Береги моё сердце - Тина Титова

– Беатриче, к тебе можно?

Вечером отец пришел ко мне в комнату. Он показался мне встревоженным и задумчивым. Молча обвел взглядом комнату. Я присела на постели, улыбнувшись родителю.

– Конечно, отец. Что-то случилось?

Он присел на край кровати, сжимая в руках пояс от домашнего халата. Бросил на меня быстрый взгляд и кашлянул, прочищая горло.

– Когда ты успела познакомиться с Филипом де’Ерни?

Я с трудом припомнила момент нашей встрече и постаралась его пересказать в деталях. Упомянула, что там был и Дамир, при мысли о котором, сердце больно кольнуло. Отец слушал молча, не перебивая. Когда я закончила рассказ, он встал и прошелся по комнате. Я замерла, ожидая продолжения нашего разговора.

– Сегодня он прибыл с довольно неожиданным визитом. Я мало с ним знаком для дружеских посиделок. Но он произвел впечатление благородного человека. Но меня смутило, что он интересовался тобой.

– Мной? – я подскочила на ноги. – Папа, уверяю тебя, я с ним виделась всего один раз, в тот день.

– Я тебе верю, дочка.

Отец поцеловал меня в щеку и вышел. Я непонимающе смотрела на закрывшуюся дверь. Почему де’Ерни вдруг заинтересовался мной? Как и отец, прошлась по комнате. Не к добру всё это. Остановилась возле окна, распахивая ставни.

– Дамир, где же ты? – прошептала я, смотря вдаль. – Боги, верните мне любимого.

Слезы навернулись на глаза, и я, не выдержав дала им волю. Бросилась на постель, зарываясь лицом в подушку, чтобы заглушить свой крик. Жгучие слезы намочили шелковую наволочку, а я всё ревела, не сдерживаясь. Выталкивала из себя всю боль от ожидания и неизвестности. Проплакав несколько часов, не пошла на ужин. Принимая ванну вновь погрузилась в печаль и плакала. Засыпала со слезами на глазах, шепча молитвы. Мне уже было неважно сколько пройдет времени. Только бы любимый вернулся жив и здоров.

***

Время шло, день сменял день, ночь тянулась за ночью. Так прошло ещё две недели. Я ходила на практику в госпиталь, куда пока не поступали раненые с фронта. Читала газеты, в которых писали, что активные боевые действия не предпринимаются, а император готовит манифест о мире.

Эти известия вселяли в сердца всех жителей империи, что войны не будет. Но только моё сердце с каждым днем покрывалось темнотой печали, а душа увядала, словно цветок по осени. Почти месяц я ничего не знала о Дамире. Где он? Как он там? Жив ли он? Но никто не мог дать ответы на мои вопросы. Пем, моя лучшая и единственная подруга пыталась меня утешить, подбодрить, но и у неё это плохо получалось. Единственное, что могло меня обрадовать – это весточка от любимого. Но время шло, а вестей не было.

Как-то раз, я от отца узнала, что родители Дамира в столице. Он хотел познакомить нас, но не успел. А у меня нет такой наглости, чтобы приехать к ним и сообщить, что я невеста их сына. Но я надеялась. Надеялась, что этот день настанет. Что мы войдем в дом семьи де’Страж держась крепко за руки. И их сын назовет меня своей будущей женой.

А недавно мне приснилась наша свадьба. Роскошная, богатая, с празднеством на несколько дней и невероятным количеством гостей. Во сне я улыбалась, была счастлива, а проснувшись, поняла, что лицо моё мокрое от слез.

За завтраком с трудом пережевывала любимую булочку. А на какао даже смотреть не хотелось.

– Что с тобой, Бет? – отец отложил газету. – Тебе надоела свежая сдоба?

– Не знаю, папа, – я поерзала на стуле. – Что-то совсем нет аппетита. В животе словно шарик надулся. Ничего не лезет.

– Это всё твои переживания, дорогая. И я понимаю их причины. И поверь, переживаю не меньше твоего. Но я искренне верю, что всё закончится. И твой жених вернется.

Отец так мило и так ласково улыбнулся, что я не смогла не улыбнуться в ответ.

– Сегодня у тебя выходной в госпитале. Чем планируешь заняться?

– Пем просила пройтись с ней по магазинам.

– Купи и себе что-нибудь, побалуй себя.

Отец поцеловал меня на прощание и вышел из столовой. Я обвела блюда на столе взглядом, понимая, что есть хочу, но не смогу. Недовольно фыркнула и вышла из-за стола.

Прогулка с подругой по магазинам тоже не принесла радости. Я рассеяно ходила за Пем из салона в салон, кивала и отвечала не впопад. В конце концов ей надоело моё бездействие, и подруга отправила меня домой. Я искренне перед ней извинилась, сославшись на усталость, которая действительно появилась, и с радостью взяла экипаж. Дома тоже не знала, чем сея занять. На глаза попалась детская книга сказок, которую мне когда-то читала мама, но я этого не помнила.