Специальный агент преисподней - Алексей Зубко

Ведьма сдавленно хохотнула:

– Все память потеряли?

– Только я.

– Плохо.

– Это почему?

Подружки насупились. Яга побледнела и покрылась пятнами. Если поначалу личико ее цветом напоминало хорошо унавоженный бурый глинозем, то теперь стало походить на лик гипсовой статуи, долгое время простоявшей на открытом месте, доступном для голубей.

– Всех скопом исцелять легче,- схитрила ведьма.

– Вы поможете мне?

– Э… Сама-то я со стукнутыми в районе головы избегаю связываться.

– Что так?

– Да как начнут геройствовать, так хоть к лешему в буреломы забегай – нигде покоя нет.

– Да я по большей части тих, как мышь,- заверил я старушку.

– Тогда попробую помочь, но…

– Мы заплатим,- поспешно заявила Ламиира.

– Как же без этого,- подтвердила Яга.- Значит, так. Сейчас мы отправимся ко мне в избушку… вдвоем.

– Не-э… так дело не пойдет,- запротестовали подружки.- Мы не бросим его без помощи и защиты.

– Ничего с ним не станется,- заверила старая ведьма, шмыгая носом.- Через три ночи приходите на это место – получите в целости и сохранности.

– Ну разве что так… – протянула Ливия и, вплотную приблизившись к Яге, что-то прошептала ей на ухо.

Ведьма нервно сглотнула и утвердительно закивала головой. Словно китайский болванчик.

– Ну коли так…- Сменив златовласую деву у покрасневшего уха старой ведьмы, Леля внесла свой вклад в передачу сообщений, не предназначенных для слуха посторонних.

От обилия секретной информации Яга окосела.

– Тогда и я кое-чего прощебечу на ушко,- решила Ламиира и безотлагательно воплотила свое решение в жизнь.

Добрыня не стал следовать женскому примеру. Былинные богатыри выше этого. Он просто похлопал меня по плечу, одарил Ягу многообещающим взглядом и пожелал удачи.

Дон Кихот по-прежнему находился в бессознательном состоянии – видимо, не только звук от удара камня о шлем вышел сильный. О ком другом я бы уже начал беспокоиться, но для рыцаря печального образа это обычное состояние во время и после битвы. Он так всегда расстраивается, что ему не дали поучаствовать…

Хорошо, Фросю уговорили остаться на постоялом дворе под присмотром добродушной трактирщицы и злобного оленя, а то сердце Яги не перенесло бы больше информации, выданной ей на ухо. Ищи потом другого специалиста по восстановлению памяти.

Сглотнув ставшую вдруг горькой слюну, я забрался в ступу к Яге и с тоской посмотрел на землю.

– Поехали! – крикнула ведьма и махнула сверху вниз помелом.

Ступа вздрогнула и шустро рванула вперед, раскачиваясь и подпрыгивая в воздушных ямах, неясно как оказавшихся на такой высоте.

– Стюардесса по имени Яга,- затянула старая карга, когда ее транспортное средство начало набирать высоту.- Обожаема ты и желанна.

Не знаю, что там нашептали старушке мои подружки, но со мной ведьма обращалась трепетно, словно с писаной торбой, полной пасхальных яиц.

– Кохвию не желаете? – поинтересовалась ведьма и заботливо укутала мои плечи цветастым пледом, чтобы не продуло, а в целях соблюдения техники безопасности

напялила мне на голову заячий треух.

– Дед Мазай подарил,- похвасталась она,- у него по весне удачная рыбалка приключилась… А ты правда ничего не помнишь?

– Воспоминаний куча, но они сумбурно смешаны и все неясно какое отношение имеют ко мне. О себе ничего не помню… даже назвался товарищем Бармалеем,- разоткровенничался я.- А кто он такой – понятия не имею. Вероятно, герой древности…

– Тяжелый случай,- согласилась Яга.- Тридцатилетний ты наш. Хи-хи…

Меж тем ступа, словно хороший конь, не нуждаясь в понуканиях и управлении, донесла нас до всемирно известной избушки на курьих ножках.

– Сперва в баньку – попариться,- решила Яга, скаля клык,- а уж затем начнем недуг твой исцелять.

– Как скажете…

– То-то…