Корниловец - Валерий Большаков

— Какого полка?

— Мы — Варнавинского… — начали представляться «красные».

— А мы — Офицерского!

Только тут большевики углядели блестящие погоны.

— Кадеты!

— Выходи по одному! — яростно скомандовал Кутепов. — Выходи в чём есть!

Офицеры вытолкали на улицу «живую силу противника», и полковник, стряхнув снег с бороды, налил себе кипяточку, выпил для сугреву, да и вышел вон.

Авинов тоже не задержался. Как его не тянуло остаться у тёплой печки, но это было нечестно по отношению к остальным. Своих он не отыскал, прибился к 4-й роте. Ротмистр Дударев тут же послал его за овраг на разведку.

— Проверить все дома! — распорядился он.

Авинов, отогревший руки, храбро сунулся в первый же дом. «Красных» там не было — у печки грелись генерал Эльснер в новеньком пальто и Деникин в польской шубе и папахе. Кирилл замешкался, а из сеней уже показался Марков.

— Вы что тут делаете? — набросился он на Авинова, будто не замечая генералов.

— Ротмистр Дударев послал меня узнать обстановку, — ответил Кирилл по-строевому. — Он со взводом лежит на берегу оврага, в лоб орудия. Я только что пришёл.

— Обстановка такая, — резко сказал Сергей Леонидович, — что немедленно собирайте всех, кого найдёте по хатам, и чтоб через четверть часа были на площади! У меня нет ни одного человека в резерве. Живо!

Кирилл выбежал, а Марков кричал ему вдогон, выскакивая на крыльцо и оглушительно щёлкая плетью по голенищу:

— Собирайте моим именем, и бегом ко мне: большевики опомнились и собираются контратаковать. Живо! Скорей!

Авинов, полный рвения и потаённого стыда (вдруг Марков подумал, будто он греться в хату заходил?..), ворвался в соседний дом, куда набилось добровольцев как селёдки в бочку, и крикнул:

— Всем выходить, строиться!

— Да мы только вошли!

— Кто? — крикнул с улицы Марков.

— Пулемётчики Офицерского полка, — последовал ответ. Голоса были испуганные.

— Все к нему! — указал генерал на Авинова. — И все бегом на площадь!

Вскочив на коня, Марков поскакал по улице, а Кирилл на скорую руку сколотил озябших юнкеров и кадетов в отряд. Не прошло и десяти минут, как он и его временные подчинённые вышли к площади.

— Кто идёт? — послышался окрик из темноты.

— Тут генерал Марков? — вопросом ответил Авинов.

— А на что вам генерал Марков? — подозрительно спросил голос.

— Явиться к нему с отрядом.

Тут из темноты показался сам генерал.

— Сколько? — спросил он без околичностей.

— Около полуроты с пулемётами.

— Отлично! Займите крайний дом напротив.

— Слушаюсь!

…Ранним утром сорокинцы перешли в контратаку, но их отбросили, перебив почти всех, а на станичном майдане сколотили семь виселиц для пленных комиссаров. Офицеры из роты Тимановского, усталые и озверелые, поймали молоденького красноармейца.

— Ты солдат… твою мать? — рычал штабс-капитан Якушев с бакенбардами а-ля Александр II.

— Солдат… — ныл парень, бледный до зелени. — Да я, ей-богу, не стрелял, помилуйте!

— А винтовка где?

— Бросил…

— Зачем же ты стрелял в нас?

— Да, ей-богу, дяденька, не стрелял я! — кричал в истерике парень. — Всех нас выгнали, приказали, а я невинный! Невинный!

— Невинный… твою мать?!

Якушев, недобро усмехаясь, поднял руку с револьвером.

— Куда тебе — в живот, в грудь? Говори!

— Пожалейте, дяденька! Помилуйте!

— Перестаньте, капитан, — пробасил ротмистр Шевелёв, — оставьте!

Штабс-капитан торопливо выстрелил — осечка.

— Да пустите вы его! Чего, он ведь мальчишка!

— Беги… твою мать! — заорал Якушев. — Счастье твоё!

Красноармеец с места взял разбег и почесал прочь…

…Марковцы, изнурённые и промёрзшие до самого нутра, в тяжёлых шинелях, покрывшихся корочкой льда, выстроились тут же, на площади. Проглянуло солнце, обещая тёплый денёк, и взору изумлённых станичников предстала целая колонна сверкавших ледяными доспехами воинов.

Нахохлившийся Корнилов сказал Маркову:

— Это был чисто Суворовский переход!

— Никак нет! — оскалился Сергей Леонидович. — Это был Корниловский переход!

А вот у Нади, что стояла неподалёку в белом халате, накинутом на шинель, было своё мнение на этот счёт. Взволнованная, она сказала генералу Маркову:

— Это был настоящий ледяной поход!

— Да, да, — ответил генерал, сдерживаясь, чтобы не застучать зубами. — Вы правы…