечно.

Отец тогда первый и последний раз кричал на жену. А Бекки… что она могла сделать? Лишь повторить то, что было создано, но разве это замена?

И вот перед ней частичка сердца самого Вильгельма де Грейстора – прямого потомка Железного Герцога. Наверняка там оружие. Или ловушка. Или другое – хищное и опасное, под стать своему создателю.

Зачем гадать? Бекки дернула за шнур, и портьера поехала вверх.

- О-ох…

Девушка стиснула руки на груди, словно это могло удержать тревожно стукнувшее сердце.

На подставке-веточке сидело Совершенство. Нежная девочка-фея. Изящная до последней линии. Точеная головка, хрупкая фигура и крылышки-паутинки в россыпях драгоценной росы. Каждая линия – на своем месте, продумано все до мелочей, и даже крохотные пальчики состоят из фаланг. Таких тоненьких, нежных… Чудесное создание из белого дуба и платины печально склонило голову, а  в сапфировых глазах ни единой искорки жизни, лишь отблески магических светильников.

Но как же? Ведь Лора говорила, что каждая фигурка рабочая! Может, если дотронуться до ножки… Ох, нет, прикоснуться страшно! И открыть дверцы из тонкого стекла она наверняка не сможет… внизу небольшой замок.

На прозрачную темницу упала тень.

Герцог остановился за спиной, и Бекки затаила дыхание. Тяжесть под ребрами отрастила шипы, наматывая на них издерганные нервы.

- Модель нерабочая, - равнодушно откомментировал герцог. – Но если по нраву, можете забрать с собой.

Создатель! Шокированная внезапным подарком, Бекки повернулась к мужчине.

Он стоял близко. Настолько, что нужно бы сделать хороший шаг назад, но за спиной стеллаж. А в грудь толкал жар раскаленного на солнце камня, рассыпался по коже ознобом и кружил голову тонким ароматом восточных специй. Странно, она никогда не замечала этого запаха…

- Мне неловко, - пробормотала, сама не зная о чем говорит – о подарке или близости мужчины.

Но ушатом ледяной воды на голову рухнуло откровение.

- Не стоит. Она мне больше не нужна.