Двуликие. Ведьмино пламя - Яна Демидович

Дориан стоял в противоположном конце капсулы – так тихо, что она совсем забыла о его существовании.

– Да. Спасибо, вампир, – поблагодарила Дайана и быстро повернулась обратно к стеклу.

Движение воздуха подсказало, что вампир возник рядом. Он облокотился о поручень, держась на расстоянии от неё, и бросил взгляд вниз.

– С такой высоты Линдо кажется кукольным, – негромко заметил Дориан. – Эдакий ненастоящий город, в котором живут ненастоящие люди. Сладкий сон во сне.

– А для меня он реален, – не сразу, но возразила ему Дайана. – Я вижу знакомые места. Вон там, – она поколебалась, затем указала направление пальцем, – находится твой дом. Дом Дрейков.

– А ты зоркая, – вампир стрельнул в неё взглядом из синеватой темноты.

Дайана чуть усмехнулась.

Капсула достигла высшей точки и стала спускаться вниз – достаточно медленно, чтобы поддерживать иллюзию полёта на месте. Дайана скосила на вампира глаза и увидела, что он улыбается каким-то своим мыслям.

– Здесь так высоко, – поймав её взгляд, объяснил он. – Высшая точка города. Всякий раз представляешь, будто все проблемы остаются далеко-далеко…

– Да, – помолчав, согласилась Дайана.

– А ещё – это лучшее место, чтобы увидеть звездопад, – вдруг с улыбкой добавил Дориан, из-за чего Дайана едва не подпрыгнула.

– Как я могла забыть?!

Вампир мягко рассмеялся.

– Выше нос, Ридделл! Шоу начинается. Глянь-ка вправо.

Дайана резво повернула голову – и ахнула, увидев первую звезду: тонкая, серебристая линия пронеслась по бархатно-синему небу. Потом – ещё одна, и ещё… Три, пять, семь…

– Загадывай желание, Ридделл.

– Уже загадано, – улыбнулась в ответ Дайана.

Она помедлила, перед тем, как задать давно занимавший её вопрос. Весь сегодняшний день был каким-то странным, словно… Она качнула головой, продолжая чувствовать на губах улыбку. Словно сладкий сон во сне. Так, кажется? Он отнюдь не был тихим и безмятежным, но это больше не вызывало в душе злости или огорчения. Этот день обещал оставить после себя ощущение непрерывного полёта, энергии… Сегодня Дайана по-настоящему чувствовала жизнь.

– Зачем… Зачем ты привёл меня сюда?

Вампир пожал плечами. Достал и снова спрятал солнечный брегет.

– Подумал, тебе понравится. Ты ведь жила в замке. Выходила на площадки башен… Стало быть, любила высоту.

Руки Дайаны чуть сильнее сдавили прохладный поручень. Больше не улыбаясь, она отвела взгляд.

– Нет.

– Нет? – повторил вампир, всем лицом поворачиваясь к ней.

– То есть, да… Мне это нравилось… Но я ждала отца. Всё глядела на дороги, что вели к Хокклоу, и… – голос Дайаны сошёл на нет. Она сжала и разжала пальцы на поручне. Затем и вовсе отдёрнула руки.

– Он ценил это, когда возвращался?

Губы дрогнули, стараясь изобразить защитную улыбку, но не вышло.

– Едва ли, – совсем тихо ответила Дайана.

Мир, что приближался снизу, переливался всеми цветами радуги. Однако перед глазами всё стояло это лицо: идеальное в своих белизне и холодности, неизменное, вечное… И такое равнодушное.

– А ведь ты всё равно скучаешь по нему, да? – внезапно спросил Дориан.

Дайана посмотрела на вампира. И увидела два далёких отражения в тёмных, как неосвещённые тоннели, глазах: её собственное лицо, что так редко возникало в серо-стальных глазах Джеймса Ридделла.

– Да. Скучаю, – медленно проговорила Дайана. Взгляд её затуманился. – Скучаю по своему Хокклоу, с его тайными комнатами и гобеленами на стенах, каминами, в которых гудело пламя долгой зимой… Ветром в высоте, который заплетал мои волосы, как ему хотелось… С горячим воском свечей, обжигавшим пальцы… И… Да. По нему, – Дайана легко, словно пёрышко, прикоснулась к серебру фамильного перстня на правой руке, – тоже скучаю… Но…

Взгляд Дайаны прояснился, и слабая улыбка осветила бледное лицо.

– Мне нравится это место. Этот город. И этот мир… От их необъятности, многогранности просто захватывает дух! Это великолепно, восхитительно… И знаешь… – Дайана замялась, но потом улыбнулась смелее, – …теперь я понимаю, чего никогда не чувствовала в Хокклоу. Этот мир, – рука её ласково прикоснулась к стеклу, – подарил мне свободу.

Капсула снижалась, завершая получасовой полёт. Расстановка сил менялась: Линдо увеличивался до прежних размеров, а пассажиры «Глаза» вновь обращались в крохотных кукол, что готовились ступить обратно, – в огромный реальный мир. Но ощущение чуда всё так же горело в сердце, и лёгкая грусть от того, что на сегодня всё закончилось, не могла перебить радость.

– Приготовься. Сейчас выходим, – предупредил вампир, направляясь к двери. – Жаль, конечно. Однако с этим ничего не поделаешь…

Дайана помедлила. Она улыбалась, всё ещё прижимая руку к стеклу.

– Ридделл? Ты идёшь?

Дайана обернулась.

– Спасибо, Дориан, – сказала она, пожалуй, первый раз за всё время называя вампира по имени.

Они достигли площадки. Зеркальная дверь медленно поползла в сторону, открывая проход. Дайана вышла последней – и без колебаний приняла протянутую ей руку.

…В глазах шедших рядом людей кружились светлячки. Вспыхивали звёзды, что падали с неба этой ночью, исчезая на горизонте… Все лица будто светились изнутри мягким светом радости, пережитым временем волшебства – столь редкого в этом техногенном мире.

Сердце билось, чувствуя жизнь и свободу; память клялась сохранить этот день навсегда…

Антрацитово-чёрная Тенза текла спокойно и мирно.

Ладонь вампира была тёплой.