Штурм и буря - Ли Бардуго

Толя схватился за свой изогнутый меч.

– Я – Толя Юл-Батар. Я вырос вдали от этого трупного дворца и с радостью докажу, что могу остановить твое сердце.

– Ты – гриш? – недоверчиво поинтересовался Сергей.

– Такой же, как ты, – ответила Тамара, сверкнув золотистыми глазами.

– А ты? – спросил Сергей у Мала.

– Я просто солдат, – сказал тот, становясь рядом со мной. – Ее солдат.

– Как и мы, – вставил Федор. – Мы вернулись в Ос Альту, чтобы служить заклинательнице Солнца, а не какому-то позеру.

Еще один корпориал поднялся на ноги.

– Ты просто очередной трус, который сбежал, когда Дарклинг потерпел поражение. У тебя нет права приходить сюда и оскорблять нас.

– А что насчет нее? – подал голос шквальный. – Откуда нам знать, что она не работает с Дарклингом? Это ведь с ее помощью он уничтожил Новокрибирск!

– И она делила с ним постель! – выкрикнул кто-то еще.

«Никогда не отрицай», – отозвался голос Николая в моей голове.

– Что именно тебя связывает с Николаем Ланцовым? – требовательно спросил фабрикатор.

– И что связывало с Дарклингом? – визгливо полюбопытствовал кто-то.

– Разве это имеет какое-то значение? – холодно ответила я, чувствуя, что начинаю терять терпение.

– Разумеется, – кивнул Сергей. – Как мы можем тебе доверять?

– Вы не имеете права сомневаться в ней! – крикнул один из заклинателей.

– Почему? – парировал целитель. – Потому что она живая святая?

– Так отправьте ее в церковь, где ей и место! – крикнул кто-то. – Пусть выметается со своим сбродом из Малого дворца!

Толя потянулся за мечом. Тамара и Сергей вскинули руки. Я увидела, как Мария достала кремень, и почувствовала, как ветер заклинателей взметнул полы моего кафтана. Мне казалось, что я готова к встрече с ними, но поток гнева, охвативший меня, стал неожиданностью. Рана на плече запульсировала, и что-то внутри меня вырвалось на свободу.

Я посмотрела на скалящееся лицо Сергея, и моя сила откликнулась на зов с ясной и жестокой целью. Подняла руку. Раз им нужен урок, я его преподам. Могут и дальше спорить над ошметками тела Сергея. Моя рука взметнулась в воздухе дугой, направленной в его сторону. Свет стал клинком, отточенным моей яростью.

В последнюю секунду в клокочущей завесе ярости мелькнул проблеск здравомыслия. «Нет!» – в ужасе подумала я, осознав, что чуть не сделала. Я была не в себе от страха. Я взмахнула рукой и метнула разрез вверх.

Комнату сотряс громоподобный треск. Гриши закричали и попятились, прижимаясь к стенам.

Из зубчатой трещины над нами полился дневной свет. Я расколола золотой купол как гигантское яйцо.

Наступила глубокая тишина. Каждый гриш повернулся, чтобы посмотреть на меня с ужасом и недоверием. Я сглотнула, сама опешив от своих действий и испугавшись того, что чуть было не случилось. Вспомнила совет Николая и укутала свое сердце в сталь. Они не должны видеть мой страх.

– Думаете, Дарклинг могущественен? – спросила я, поразившись ледяной твердости своего голоса. – Вы понятия не имеете, на что он способен. Только я видела всю мощь его силы. И только я бросила ему вызов и выжила после этого.

Мой голос звучал незнакомо даже для моих собственных ушей, но я чувствовала вибрацию силы внутри себя и продолжила. Медленно повернулась, встречая каждый изумленный взгляд:

– Мне плевать, считаете ли вы меня святой, идиоткой или подстилкой Дарклинга. Хотите остаться в Малом дворце – следуйте за мной. А если вам это не по душе – убирайтесь этим же вечером, иначе я прикажу вас заковать. Я – солдат. Я – заклинательница Солнца. И я – ваша единственная надежда.

Я прошла через весь зал и распахнула двери в комнату Дарклинга, мысленно обрадовавшись, что они не оказались заперты.

Вслепую прошла по коридору, не зная, куда иду, но спеша убраться подальше от купольного зала прежде, чем кто-то заметит, как меня трясет.

К счастью, коридор привел в комнату военного совета. Мал вошел следом за мной, и, пока он закрывал дверь, я увидела, как Толя и Тамара занимают свои посты. Федор и остальные, должно быть, остались в зале. Оставалось надеяться, что они придумают способ, как помириться с остальными гришами. Или же они просто перебьют друг друга.

Я шагала взад-вперед перед древней картой Равки, развернутой вдоль всей стены.

Мал прочистил горло.

– Думаю, все прошло отлично.

С моих губ сорвался истеричный смешок.

– Если только, конечно, ты не планировала обрушить на наши головы потолок. Тогда, наверное, это лишь частичный успех.

Я начала кусать большой палец и продолжила мерять шагами комнату.

– Мне нужно было привлечь их внимание к себе.

– Значит, это вышло специально?

«Я чуть не убила человека. Мне хотелось его убить. Выбор был между куполом и Сергеем, а Сергея залатать было бы куда сложнее».

– Не совсем, – призналась я.

Внезапно меня покинули все силы. Я рухнула в кресло у длинного стола, схватилась за голову и застонала.

– Они все уйдут.

– Может быть, – ответил Мал, – но я в этом сомневаюсь.

Я закрыла лицо руками.

– Кого я обманываю? Мне не хватит умений. Все это кажется дурной шуткой.

– Я не слышал, чтобы кто-то смеялся. Для человека, который понятия не имеет, что делает, ты неплохо справляешься.

Я глянула на него. Парень прислонялся к столу со скрещенными руками, и на его губах играла слабая улыбка.

– Мал, я проделала дыру в потолке!

– Очень драматичную дыру.

Я фыркнула, и это прозвучало как смесь всхлипа и смешка.

– И что мы будем делать, когда пойдет дождь?

– То же, что и всегда. Сохнуть.

Кто-то постучал в дверь, и внутрь заглянула Тамара.

– Одна из служанок хочет знать, будешь ли ты ночевать в покоях Дарклинга.

Придется, хотя мне этого и не хотелось. Я потерла лицо и с трудом поднялась с кресла. Я пробыла в Малом дворце меньше часа и уже выбилась из сил.

– Что ж, давайте их осмотрим.

Покои Дарклинга находились чуть дальше военной комнаты. Служанка в угольно-черной форме проводила нас в большую и довольно официальную гостиную, меблированную длинным столом и несколькими неудобными на вид креслами. В каждой стене виднелись распашные двери.

– Эти ведут к выходу из Малого дворца, моя правительница, – сказала служанка, указывая вправо. Затем показала на двери слева: – Эти – в покои стражей.

Что находилось за дверьми напротив, было и так понятно. Они тянулись от пола до потолка, и их черная древесина была украшена резным символом Дарклинга – солнцем в затмении.