Величайший дракон - Кристофер Раули

Раздался звук рожка, зовущий на завтрак, и, издавая охи и стоны, люди и драконы отложили инструменты и собрались вокруг лачуги, приспособленной под кухню. Обычная трапеза была готова – три или четыре сотни фунтов лапши, галлоны акха, бочонки с пивом, сотня плоских лепешек хлеба, большие кувшины с рыбным паштетом и тушеная трава, собранная на болоте медицинским отрядом. Это была имперская политика – поощрять людей несколько раз в неделю есть растительную пищу.

На оборонной линии все было хорошо организовано. Это был третий день работы до ломоты в спинах. У людей почти не осталось шуток. Хорошо хоть еды и пива было достаточно, да и работа шла посменно. Они выкопали триста ярдов глубокой траншеи и подняли достаточно глины, чтобы создать у основания перешейка впечатляющие фортификационные сооружения. Драконопасы были довольны бодрым духом и общим состоянием драконов, но парням было жарко, они взмокли от пота. Поэтому, накормив драконов, они прихватили хлеба и акха для себя и отправились на берег – быстренько искупаться.

Чтобы добраться до покрытого гравием пляжа, намытого самой рекой, им надо было пройти вдоль перешейка к его дальнему концу и обогнуть лагуну. Арго здесь расширялся в необъятное водное пространство, которое медленно несло свои воды дальше, к великой реке Оон.

Вода была мутной, но все равно прохладной и освежающей после нескольких часов работы под палящим солнцем. Они ныряли, плавали, плескались и почувствовали себя несколько лучше, чем раньше. Потом выпили припасенный эль, как он был, теплым, и уже собирались вернуться к своим драконам.

– Эй, парни! – закричал Джак, продолжая плескаться в воде.

Примерно в миле вверх по реке показались три паруса. Через несколько минут корабли поравнялись с драконопасами, но все еще оставались далеко от берега. Здесь было слишком мелко, чтобы речные суда могли пристать.

– Эй, там! – послышался крик с головного судна.

– У них на борту драконы, – сказал Энди.

– Эй, да там крулло! – воскликнул Свейн, заметив дракона с бледно-фиолетовой шкурой.

– Тогда это, должно быть, Стосорокпятый, – заключил Энди.

Внезапно драконы начали прыгать за борт, прямо в реку, поднимая брызги до самых макушек мачт. Моряки извергали им вслед проклятья. А драконы, не мудрствуя лукаво, поплыли прямо к берегу, бросив суда со всей своей экипировкой.

Джак и Релкин разом подумали об одном и том же и переглянулись.

– Надеюсь, у них теперь есть драконопасы, – сказал Джак.

Релкин взглядом обшарил спешно спускаемые шлюпки. Там были видны только ряды гребцов и рулевые.

– У-ху-ху, – сказал Ракама.

Вскоре после этого драконы выбрались на берег, обмениваясь приветствиями с драконопасами Стодевятого. Командир эскадрона Хуссей сошел на берег с первой шлюпки.

– Нас прикомандировали к Стодевятому, – сказал Хуссей. – Наши драконопасы погибли, когда в Разаке разразилась чума. Вам, мальчики, на какое-то время придется взять по дополнительному дракону.

При мысли о дополнительной работе сердца у ребят екнули.

Хиссарий, темно-зеленый, и мальчик-драконопас Ральф были единственной выжившей парой из всего Стосорокпятого полка, так что почти каждый в Стодевятом получил по второму дракону.

Сзади, на новых укреплениях, поднялись драконы Стодевятого, чтобы поприветствовать товарищей радостными возгласами и хлопками. Они не думали сейчас о необходимости делить своих драконопасов с другими драконами, хотя одного взгляда на огромную кучу, в которую свалили экипировку драконов Стосорокпятого, было достаточно, чтобы любой мог понять: мальчикам придется изрядно поработать.

Когда дело дошло до дележа драконов, было решено предоставить это им самим, а командир эскадрона Хуссей понял, что сам он попал под командование Кузо – драконьего командира первого ранга. Хуссей носил всего лишь одну дубовую ветку, что означало второй ранг.

К счастью, Хуссей очень хорошо сошелся с драконопасами Стодевятого еще в Далхаузи. Он был задумчивый, высокий, сероглазый, худой. Он и Кузо знали друг друга по предыдущей службе в Легионах и относились друг к другу с обоюдным уважением.

Джамбл, кожистоспинный, выбрал Релкина. Ваунс взял Курфа, Свейна подобрал Кор, кожистоспинник из Марнери Капнер выбрал Энди, а Руддор взял Джака. Большой медношкурый выбрал Мануэля, и Мано, который работал с медношкурым всю свою жизнь, пообещал помогать Мануэлю – ведь у того и так оставался Пурпурно-Зеленый, он и сам по себе требовал чересчур много времени.

Вскоре все драконы были распределены между драконопасами, и начался процесс знакомства ребят с драконами. Они разошлись по берегу. Релкин нес кое-какие мелочи из экипировки Джамбла, все остальное, включая самые большие и тяжелые предметы, тащил сам Джамбл.

Джамбл, так же, как и Базил, был кожистоспинным, но на этом сходство и оканчивалось. Джамбл по всем параметрам был больше Базила, если не считать объема бицепсов и бедер, которые у Базила для кожистоспинника были чрезвычайно велики.

– Все зажило? – спросил Релкин, вспомнив царапины, которые он обрабатывал у этого дракона в Далхаузи.

– Спасибо, все хорошо, но пока еще чешутся.

– Значит, все следы готовы исчезнуть. У тебя раны заживают быстро. А это очень хорошо для боевого дракона.

Джамбл щелкнул челюстями.

– Этот дракон думает, что ты знаешь, о чем говоришь. Я знаю, что ты давно в Легионах, еще с тех пор, когда я был детенышем.

– И мне иногда так кажется, но это неправда. Прошло семь лет с тех пор, как мы с Базилом поступили на службу. Всего лишь семь лет, скоро кончится наш срок. А после этого мы уйдем.

– Хвостолом – это легенда.

– Сам увидишь, он – лучший. Он, считай, никогда не жалуется.

– Этот дракон тоже никогда не будет жаловаться.

Релкин усмехнулся.

– Вот этого лучше не надо, а то я что-нибудь упущу.

Релкин проверил у Джамбла левую руку, где он почти под корень срезал коготь. Все хорошо зажило.

– Говорят, Хвостолом лучше всех владеет мечом.

Релкин кивнул.

– Правда. Единственный дракон, который может одолеть его, это, пожалуй, старый Буртонг. Ты не видел, как сражается Буртонг?

– Нет, но этот дракон слышал о нем. Он медношкурый, но с мечом очень скор.

– Он такой. Если бы не Базил, он стал бы чемпионом еще несколько лет назад.

Драконы весело побалагурили, пока звук рожка не объявил о возобновлении работ. Затем они разобрали инструменты и до конца работали все вместе. В три часа к расписанию добавили небольшой полдник, так как драконы Стосорокпятого пропустили завтрак. Повара привезли на рыбацких лодках огромное количество рыбы, обжаренной в сухарях, и свежеиспеченных лепешек и раздали голодной орде.

Очень скоро со всем этим было покончено, и легионеры снова принялись копать и строить укрепления. С подключившимся к ним Стосорокпятым дело пошло гораздо быстрее. Позже, когда звук рожка объявил об официальном окончании рабочего дня, все вместе протопали вдоль вновь возведенных укреплений к лагерю, расположенному примерно в миле от основания перешейка. Он был укреплен девятифутовой траншеей и частоколом.