Три мага и «Маргарита» - Аннетт Мари

– Она просила у меня номер твоего телефона. И Кая.

Аарон поморщился:

– Но ты же ей его не дала?

– Нет.

– Хорошо. Не хочу, чтобы она знала, что я ее заблокировал.

– Заблокировал? – Я посмотрела на Кая, и тот кивнул. – И ты тоже? Почему?

Аарон усмехнулся, достал телефон и протянул мне, открыв мессенджер. Я долго хмурилась, глядя на экран, потом промотала дальше. На экране мелькало одно фото за другим, и мои глаза становились все больше.

– Ой. Ничего себе. – Я кашлянула. – Она… У нее очень милые… э-э-э… кролики?

На всех фотографиях, во всех сообщениях за несколько последних месяцев было одно и то же: три лопоухих кролика. Вот они едят салат. Вот сидят в крошечных шляпках. Вот позируют среди цветов. Картинки перемежались настойчивыми вопросами о том, что думает Аарон о ее «пушистиках», и кокетливыми приглашениями приехать посмотреть на них. Судя по редким ответам, ни то, ни другое у Аарона энтузиазма не вызвало.

– Ты заблокировал ее из-за фотографий кроликов? – недоверчиво переспросила я.

– Из-за бесконечных фотографий кроликов, – недовольно уточнил он. – И еще она все время напрашивается на свидание. Но главное – фотографии кроликов.

Возвращая ему телефон, я спросила Кая:

– У тебя то же самое, да?

– Угу. Половина гильдии – счастливые адресаты ее фотографий.

Я нахмурилась.

– А ты, Эзра?

Тот пожал плечами, глядя в распечатку.

– Я ей не нравлюсь.

– Что? Почему? – Как Эзра может не нравиться? Его теплая, спокойная улыбка покорила меня с первого взгляда. Он снова пожал плечами, на этот раз молча, и только тут я поняла, что мой вопрос был чудовищно бестактным. Слегка смутившись, я придвинула к себе ноутбук.

– Сабрина тебе гадала? – спросил Кай, перебирая бумаги и отбрасывая ненужные в сторону.

Я резко подняла голову:

– Э-э-э… Да. Откуда ты знаешь?

– По глазам догадался.

– У тебя такой взгляд: «не может быть, чтобы эта бредятина была правдой», – понимающе добавил Аарон. – У всех такой после гадания, кроме самих прорицателей.

– А тебе кто-нибудь гадал? – спросила я.

– Пару раз, но, честно говоря, я предпочитаю, чтобы будущее преподносило мне сюрпризы. Ну и как, тебе выпало что-нибудь интересное?

– Не знаю. Она все время говорила о каком-то конфликте и о том, что моим сердцем управляют обман и страх. По-моему, это какая-то глупость.

Аарон развернулся на стуле ко мне лицом. Вид у него был задумчивый.

– А чего ты боишься?

– Ничего.

– Это должен был какой-то постоянный страх, иначе бы карты его не уловили, – заметил Кай, отбрасывая еще одну распечатанную страницу. – Какой-то очень сильный или давний.

По спине у меня пробежал озноб. Очевидно, они вовсе не считали гадание чушью, и меня это не обрадовало. Я-то надеялась, что они начнут отпускать скептические шуточки, и тогда можно будет выбросить из головы мысли о дурацком предсказании.

Кай отшвырнул в сторону еще один лист и положил на стол единственный оставшийся.

– Вот.

– Не «Красный ром» хотя бы? – обеспокоенно спросил Аарон.

– Нет. – Кай показал страничку нам с Аароном. – Судя по всему, группа небольшая. В записях Магипола их называют «Банда Ист-Гастингса», именно там их чаще всего видели. От восьми до двенадцати магов-отступников, среди них один криомаг и как минимум один колдун, питающий слабость к артефактам в виде карт.

Ист-Гастингс-стрит находилась всего в нескольких кварталах к югу от «Ворона и молота». Я нервно поежилась.

– А есть у них какая-нибудь связь с последним колдуном-отступником, которого мы передали Магиполу? – спросил Аарон.

– Пока не вижу. И, судя по тому, что о них известно – вряд ли их интересует выкуп от твоей семьи. Готов спорить, кто-то нанял их, чтобы запутать следы.

– Значит, остается добиться от этих ребят, кто их нанял и для чего. – Аарон хрустнул костяшками пальцев. – Интересная задача.

– Интересная, – согласился Кай, собирая распечатки и бросая их в мусорную корзину. – Но не для тебя, потому что ты останешься здесь.

– Что? Даже не думай!

– Они охотятся за тобой, а ты пойдешь прямо к ним в руки? Мы с Эзрой сами с ними разберемся.

– Одни не разберетесь, – прорычал Аарон.

– У меня есть на примете пара человек. К завтрашнему вечеру соберу команду.

Сердито ворча, Аарон откинулся на спинку стула.

– Я должен пойти. У меня с ними свои счеты.

– Переживешь, – неумолимо отрезал Кай. – К тому же Тори завтра работает. Ты должен быть здесь, с ней.

Пока они спорили, я подтянула страницу к себе и стала изучать список преступлений, которые совершили или в которых подозревались члены таинственной гильдии отступников. Бо́льшую часть занимали всякие мозголомные магические термины, но среди них мне бросились в глаза тревожно знакомые слова. Нападение. Поджог. Грабеж. Похищение. Убийство.

Это была не просто шайка хулиганов и мелких нарушителей закона. Это была организованная преступная группировка. Самая настоящая банда. Закоренелые преступники, которые не остановятся перед убийством, и оружие у них куда более опасное и непредсказуемое, чем обычные пистолеты.

– А вы… – Я поколебалась, но все-таки спросила: – А вы уверены, что стоит связываться с этими ребятами?

Кай, начавший было подниматься со стула, испытующе поглядел на меня. Его темные глаза встретились с моими.

– У «Ворона и молота» неважная репутация. Мы расхлябанные, неорганизованные, недисциплинированные и своенравные. В наших рядах хватает и изгоев, и бывших отступников. Но каждый член этой гильдии привносит в нее что-то свое. У нас есть сильнейшие маги, опытнейшие колдуны и алхимики, псионики с самыми редкими способностями. И все мы терпеть не можем проигрывать.

– Не бей первым… – пробормотал Эзра.

– Но всегда давай сдачи. И мы даем, да так, что мало не покажется. – Аарон улыбнулся своим друзьям-магам. – Тори, в прошлый раз они меня одолели, потому что их было больше, а я был не вооружен и не подготовлен. Но против гильдии? Не только Кай и Эзра злы на них за то, что они напали на нас. Эти парни из Ист-Гастингса и опомниться не успеют, как их раздавят.

Я перевела взгляд со сверкающих голубых глаз Аарона на темные пристальные глаза Кая, а потом на разные радужки Эзры. Я уже знала, что под его простой черной футболкой прячутся шрамы от таких ран, после которых никто другой просто не выжил бы. За холодной самоуверенностью Кая скрывался пугающе расчетливый ум. А за озорными ухмылками Аарона – непоколебимая решимость, подкрепленная могучей силой, проявления которой я пока видела лишь мельком.