Сердце в броне - Аркадий Степной

Болт вонзился гарпии в крыло. Гарпия взвыла, но упрямо продолжила махать крыльями и набирать высоту. «Молодец! Давай, давай! — подумал Йоллорио. — Еще немного, еще чуть-чуть…» Второй болт попал в то же самое крыло, недалеко от первого. Крыло подломилось, и гарпия вошла в штопор. Звезды, факелы, земля, небо — все завертелось в бешеном хороводе. Почти у самой земли гарпия сумасшедшим усилием вышла из штопора, но на большее ее уже не хватило. Они неуклонно планировали вниз.

— Дальше будем выбираться по отдельности, — прошептал Йоллорио и разжал руки.

Избавившись от груза, гарпия взмыла вверх и тут же была пробита арбалетным залпом. Бессвязным комком из перьев и плоти она обрушилась на камни.

До земли было совсем немного, Йоллорио сгруппировался и неожиданно налетел на старое сухое дерево. Сломав несколько тонких веток, он наткнулся на острый сук, пробивший его тело насквозь. Корчась от боли, Йоллорио успел подумать: «Не повезло…»

— Вздор… вздор! Все вздор!

Герцог Эландриэль прошелся по комнате, пиная разбросанные по ковру подушки. Барон Винроэль молча стоял у двери и смотрел на своего повелителя спокойными невыразительными глазами.

— Принцип остроги… удар трезубца! Вздор все твои обещания, барон! Этот долговязый ублюдок все еще жив и смеется над нашими потугами. Полный вздор! — Герцог остановился перед бароном и впился в его лицо взбешенным взглядом: — Ну?!

— Орден рыцарей-найманов, ваше высочество.

— Какой еще, к черту, орден?! — проорал герцог.

— Рыцарей-найманов, — спокойно повторил барон. — Георг основал новый рыцарский орден, ваше высочество. Если отбросить всю словесную мишуру и прочие глупости, то это орден телохранителей. Магистр, десять командоров, пятьдесят рыцарей и двести пятьдесят воинов — незнатные, не титулованные, но дерзкие и преданные как собаки. Именно рыцари и воины этого ордена сорвали все три покушения на короля Георга. Будь на их месте гвардия, Георг был бы уже трижды мертв.

Казалось, еще мгновение, и герцог убьет барона собственными руками тут же, на месте. Но мгновение прошло, потом еще одно. Герцог шумно выдохнул воздух и закрыл глаза. Крепко сжав кулаки, он взял себя в руки.

Барон почтительно ждал. Герцог открыл глаза, взгляд его был почти спокоен.

— И что это значит?

— Придется изменить тактику, ваше высочество. Убийцы его теперь не достанут. Мы потратили много денег и много сил. Для последнего покушения мы даже наняли «ночную крысу», самую лучшую «ночную крысу». Теперь ее, или, точнее, его труп покоится на заднем дворе Эрандаля, а все наемные убийцы отказываются иметь с нами дело. Нужно менять тактику, ваше высочество.

— Что ты предлагаешь?

— Мятеж, ваше высочество. Большой мятеж.

— Крестьяне его обожают.

— Ну и пусть, ваше высочество. Крестьянские мятежи все равно еще никогда не заканчивались сменой династии. Мятеж должна поднять знать.

Герцог заинтересовался. Он сел в уцелевшее от учиненного им погрома кресло и сказал:

— Это просто слова или есть конкретные наработки?

— Конкретные наработки, ваше высочество, — ответил барон. — Я не рассчитывал, что к этому дню Георг будет еще жив, — признался он, — но запасной вариант тем не менее готовил, — Барон достал из сумки заготовленные бумаги и протянул герцогу короткий список. — Эти уже готовы поднять восстание, ваше высочество.

Герцог пробежал список взглядом и усмехнулся:

— Следовало ожидать… Еще бы они не были готовы. Король для них как кость в горле.

Барон подал ему другой список, в нем было уже намного больше фамилий:

— Эти еще колеблются, но их можно будет привлечь. Нужно только правильно подобрать приманку.

Герцог изучил список и кивнул:

— Это все хорошо, согласен. Но нет главного. Нет идеи. Кто станет новым королем? Под чьими знаменами пойдут восставшие?

Барон достал чистый лист бумаги и нацарапал на нем два имени — мужское и женское, потом провел между ними стрелку.

Герцог нахмурился:

— Не понимаю.

Барон ткнул пальцем в женское имя и, склонившись к уху герцога, тихо зашептал. Глаза герцога расширились от удивления.

— Не может быть! — воскликнул он. — Внебрачная дочь…

Барон досадливо сморщился, и герцог замолчал. Даже у стен бывают уши, барон прав, лучше не рисковать.

— Сколько времени тебе понадобится?

— У меня есть еще год, ваше высочество, — напомнил барон. — Я уложусь.

— Ладно, — согласился герцог, — но это твоя последняя попытка.

— Да, ваше высочество. — Барон почтительно поклонился.

Он не сомневался в успехе, но запасной план все-таки будет разработан, на всякий случай.

— Вот и первые потери ордена найманов. — Георг был мрачен и даже зол. — Командор, три рыцаря и один воин…

Магистр найманов Корвин негромко кашлянул. Георг поднял голову.

— Если говорить о потерях, — сказал Корвин, — то не три, а четыре рыцаря, ваше величество.

— Почему? — нахмурился Георг и стал перечислять: — Рыцарь Дайли погиб первым, его ударили кинжалом и выкинули из окна. Рыцари Карнет и Хонандей сгорели, командор Грюнбер вытолкнул меня в коридор и сгорел вместе с ними и лакеями. Воина Тарпендера убили уже на крыше. Кто же тогда четвертый? — Рустам Алматинский, ваше величество.

— Он же жив!

— Да, ваше величество. Но к службе в ордене больше не пригоден. Огонь повредил ему левый глаз.

Георг посмотрел на верховного магистра целителей Корнелиуса Дея. Верховный целитель печально вздохнул:

— Сильный ожог, ваше величество. Мы спасли глаз, и шрамов на лице почти не останется, но… днем левый глаз видеть будет, ночью нет. И ничего с этим не поделаешь. Его и так уже столько раз вытаскивали с того света, что… — Верховный магистр выразительно покачал головой и не закончил фразу.

— Мы можем оставить его в ордене, — сказал Корвин, — но полноценную службу он нести не сможет. Будет тяжело и ему, и нам. Придется искать Рустаму замену, ваше величество. А жаль, хороший боец, с понятием. Я думал предложить повысить его до командора, на место Грюнбера, а оно вон как вышло.

Георг посмотрел на Корвина и сказал:

— Хорошо, ищи ему замену. Но из рядов ордена пока не исключай. — Он встал из-за стола, оглядел собравшихся и негромко объявил: — Господа, я вас больше не задерживаю. Честер, останьтесь.

Советники поклонились и вышли. Когда дверь закрылась, граф Честер, не дожидаясь вопросов, сказал:

— Нужно еще немного потерпеть, ваше величество. Работа уже ведется, но необходимо время.

— Три покушения за месяц, — заметил Георг. — Что же будет дальше?