Конкуренты - Сергей Лукьяненко

— Подготовка к вторжению? — Валентинподумал секунду. — Нет, не верю. Там слишком нестандартная ситуация, она непохожа на земную. Проще было построить город, забрать туда людей целымисемьями, наблюдать за обычной жизнью… А еще проще — следить за жизнью на Земле. Если уж они способны вмешиваться на таком уровне!Подстраивать мелкие аварии, обвинять в мелких кражах…

— Согласна, — сразу кивнула Лена. —Так, что еще?

— Развлечение, — мрачно сказалВалентин. — Как ни обидно, но все это может быть всего лишь их способомразвлекаться. Бои гладиаторов… реал-шоу. В этой сфере такого говна намешано!

— Неприятно, но возможно, —согласилась Лена.

— Если уж совсем в фантастикувпадать — так почему бы не решить, что они питаются сильными эмоциями?

— Тогда им достаточно было быподлететь к любому ЗАГСу. Тут тебе и радость, и ненависть. Ну или где-нибудь наБлижнем Востоке курорт устроить. Сплошные эмоции, уже несколько тысяч лет… Чтоеще?

Валентин развел руками:

— Я иссяк. Версия «живой щит», еслиглавная потребность инопланетян — безопасность. Версия «гладиаторы», еслиглавная их потребность — развлечения. Ну допустим, все-таки пять процентоввероятности, если версия «подопытные» — тогда их цель это изучение людей. Все! Больше ничего в голову не лезет.

— А если выйти за пределыинопланетной версии?

— Как? Либо организаторы всего этогона Земле, либо они в космосе. Первый вариант мы отвергли. Остался второй.

— Время, Валентин.

— Сейчас… — Он глянул на часы. — Полвторого.

Лена подняла руку, продемонстрировавсобственные часики.

— Я не о том. Я говорю, чтопришельцы могут быть не только из пространства. Но еще и из времени. К примеру— люди будущего столкнулись с врагами. Но они стали очень гуманными…

— Или цена жизни у них слишкомвысока. — Валентин кивнул. — Да те же яйца, только вид сбоку. Версия «живойщит», только человечки не зеленые, а желтые.

— Почему желтые?

— Потому что белая раса вымирает, ажелтая и черная — растет в численности.

— Господи, ты что, фашист? —поразилась Лена.

— С какой стати? — обиделсяВалентин. — Я просто говорю, что по всем прогнозам лет через пятьсот основнаямасса человечества будет негроидной или азиатской. Факт такой, без всякойоценки.

— Вам, журналистам, только дайвозможность предсказать какую-нибудь гадость… — отмахнулась Лена. — Меня большеволнует сегодня, чем завтра. И я тебя уверяю, если бы все мы меньше разевалирты, размышляя о завтрашнем дне, он был бы лучше!

— Твердо стоишь ногами на Земле?

— Да, но хочу в космос. Валентин, мыточно все варианты обсудили?

— Кто же его знает? — Валентин пожалплечами. — У каждого действия есть своя цель, верно? Добыча руды на астероидах— это вряд ли цель. Создание цивилизации? Не похоже… Получается, чтоединственная цель всего происходящего в игре — это наращивать боевой опыт пилотов и… и мочить этих жуков, так? Все, версия «живойщит», разнятся только варианты…

— Я пришла к точно таким же выводам,— призналась Лена. — Но ты знаешь… вот есть ощущение, что мы с тобой что-тоупустили. Крутились рядом — но не поняли. Не посмотрели с другого ракурса…

Валентин снова закурил, откинулся настуле.

Задумался.

Да, что-то такое свербело в голове.

Было ощущение того, что они несделали какого-то шага… в правильном направлении.

Сделать еще шаг, повернуться ипосмотреть…

Зазвонил телефон.

Валентин вздрогнул.

— Ты чего? — спросила Лена. И тоженапряглась. — Телефон…

— Да, но… — Вот опять что-тоболталось в памяти… что-то напрягающее, жутковатое…

Телефон звякнул снова.

— Звонит же, возьми трубку. — Ленапривстала, взяла со столика у мойки трубку. — Или что… ты не ждешь звонков?

— Ты понимаешь… — Валентин взялопять зазвонившую трубку, привстал, заглянул из кухни в комнату — где у кроватистояла телефонная база. — Я, конечно, звонков всегда жду. Работа такая…

Телефон снова тренькнул.

— Вот только я вчера выключилтелефон, — сказал Валентин. — Провод выдрал из базы. Я так всегда делаю, еслиработы много или она интересная.

— И не включал? — Лена прищурилась.

— Нет. Не включал. Точно тебеговорю.

Телефон продолжал звонить.

— Я же тебе советовала — «не выходиникуда», — пробормотала Лена. — Ну возьми теперь… что уж.

Валентин поднес трубку к уху итолько после этого нажал кнопку приема. Будто боялся упустить хоть слово.

В трубке стояла глубокая, давящаятишина. Есть такая особая тишина — замкнутого пространства, морской раковины,пустой комнаты…

Кто-то шумно вздохнул в микрофон.

— Алло, — сказал Валентин.

— Не валяй дурака, Валик, — тихосказали в трубку. — Ну зачем тебе это?

— Что «это»? — спросил Валентин.

— Направо посмотри.

Валентин посмотрел.

Лена сидела и смотрела на него.

На ее лбу горела красная точка.

— Вот это. Эта женщина.

Видимо, что-то изменилось у него влице. Или Лена что-то почувствовала… заметила отблеск.

Она мгновенно сдвинулась вбок илегла на пол.

Валентин не колебался — плюхнулсярядом, не выпуская трубку.

Теперь из окна их не было видно.

— Не ушиблись? — заботливо спросилиего.

— Ты, тварь… — прошептал Валентин.

— Не надо ругаться.

«Дзик!» — стекло в окне тонкозвякнуло. А на столе звонко разлетелась на кусочки кофейная чашка.

Валентин и Лена переглянулись.Валентин нажал на трубке кнопку спикерфона. Лена кивнула — поняла.

«Дзик!» — «Звяк!»

Вторая дырочка в стекле. Втораячашка.

— Не валяйте дурака, — почти ласковосказали Валентину. — Нравится — играйте, не нравится — не играйте. Никто никогони к чему не принуждает. Просто не надо делать глупостей. Не старые люди, вамеще жить и жить… по-хорошему.

В трубке забикало.