Коварные сентеги - Юрий Иванович

– Ага, добей раненого и немощного! – воскликнул Сату-Лгав. – Добей! А что потом станешь делать? Любой сентег вас с одного взгляда определит как беглых. Молтунов сразу уничтожают на месте без малейших вопросов и разбирательств.

Невменяемый легонько прикоснулся к запястью напарника, призывая его не кипятиться и сесть на место. И пока тот, порыкивая, усаживался, спросил:

– И чем же так сильно отличаются… хм, молтуны от остальных людей?

– Да вы же без специальных головных уборов! Даже поверх шлема или кольчужной шапки положено надевать специальное кепи цветов своего хозяина.

– Странно. Что же мешает молтунам носить подобные кепи и после своего побега?

– А-а-а! Кепи-то специальные, магические! Покинет обозначенное пространство раб – кепи увяло цветами, значит, носитель – молтун. Или сам хозяин может отключить структуру окраски в любое время. Бывает ведь, совершат некий тяжкий проступок да сдуру в бега подаются. Понятно, в Центре, а уж тем более на Полюсе беглых рабов по умолчанию не бывает. Так одни сентеги живут – а иметь раба уже роскошь. А здесь порой проскакивают, потому как соотношение совсем иное. Некоторые умудряются даже пару месяцев прожить, пока их на краже скотинки домашней сами люди не поймают. Как правило, сами и убивают на месте, потому как молтуны – это самые опустившиеся личности…

– Ну, ты! – не выдержал Кашад. – Сам опустившийся! Еще скажи, что рабам у вас живется лучше, чем хозяевам!

– Да нет, так не скажу… Тут и сравнивать нечего… Но если сознание у человека не нарушено, то никаких мук или чувства неполноценности он не испытывает. Живет себе спокойно, да и все. Ему приказали, выполнил – и живи себе дальше. Особых издевательств над ними с нашей стороны не бывает, мы же не звери какие-то…

– Так уж и не бывает? – прошипела Риона.

Сентег глянул на нее с явным пренебрежением:

– Ну как тебе сказать… Среди вас бывают больные? Вернее, полностью утратившие разум? Вот и среди нас встречаются, чего уж там скрывать… Такое вытворят! Причем не только с людьми, но и с себе подобными! Эх, неприятно и вспоминать о таких исключениях!.. Но для того и есть в каждом городе императорские наблюдатели, присматривают за подозрительно кровожадными и агрессивными дворянами, в поместья к ним наведываются… И чтоб вы знали: даже допросы учиняют под Сонными покрывалами. Причем не только хозяевам, но и рабам. И если сумасшествие, вредное для общества, становится доказанным, быстренько виновного опаивают особыми туманящими сознание ядами и отправляют в Центр. Как правило, оттуда уже не возвращаются.

– Ты сам-то в эти сказки веришь? – прищурился Кашад.

– Это жизнь, а не сказки. Вот поживете у меня, поговорите с людьми, сами во всем удостоверитесь. У нас рабов воевать и то редко заставляют, мы сами между собой выясняем отношения в бою или на дуэлях. Увидите…

– Ха! А с чего ты взял, что мы к тебе жить подадимся? Мы ведь и обратно домой вернуться можем. Вот только разведаем…

– Не сможете! – твердо, хоть и печально заявил Сату-Лгав. – А чтобы вы не сомневались в моей уверенности, я вам скажу, каким способом вы прорвались на нашу сторону. Хотите?

– Неужели так много людей выходит к вам, что это уже привычно?

– Нет! Ни один человек не вышел. Мне, по крайней мере, об этом неизвестно. И хорошо, что не выходят северяне. Иначе опять бы сюда гнали толпы рабов, а те бы гибли в попытках отыскать дорогу на север. Тысячу лет назад прекратилось такое бессмысленное истребление людей и самых отчаянных, рискованных сентегов. Потому что население стало уменьшаться, что среди вас, что среди нас. Вот и выдал тогдашний император запрет, действующий до сих пор… Тогда же окончательно подчистили все пограничье от артефактов, драгоценностей, оружия и прочих полезных вещиц.

– Как же тебе стало известно про нынешние артефакты и про наш способ перехода? – не удержалась девушка от вопроса.

А колдун Восходящий все никак не унимался:

– Да врет он все!

– Да как сказать… Некоторые крохи до линии с Шанной еще остались, вот любители приключений там и шастают. Я стараюсь у них скупать все самое ценное, да и сам несколько раз до барьера пытался добраться. Опасно, жутко… но интересно. Романтика… А про ваш способ я благодаря роду своей деятельности и знаю. Попался мне один диковинный медальон из здешних тайников, и я лет двадцать его не продавал, все пытался понять, какая в нем таится загадка. Чем-то он мне в душу запал, а вот вскрыть никак не получалось. И только лет десять назад секретик-то мне и открылся. Записочка там лежала, вероятно, дама своему возлюбленному написала. «Я уже отсюда не вырвусь, но если ты меня любишь, приди ко мне! Возможность только одна: отыскать сталпня, лежащего в спячке на Шанне, и по нему пробраться на юг. На север по этому пути вернуться нельзя! Я жду тебя, мой единственный и самый любимый!» – Сентег помолчал, но никто ничего не спрашивал, и он продолжил: – Вот такая записка… Понятно, что в ней есть странность: если назад пути нет, то кто и как должен был отнести медальон ее возлюбленному? Но, с другой стороны, мог оставаться некий канал связи, которым пользовались еще Древние и по которому неживые предметы можно было перебросить через барьер. Да хотя бы из большой керечесы выстрелить шариком на несколько километров. А в шарик можно вложить записку…

– Что-то к нам с вашей стороны ничего не залетало… – пробурчала Риона.

– Да потому что большую керечесу так до сих пор сделать и не могут. Работы в Центре ведутся постоянно, только толку никакого. Но по этой записке я понял: мир на севере не погиб и продолжает существовать. Никому о записке не рассказывал, вот только сейчас…

«Что-то тут не так», – подумал Кремон.

Ведь Кашад прошел внутри сталпня вперед и беспрепятственно вернулся. Так почему тогда в записке говорится, что назад дороги нет?

И ведь не попробуешь в ближайшие дни! Прямо сейчас вернуться к прежнему месту, без подготовки, а главное – без запасов, будет глупо. Скорей всего и сталпень уже оттуда убрался, его спячка закончилась. Придется ждать другого. Но сколько дней… или лет?

Да и другие факторы мешали немедленно двинуться к Шанне и попробовать прорваться на север. И было еще подозрение, что сентег врет. Если бы только не его упоминание о сталпне и пути в один конец…

– И записки у тебя с собой, конечно, нет? – уточнил Кремон.

– Дома спрятана. Обязательно покажу. – Сату-Лгав обещал вполне чистосердечно. Было заметно, что он таким длинным разговором сильно утомлен, но в глазах его продолжало гореть любопытство. – Ну что? Я вам уже все основное рассказал, теперь ваша очередь. Очень хочется узнать, что творится в большом мире! Все что угодно, мне все интересно! Ну, не молчите! Или вы дальше приграничья с барьером никуда не выбирались?

Люди переглянулись, и стало понятно, что поговорить на эту тему может только Кремон. Его напарник продолжал злиться, ну а девушка и в самом деле дальше стольного града Йесиры никогда не выбиралась.