Вечный. Кровь леса - Артем Лунин

– Серый. – Нан усмехнулась. – Возможно, это тепло отгоревшего сто лет назад костра. Просто скрыт может быть выключен из времени, как и из пространства. В мире – годы и века. В смятом пространстве – минуты и часы. Понимаешь?

– Смутно. А мы, когда выйдем из него, случайно не окажемся сто лет тому вперед?

На лице Нан отразилось удивление и испуг.

– Знаешь, я как-то не подумала… – она прыснула, увидев мое лицо. – Серый, ну что ты такое несешь. Это же не сидх.

– Что?

– Не холм… Потом расскажу. – Нан зашарила в корнях дерева, нашла баклажку с медом, несколько лепешек. Меня это поразило немногим меньше «телепортации» эльфийки. Хлеб, которому целый век, лишь чуть зачерствел!

– Они съедобны, Серый, – заверила Нан, изучив лепешки на запах и вкус.

– Вот это консервация, – только и пробормотал я. – Значит, привал?

Мы подогрели хлебцы на костре, пообедали и расположились на отдых. Я осторожно спросил, не будет ли магия скрыта против небольшой рыбалки. Нан разрешила, и я устроился над ручьем и острожил рыбу, превратив меч в гарпун. Нан пекла и заворачивала в какие-то травы, сушила откопанные коренья. Прямо зарисовка из жизни охотников и собирателей…

Скоро мне надоело разглядывать свое лицо в зеркале воды, я вылез на берег и принялся помогать Нан собирать травы и коренья.

День еле перевалил за середину, тянулся долго, лениво. Нан захотелось выкупаться – это тоже можно было, – раздеваясь, она потребовала, чтобы я отвернулся. Я напомнил про ее обещание.

– Тогда ты купаешься со мной.

Невелика цена за «насыщение взора». Вода, впрочем, была ледяная, и в скором времени мы вылетели на берег. Нан откинула влажные волосы на спину, подняла руки, подставила тело теплому ветерку – плавные линии, бриллианты капель воды на коже, румянец – от холодной воды, от смущения?

– Боюсь, он объестся, – вздохнул я.

– Кто? – удивилась Нан.

– Мой взор.

Девушка сначала не поняла, потом звонко рассмеялась… замолчала, когда я резко встал.

– Так… надо заняться чем-нибудь другим.

– Чем? – сипловатым шепотом спросила Нан, покрываясь мурашками. Ее глаза сверкали золотом.

– Ну… как насчет вот этого? Здесь ведь можно?..

– Ну, в легендах ничего не сказано… Может быть, не будем рисковать?

Я оглядел ее.

– Будем.

Сначала была робость и неуверенность, словно в первый раз. Отвлекало сознание, что мы находимся в замкнутом пространстве, да еще и я был сбит с толку – как непривычно видеть, а не только осязать!..

Но уникальность нашего местоположения постепенно забылась. Незнакомое моему взгляду было знакомо рукам, губам, и вернулась прежняя беспечность. Наши тела сплелись, сознания слились, теряя себя и растворяясь в нашем общем тао, я подумал о нелепости ситуации. Островок суши, запертый осколок пространства, двое юных безумцев, человек и эльфийка, защищенные от жаждущих их крови древнейшими чарами, беспечно занимаются любовью…

После мы снова купались, грелись медом. Тот оказался хмельным, Нан стала весела и болтлива. Мы снова занимались любовью, купались, отдыхали. Как хорошо бездельничать после долгой прогулки по лесам!

К вечеру насытил не только взор, но и все прочее. Нан рассеянно улыбалась и ступала неверно… эй, куда это она?

Оказалось, девушка собралась выглянуть за защиту ручья и камня, чтобы убедиться, что рядом не тянутся щупальца спрута… то есть нити чужих поисковых заклинаний. Мы немного поругались, но мне все же удалось настоять на своем.

Зрение эльфийки превосходило мое, когда я перехватывал ее зрительный канал, всегда восхищался зоркостью и буйством цветов, неразличимых человеческим глазом. Но!.. выяснилось, что я более зорок, если дело касается магии. Нан видела потоки сил хуже, чем я, и со значительным напряжением.

Одной ей пришлось бы переходить ручей, настраиваться, волшбить и всячески напрягаться, я же просто встал на берегу и дал ей посмотреть моими глазами. Защита скрыта не оказалась препятствием.

Ничего. Лишь там, где прошла эльфийка, серая пыль потихоньку развеивалась в воздухе. Нан сказала, что это остатки выгоревших заклинаний. Никто вроде бы не колдовал близко.

Мы вернулись к лагерю, и очень скоро выяснилось, что мы хоть и «насытились», но «десерт» все же уместен…