Посланники тьмы - Антон Грановский

Легкая вибрация пробежала по ладоням Глеба. Он открыл глаза и взглянул на Псевдо-Дивляна. И тотчас голова твари дрогнула под его тяжелым взглядом и слегка расплылась, как расплывается облако, на которое подул ветер.

Псевдо-Дивлян отшатнулся и схватился за виски, словно пытался удержать себя от распада.

– Этого не может быть, – прохрипел он изумленно. – Ты ведь человек!

– Ты, должно быть, не слышал, что говорят люди, – спокойно возразил Глеб. – Тот, кто ходит в Гиблое место, сам становится его частью. Я был в Гиблом месте больше любого другого ходока.

– Слушай меня...

– Нет, это ты меня слушай! Ты просто клочок тумана, тварь. Сейчас я подую на тебя, и ты исчезнешь.

Глеб сложил губы дудочкой и легонько дунул на Псевдо-Дивляна. Тело монстра задрожало и запузырилось.

– Нет... – в ужасе прохрипел он, изо всех сил пытаясь собрать себя воедино. – Нет... Ты не мооо...

Что-то лопнуло внутри твари, и она плавно стекла на землю. Серое, студенистое тело зашипело и, подрагивая, как желе, стало таять, впитываясь в мерзлую почву.

– Как ты это сделал? – послышался за спиной у Глеба удивленный голос Дионы.

– Не знаю, – не оборачиваясь, ответил Глеб. – Но боюсь, что повторить этот номер на «бис» я не смогу.

Он поднялся на ноги, вложил ольстру в кобуру и отряхнул грязные колени.

– Еще раз увидишь, что я стою перед темной тварью на коленях, пристрели меня, – хмуро попросил Глеб. – Кстати, как тебе удалось так бесшумно подойти?

– Это было несложно, Глеб, – спокойно ответила Диона. – Ты ведь помнишь, кто я.

– Значит, твой дар вернулся к тебе?

Она кивнула:

– Да. Гиблое место вернуло мне мою Силу.

– Вот как. – Глеб прищурился и внимательно взглянул на Диону: – А что оно потребовало взамен?

Диона неторопливо подняла руки к голове и сняла платок.

– Боже... – выдохнул Глеб и отступил на шаг.

– Гиблое место изменилось, Глеб, – сказала Диона спокойным, твердым голосом. – И я изменилась вместе с ним. Я превращаюсь в чудовище. Но у меня еще есть время, и я хочу использовать его на благое дело.

Она вновь накинула на голову платок и продолжила:

– За минувшие два дня в городе произошло много странного, Глеб. Вчера лавочника Мития, торгующего на торжке мочеными яблоками и квашеной капустой, сбила телега. Колеса переехали ему голову, а Митий поднялся и как ни в чем не бывало пошел дальше. За ним побежали охоронцы, но торговец свернул за угол и исчез.

– Что еще?

– Люди в городе умирают от странной болезни.

Глеб нахмурился.

– Дай-ка угадаю. Высохшая кожа, вытаращенные глаза и губы, измазанные черной дрянью?

Диона кивнула:

– Да. Их хоронят, а потом они возвращаются снова. Ожившие мертвецы всегда угрюмы и исчезают еще до того, как кто-то пытается с ними заговорить.

– И что все это означает? – угрюмо поинтересовался Глеб. – Нечисти стало тесно в Гиблом месте?

– Наверное, так.

Глеб тяжело вздохнул.

– Если нечисть и впрямь сумела вырваться из Гиблого места, людям несдобровать.

– Она вырвалась, – сказала Диона. – И я не уверена, что мы сможем ее остановить.

Брови Глеба приподнялись.

– Мы?

Диона кивнула и ответила твердым голосом:

– Да, мы.

Глеб прищурился, словно пытался разглядеть в полумраке ее глаза.

– И с чего мы начнем, Диона?

– Ты сам знаешь, с чего. – Голос ее по-прежнему был твердым и спокойным. Было видно, что она приняла решение и не намерена от него отступать. – Нам придется встретиться с Мамелфой, Глеб. И на этот раз ты меня не остановишь.

– А если я все же попробую?

Диона покачала головой.

– Нет, Первоход. Теперь я не послушаюсь тебя.

– Ладно. Это мы обсудим позже, а пока...

Глеб шагнул к груде одежды, оставшейся после истаявшей и превратившейся в лужу твари, нагнулся и поднял кафтан. Сунув руку в карман кафтана, Глеб передернул плечами и с отвращением проговорил:

– Липкая на ощупь.

– Что ты делаешь, Глеб? – с удивлением спросила Диона.

Глеб, скривившись от отвращения, обыскал карманы. Наконец, он отшвырнул мокрый кафтан на землю, повернулся к Дионе и протянул руку. На ладони у него лежал небольшой предмет, похожий на деревянный, гладко обточенный брусок.

– Что это? – спросила Диона.

– Вещь, из-за которой погибли Дивлян и Бава Прибыток. Бава сказал, что эта штуковина может стать всем, чем угодно. Не знаю, как это работает, но хочу попробовать.

Глеб пристально уставился на брусок и наморщил лоб. Странный брусок дрогнул. Мгновение – и вот уже на ладони у Глеба лежал не кусок дерева, а большой ярко-алый цветок.

Диона смотрела на него округлившимися глазами.

– Что это? – удивленно пробормотала она.

– Роза, – ответил Глеб сухим, ничего не выражающим голосом, за которым скрывалось настоящее изумление. Он вдохнул аромат цветка и улыбнулся: – Пахнет, как настоящая.

Глеб снова пристально уставился на розу. Та дрогнула и вновь изменила форму.

– А это что? – все так же недоумевая, спросила Диона.

– «Глок», – ответил Глеб с напряженной усмешкой. – Корпус из композитных материалов, семнадцать патронов в магазине. На черном рынке стоит полтысячи баксов. Я видел такой у одного дельца.

Глеб выщелкнул обойму, глянул на нее и удовлетворенно констатировал:

– Полная. Все семнадцать патронов.

– Что это, Глеб? – снова спросила Диона. – Я не понимаю.

«Глок» снова превратился в кусок дерева, и Глеб спрятал его в карман куртки.

– Бава не обманул, – сказал Глеб. – Этот странный перевертень может превращаться во что угодно. Стоит только пожелать.

Глеб повернул голову и вгляделся в даль.

– Гиблое место не перестает меня удивлять, – задумчиво проронил он. – Интересно, сколько еще фокусов оно для нас приготовило?

Диона молчала, ожидая объяснений, и Глеб медленно проговорил:

– Дивлян притащил эту вещь из Гиблого места и продал Баве Прибытку. Тот спрятал ее в тайную комнату и скрепил замки заклинаниями и заговорами. Но Дивлян... вернее, его двойник... вернулся и похитил ее у Бавы.

Диона протянула руку.

– Позволь мне посмотреть.

Глеб покачал головой:

– Прости, но нет.