Сточное время - Владимир Холкин

Дожди зарядили еще на майские праздники, и к концу месяца поля вокруг Чернодольска начали подгнивать. Глядя, как тяжелые капли разбиваются о стекло, Артем размышлял в том, что выбрал неподходящее время для своей поездки на юг. Впрочем, он прибыл не на отдых, а по делам. Наконец-то за ветхий дом, доставшийся ему по наследству, предложили вполне приличную цену. По местным меркам, естественно. В Москве этих денег хватит, от силы, на пару квадратных метров. А что он хотел за две смежные комнатенки с микроскопической кухней и сортиром на огороде? Надо брать бабло, пока предлагают. Тем более, говорят, что рубль опять обвалится.

В плацкартном вагоне царило вялое оживление. Курортники, приехавшие на лечебные воды, с тоской смотрели на низкие облака. Вредная тетка, которая всю дорогу жаловалась на отсутствие сервиса и обещала накатать письмо в правление ОАО «РЖД», теперь неожиданно успокоилась и возилась с айпэдом. Она самозабвенно листала фотографии из Египта, водя жирными пальцами по экрану. Мужик на соседней лавке задумчиво цедил пиво из двухлитровой бутылки. Артем отнес белье проводнице, взял с полки свою потертую сумку и проверил карманы. Все вроде на месте. Паспорт с упитанным двуглавым орлом, мобильник, несколько тысяч наличными. Надо будет снять еще в банкомате.

Артем вышел в тамбур, где нацепил наушники и принялся ловить местные FM-станции. Лучше всего было слышно ту, которая передавала шансон. Блатные аккорды хорошо ложились на стук колес. Мимо уже проплывали окраины Чернодольска.

Поезд остановился. Артем выскочил из вагона и быстро зашагал по перрону. По привокзальной площади, разбрызгивая лужи, сновали микроавтобусы. В ларьке продавали хот-доги с пивом, а по соседству краснел «Макдональдс». Над площадью висел огромный плакат в поддержку кандидатов от «Неделимой России».

Артем вспомнил, что хотел зайти в Интернет, и поморщился от досады. Придется возвращаться в здание терминала. На входе стоял металлодетектор, а багаж просвечивали рентгеном. После теракта в Шереметьево полицейским было приказано удвоить, а еще лучше — утроить бдительность. Пассажиры ворчали что-то про «цирк с конями».

Артем озирался, пытаясь понять, где находится узел связи, когда его похлопали по плечу. Славик, его бывший сосед, радостно оскалился и протянул руку.

— В отпуск приехал?

— Ага. Но, вообще-то, дом хочу продавать. Все равно я здесь почти не бываю.

— О, — сказал Славик, — серьезное дело. Это надо отметить.

— Дай сначала продать. Потом и отметим.

— Потом мы, может, не состыкуемся. У нас каждый день аврал — видишь, даже в субботу вызвали.

— Террористов ловите?

— Стараемся, — вздохнул Славик. — Но сегодня, спасибо, тревога ложная. Так что до завтра я совершенно свободен. Пошли, тут рядом есть один погребок…

— Погоди, — взмолился Артем, — я только с поезда. Дай хоть переодеться.

— Да ладно тебе, — махнул рукой Славик. — Нормально выглядишь, люди не разбегаются. Вот, кстати…

Он показал глазами на двух девиц, которые стояли в паре метров от них. Барышни уставились в телевизор, подвешенный на одной из колонн.