Наш темный дуэт - Виктория Шваб

I

Она стоит

в отцовском кабинете

одна

с пистолетом

в руке

холодный воздух

целует ее

в шею

и голос

шепчет

«Катерина»

красные глаза

отражаются

в окне

она разворачивается

вскидывает пистолет

но опаздывает

монстр

в черном костюме

теснит ее

к стеклу

пистолет исчез

руки ее

пусты

она бросается

на него

но ее руки

проходят

сквозь него

а окно

идет трещинами

и она

начинает

падать.

Кейт резко пробудилась. Она запуталась пальцами в рубашке. Сердце гулко колотилось, но она не могла вспомнить почему. Кошмар исчез, оставив после себя лишь тошноту и порожденный им бешеный пульс.

Комната была пуста, а мир за окном Августа – до сих пор темен, не считая приглушенного сияния светящейся ленты у основания Компаунда и слабых признаков рассвета. Кейт встала, босиком прошлепала к двери и повернула ручку и лишь потом вспомнила, что она заперта.

Кейт вздохнула, порылась в сумке и отыскала пару шпилек для волос. Она присела перед замком, задумалась, провела пальцами по пластине, которой ручка крепилась к двери. Достала серебряную зажигалку и нажала потайную кнопку. Лезвие выскочило со щелчком, Кейт вставила кончик в первый шуруп и принялась его откручивать.

Когда она закончила, дверь с тихим шорохом отворилась.

Из комнаты справа раздались тихие звуки. Футляр от скрипки был прислонен к стене. Кейт приложила ухо к деревянной двери – лилась вода.

Кто-то мылся.

А еще пахло кофе. Свет горел, но кухня оказалась пуста, и Кейт, сдержав зевок, налила себе чашку.

Значит, она заснула быстро, но спала беспокойно, урывками.

И этот сон…

Девушка рассеянно обвела глазами кухню и задержала взгляд на подставке для ножей. Из подставки торчали пять деревянных рукоятей. Шестой лежал на столешнице. Лезвие сверкало. Ножи были по-своему прекрасны: игра света на отполированном металле, атласная гладкость рукояти, бритвенная острота лезвия. Ее рука потянулась к ножу, и ладонь кольнула странная боль при мысли о…

Что-то легонько коснулось ее ноги.

Кейт отдернула руку. Ее потрясла тяга монстра, поселившегося у нее в голове. Он незаметно прокрался к ней в сознание! Когда темная тень скрылась за углом рабочего стола, Кейт выругалась.

Она нахмурилась и пригляделась. Но с той стороны вроде никого не было. И вдруг, невесть откуда взявшись, на стол запрыгнул маленький меховой черно-белый комок.

У Флиннов есть кот. Кот!

Зверек уставился на Кейт, а она – на него. У нее никогда не было домашних животных. Максимум – в третьем учебном заведении она выгуливала талисман школы. Но ей всегда нравились животные. А вот люди нравились ей меньше. Но, опять же, это могло больше говорить о людях, чем о ней.

Кейт пошевелила пальцами. Кот небрежно стукнул лапкой по ее руке.

– Как тебя зовут? – шепотом спросила она.

– Аллегро.

Кейт развернулась. Кухонный нож оказался у нее в руке быстрее, чем она успела о нем подумать.

На пороге стоял мужчина, высокий и худой, с коротко подстриженными, начинающими седеть волосами. Кейт сразу узнала в нем основателя ФТФ, человека, оборонявшего половину города от Келлума Харкера и его монстров. Главного соперника ее отца.

И он был в купальном халате.

– Мисс Харкер, – невозмутимо проговорил Генри Флинн, – я не хотел вас пугать. Но вы у меня на кухне. И это мой любимый нож.

– Извините, – сказала Кейт, опуская оружие. – Старая привычка.

Флинн широко улыбнулся и вынул руку из кармана халата. Кейт увидела маленький пистолет.

– Новая привычка.

Флинн подержал оружие за ствол двумя пальцами, словно ему было противно к нему прикасаться, после чего спрятал обратно в карман.

Кейт поставила нож в подставку, пытаясь не обращать внимания на то, как ее собственные пальцы не желают его отпускать. Она отошла от столешницы, а Генри обогнул ее и налил себе кружку кофе.

– Вы поспали?

Он не спросил, хорошо ли она спала.

– Да.

Она быстро, но цепко оглядела его, отметив, что он слегка сутулится, как будто ему больно выпрямиться, синяки под глазами и тени на скулах. Флинн заметил, как она изучает его, и рассмеялся, тихо и невесело.