Вероника - Марина Халкиди

— Отец сказал, что настоятель при смерти, а он…

— Что? — возмущенно спросила девочка, превозносившая Одина Фрейдо. — Только не это. Дядя рассказывал, что Озерик помешан на дисциплине. Более строго преподавателя не существует на свете, — едва не плача, воскликнула она. — К тому же он ненавидит сэра Одина, — добавила девочка, как будто это все объясняло.

Вероника улыбнулась, когда поняла, что она не одна прислушивается к слухам: эльмы и дорфы также ловили каждое слово. Девочка подумала, что, несмотря на их гордо поднятые подбородки, они волнуются не меньше ее.

Профессор Один поднял руку, призывая абитуриентов к тишине. Видимо, он знал, как трудно было убедить юных вандов сохранять спокойствие и не галдеть.

— Я рад приветствовать на землях Первого королевства гостей из Эльмии и Дорфии, и конечно же волшебников и валиев. Сегодня у каждого из вас будет единственная возможность поступить в нашу школу. От вас требуется — честность, знания и демонстрация силы. Начало экзаменов через десять минут в приемной зале Анабе. Послушники раздадут вам карточки с номерами…

Как только профессор завершил свою речь, волна подростков вновь зашумела. Кто-то рвался быстрее сдать экзамены, а кто-то не желал попасть в число первых.

Брат Озерик и Один Фрейдо ненадолго задержались на помосте, они первыми прошли в зал Анабе.

— Значит, Готрик решился прислать к нам свою правнучку, — заметил монах.

Профессор Один нахмурился, но промолчал.

— Отец неизвестен, а темное прошлое Василисы заставляет нас задуматься, достойна ли девочка обучаться в Академии?

— Разве Вероника должна отвечать за ошибки, совершенные матерью? — в свою очередь поинтересовался валий, разглядывая брата Озерика.

— Мы все знаем, как сильна в вандах наследственность. А девочка к тому же воспитывалась не в нашем мире, а среди людей! А те не могут научить ничему хорошему, достаточно вспомнить историю Великих катаклизмов, — напомнил монах.

Фрейдо усмехнулся.

— Не волнуйтесь, брат, я лично прослежу за Вероникой и помогу ей не сбиться с пути.

Во взгляде монах мелькнуло понимание: рот скривился в усмешке.

— Похвальное обещание. Хотя не сомневаюсь, что ваши поступки продиктованы симпатией, которую вы испытывали к Василисе, — служитель обители вздохнул. — Боюсь, это вас и погубит, Один. — Монах поманил пальцем профессора, чтобы тот наклонился. — Директриса собирается сегодня сложить свои полномочия. О, не удивляйтесь, мне это известно. Я также знаю, что она собирается рекомендовать вас на свое место, — увидев удивленный взгляд мага, монах спокойно продолжил. — Да, даже у стен есть уши. Но ваша кандидатура не пройдет голосование, вас не поддержат, потому что вы не умеете выбирать друзей…И эта ваша попытка навязать нам в ученики вампира…Скажите честно, вы надеялись, что мы дадим добро? — не скрывая любопытства, поинтересовался монах.

— Спайка Стоуна пригласили на обучение друиды, а это значит, что у него чистое сердце и он не представляет собой опасности.

Шах, отметил про себя Фрейдо, заметив, как старик нахмурился. Брат Озерик понял, что спор проигран.

— Как бы то ни было, ваши знакомства оставляют желать лучшего. И пока вы будете знаться с не лучшими представителями нашего мира, вы всегда будете на вторых ролях.

— Это угроза? — с улыбкой спросил профессор.

— О, скорее предупреждение. Что бы вы не думали, я высокого мнения о вас. Но, вы слишком молоды…

Брат Озерик кивнул и сел за длинный стол.

Один отстал, он повернулся к Жозефине Кляйн.

— Слышала ваш разговор, — прошептала волшебница. — Тебе надо опасаться старика.

— Меня другое беспокоит, — признался маг. — На место директора Озерик прочит Барта, а ты знаешь о его симпатии к Первому королевству и волшебникам лично. Если им удаться отстоять его кандидатуру, то Академии, которую мы знаем, придет конец.

— Если они знают об отставке директрисы — проговорился кто-то из наших. Я сразу после экзаменов переговорю со всеми. Возможно, мне удаться спасти ситуацию. Многие настроены против Барта, они поддержат тебя, Один.

Фрейдо кивнул.

— После обсудим, Жозефина. А сейчас пригласи первого абитуриента.

Вероника давно так не волновалась. Она взглянула на номерок — сорок пятая.

— Почему никто не возвращается? — спросила девочка.

— Сдавшие экзамены выходят через другие двери, — буркнул кто-то в очереди.

— А что будут спрашивать?

Джон хотел возмутиться. Его отвлекали эти перешептыванья. Мальчик поднял взгляд, увидел юную Мэдисон, вздохнул.

— Никто не знает какие будут вопросы, поэтому я повторяю все.

— А ты классно выступила на карнавале в городе Вечного солнца, — вмешался в разговор Максим.

Акробатка смущенно покраснела.

— Спасибо.

— Ты же знаменита, зачем тебе Академия и учеба? — как всегда бесцеремонно поинтересовался Макс.

Девочка пожала плечами.

— Это родители настаивали, чтобы я выступала с ними. Моя очередь.

Следующими были братья, а потом…

— Вероника Мелари.

Девочка набрала воздуха в грудь, задержала дыхание.

— Быстрее! — поторопил девочку служитель.

Ника неуверенно вошла в зал с колоннами. На другом конце комнаты расположился стол с преподавателями.

Вероника осмотрелась, увидела стул и присела на самый краешек. В голове все смешалось, и девочка старалась не смотреть в лица профессоров.

Фрейдо улыбнулся, хотя улыбка вышла грустной и немного натянутой. Он хотел было успокоить девочку, но брат Озерик не сводил с него взгляда.

— Джако, — приказал Один Фрейдо.

Молодой послушник расстелил на столе ткань: в центре лежал небольшой хрустальный шар — прозрачный, как горная вода.

Преподаватели посмотрели на девочку, которая гипнотизировала шар, сидя на стуле.

— Возьми шар в руки, — подсказал Один.

Вероника пересекла комнату и схватила шар, не понимая, почему Готрик или говорливый кот не сказали об этой части экзаменов.

Профессор Фрейдо продолжал что-то говорить, но в ушах девочки гудело. Шар в руках стал неожиданно тяжелым, как гиря. Ника хотела разжать пальцы, но не могла, как и не могла отвести глаза. Тысячи нитей из шара потянулись к девочке, Вероника видела их, хотела сбежать, но они оплетали ее тело и разум.

Шар изменил цвет, он стал ярко зеленым.

Вероника чувствовала — с каждой секундой она слабела. Шар — как энергетический вампир — пил ее энергию. Девочка вздрогнула. Она вдруг ясно осознала — еще немного и сил не хватит, она просто упадет в обморок. И в этот момент в голове появился голос, приказавший: «Брось».