Решительная - Холли Блэк

Так повелось в веках.

Тот — с дикою злобой во взоре,

Тот — с лестью на устах.

Кто трус — с коварным поцелуем,

Кто смел — с клинком в руках!

Оскар Уайльд. Баллада Редингской тюрьмы.[11]

Кайя увидела синие вспышки мигалки в соседнем квартале и выскочила на дорожку как раз в тот момент, когда мимо нее промчалась «скорая». Поблизости на заснеженных газонах стояли соседи в пальто и куртках, наброшенных поверх пижам и ночных рубашек, и тоже провожали «скорую» глазами.

Дверь трейлера, где жил Корни, была закрыта, но внутри горел свет. Люти носилась в воздухе над головой Кайи, в возбуждении молотя крыльями по воздуху.

Кайе подумалось, что правильных решений больше не будет — только бесчисленные неправильные. Она открыла дверь трейлера и наткнулась на маму Корни, которая выливала воду из чайника. Ее муж сидел в кресле с закрытыми глазами и тихонько похрапывал.

— Кайя? Ты что здесь делаешь? — удивилась миссис Стоун. — Уже давно за полночь!

— Я… — начала было Кайя.

Дунул легкий ветерок, и в комнату влетела Люти-лу. Маленькая фейри вспорхнула на голову какого-то гипсового бюста, согнав оттуда одну из кошек.

— Это я ее позвал, — сказал Корни. — Он была знакома с Дэйвом.

«Была знакома с Дэйвом…» Была? Кайя взглянула на Луиса. Он сидел за столом и так крепко сжимал чашку, что у него побелели костяшки пальцев. Рядом с ним на полу были рассыпаны бумаги, какие-то официальные бланки. Глаза Луиса опухли и покраснели.

— Что случилось?

— Брат Луиса умер от передоза прямо у нас на крыльце, — сказала миссис Стоун. — Люди со «скорой» не смогли официально подтвердить его смерть. Они всего лишь санитары. Поэтому тело увезли в больницу.

Кайя взглянула на Корни, желая объяснений, но тот только покачал головой. Тогда она села на линолеум и прислонилась спиной к стене. Миссис Стоун допила чай и поставила кружку в раковину.

— Корни, можно поговорить с тобой минутку наедине?

— Да, мама.

Когда они вышли, Кайя повернулась к Луису и спросила:

— Что случилось? Он ведь не от передоза умер, да? Где Этайн?

— Когда-то давно я заключил сделку с фейри. Ради спасения жизни Дэйва, — глухим голосом ответил Луис. — После того, как отец стрелял в него. Я пытался заботиться о нем, как положено старшему брату, пытался уберечь его от проблем, но не справился. Он находил неприятности, я его вызволял, и каждый раз цена становилась все выше.

По рукам Кайи побежали мурашки.

— Когда я звонил ему в последний раз, он уже вел их по нашим следам, — продолжат Луис. — Продал меня за наркотик. Несмотря на то, что зелье сжигало его изнутри. Несмотря на то, что я его брат. И знаешь что? Я даже не удивлен. Такое бывало и прежде. А теперь он умер. Я должен горевать, да?

— Но почему он?..

— Но я не горюю. Знаешь, что я чувствую? Облегчение. Дэйв мертв, и это как камень с души. Но кто я после этого?

«Чудовище, — подумала Кайя. — Только чудовище способно радоваться смерти брата».

Но она ничего не сказала.

В комнату вошли Корни и его мама. Парень держал ее за руку и что-то тихо говорил. Кайя увидела, что он без перчаток, и не удержалась от громкого испуганного крика. Но материя под его пальцами не истлела и не пошла пятнами.

— Ой, извините, — пробормотала Кайя.

Луис оглянулся с таким видом, будто только что проснулся, и неуклюже встал на ноги. Миссис Стоун потерла лицо.

— Пойду разбужу Митча. Вы идите и попытайтесь опять уснуть.

Кайя остановила Корни в дверях.

— С ней все в порядке?

Тот помотал головой.

— Ты в курсе, что мы пропустили Рождество? Мама сходила с ума, все время думала о Дженет и о том, что я тоже пропал. Я чувствую себя последним куском дерьма. А теперь еще это.

Кайя подумала о нераспечатанных коробках с подарками, которые ждали ее под елкой в бабушкином доме.

— Эх, — вздохнула она, нащупывая его теплые пальцы.

Корни не оттолкнул ее руку.

— Кстати, что с проклятием?

— Потом. Военный совет проведем у меня в комнате.

Кайя плюхнулась на смятую кровать и скинула обувь. Луис сел на пол, Корни устроился рядом с ним. В комнату влетела Люти и приземлилась на компьютер. Должно быть, Луис раньше ее не замечал, потому что подскочил как ужаленный.

— Это всего лишь Люти-лу, — успокоил его Корни. — Расслабься.

Луис окинул малютку подозрительным взглядом.

— Хорошо. Пусть оно… она… эта фейри сегодня держится от меня подальше.

— Кайя, вот тебе краткий отчет о событиях сегодняшней ночи, — заговорил Корни. — Летний двор предложил обменять брата Луиса на Этайн. Сделка состоялась, но Дэйв был уже мертв. Они его убили.

— А проклятие?

— Оно было снято… Случайно, — сказал Луис.

Он не отрывал взгляда от линолеума. Кайя увидела рядом с ним дыру, похожую на отпечаток ладони, которой раньше не было. Похоже, никто из парней не собирался говорить на эту тему, и она прекратила расспросы. Люти перебралась на клавиатуру, а с нее — на подставку для мобильника.

— Знаешь, что я подумал? — сказал Корни Кайе. — Силариаль искала Этайн, а не тебя. Она могла бы послать тучу фейри, чтобы они схватили тебя и унесли в небо, но даже не пыталась.

— Может, Кайю все еще охраняет Душеглот? — предположил Луис.

Корни скорчил рожу.

— Возможно. Но неужели ты сам стал бы тратить время на поиски какой-то придворной дамы, если бы был правителем Летнего двора, которому позарез надо выяснить истинное имя Ройбена?

— Он прав, — подтвердила Кайя. — Это бессмысленно. И убийство Дэйва… — Она быстро взглянула на Луиса. — Такое чувство, будто Силариаль уже получила все, что желала, и теперь у нее есть время на пустяки.

— Так королеве нужна Этайн? — спросил Корни. — Но зачем?

Луис нахмурился.

— Разве ты сам не сказал, что Этайн получит трон, если Ройбен победит?

Кайя кивнула.

— А Ройбен заявил, что его сестра настолько верна королеве, что непременно вернет ей корону. Не затем ли Силариаль искала ее? Очень странно, что королева придала такое значение этому обмену.

— Не знаю, — с досадой сказал Корни. — Если бы у меня была корона и возникла бы угроза ее потерять, то я весьма обрадовался бы исчезновению кандидата в наследники! Конечно, на моей короне драгоценными камнями было бы выложено слово «тиран», чтобы заранее отпугнуть кандидатов.