Вероника - Марина Халкиди

Профессор Один облегченно вздохнул, все сложилось не так уж плохо. Главное не Барт возглавит Академию. Да и Озерик удержится от прямой конфронтации со служителем судьи.

— Милорд…

Тельдераск махнул рукой.

— Просто Драгон.

Вероника, Джон и Макс лежали на поляне, в тишине наблюдая за закатом солнца. Девочка в очередной раз переживала события происшедшие на экзаменах. Конечно, она не разделяла точку зрения Максима, который считал, что шар подменили специально. Ведь он и сам не мог объяснить, кому это было выгодно.

Ника продолжала хранить в секрете видения, она радовалась, что у нее появился пусть и странный, но способ увидеть мать и узнать какой она была в детстве и юности. К тому же в глубине души она надеялась, что видения не исчезнут, и она увидит, какой стала Василиса повзрослев. Надеялась Ника узнать и имя своего отца.

— Интересно, а Артей успешно сдала экзамены? — произнес Максим вслух.

Девочка улыбнулась, кажется, их брату очень понравилась девушка с желтыми глазами, ведь он отменил все свои свидания и не мог дождаться начала занятий! И это их брат! Который ненавидел школу!

— Надеюсь, мы сами хоть поступим, — буркнул Джон. Он продолжал настойчиво заниматься, желая с первого дня поразить преподавателей своими знаниями. Сэр Генри был в восторге, он с удовольствием читал лекции подростку. Ведь Вероника и Макс даже слышать не хотели о книгах и учебе, они просто наслаждались каникулами.

— Поступим, — уверенно заметил Максим. — Я, может это прозвучит странно, но, когда я взял шар в руки, мне показалось он…ну, остался, что ли доволен увиденным.

— Готрик сказал, что ответ придет на днях, — напомнила Ника, которой не терпелось узнать результаты. Хотя в отличие от других она так и не прошла экзамен полностью. После того, что произошло, ее просто отпустили.

Но Готрик сказал, что среди взрослых вандов мало кто умеет противостоять силе шара магмы. А она смогла! И даже если с ней что-то не так, ну и пусть, подумала Вероника!

— Быстрее бы, — с надеждой сказал Джон, который хотя и знал, что справился со своим шаром, ждал письменного подтверждения. Он никому не говорил, но его то и дело мучили кошмары. Снилось, что он провалил экзамены, а брат поступил!

— Джилас хочет устроить нам прощальный прием. Как только придут письма из Академии, она собирается разослать приглашения на вечер, — вспомнил Макс.

Вероника обреченно вздохнула, бабку не исправить, но Генри прав, надо мириться с чужими недостатками, ведь никто не идеален.

— Интересно, какая она — Академия? — мечтательно произнесла девочка.

Ника вспомнила величественные замки средневековья. Максим подумал о греческих амфитеатрах.

Джон искренне стал описывать остров Глаза змеи, чем вызвал смех друзей.

— Да ну вас, — обиделся он.

— Джонни, меньше бы ты читал, — посоветовал брат.

— То, что я стремлюсь к знаниям, свидетельствует о…

Максим протяжно зевнул и захрапел, а девочка обреченно повернула лицо к брату, зная, если Женя разошелся — это надолго!

Лени обыскала дом и сад в поисках молодых господ: пришли долгожданные письма из Академии!

Джон прервал себя на полуслове и вскочил на ноги, брат и сестра отставали от него на шаг.

В дверях дома возникла пробка, так как ребята пытались втроем протиснуться в двери. В конце концов, после минутной молчаливой борьбы, Нике удалось прошмыгнуть в комнату, а братья с грохотом упали. Джилас махнула на внуков рукой, ей не терпелось узнать результаты. Она всучила письма мальчикам прежде, чем они успели встать на ноги, потирая шишки.

Подростки схватили письма, прижали их к груди: никто не решался первым распечатать конверт.

Ника фыркнула, вспомнив любую присказку дяди Андрея.

— Двум смертям не бывать, а одной не миновать.

Девочка распечатала конверт, и ее радостный крик оглушил дом.

Братья переглянулись и одновременно вскрыли конверты, после чего бросились к сестре и закружили ее в ритуальном танце африканских аборигенов, к ним тут же присоединилась Джилас.

Марлет не сдержала слез радости, пообещав немедленно заняться приготовлением вкуснейшего праздничного обеда с любимыми блюдами детей. Леди Мелари воспользовалась моментом, предложив немедленно организовать прием по такому случаю. Подростки посмотрели с надеждой на деда. Ему порой удавалось погасить энтузиазм супруги. Лорд Мелари чинно поздравил внуков, но помочь он им не мог. Его отношения с супругой только наладились, и спорить с ней из-за приема ему не хотелось!

В конце концов, подросткам удалось уговорить бабушку ограничиться небольшим званным ужином. Джилас возмутилась ради приличия, но в душе она была рада хоть перед десятком знакомых похвастаться успехами внуков…

С утра графиня порхала как заведенная фигурка в музыкальной шкатулке. И даже советы Сент-Луис, а та изгалялась как могла, не смогли вывести ее из себя.

Призрак помаячил из вредности и испарился. В последнее время Сент-Луис часто можно было застать в компании сэра Генри. Причем Ника один раз опешила, когда застала кота и призрака сидящих в кабинете и пьющих вино. Пил, правда, один кот, а графиня жаловалась, что призраки не могут есть и пить.

Появилась у графини и новая игра — доводить вопросами влюбленного Максима. Сент-Луис то и дело подначивала мальчика, что в Дорфии много достойных юношей, и Артей возьмет и обратит внимание на одного из них.

Макс злился, менял прическу, распаковывал чемоданы, менял одежду и так сутками напролет…

На прием в гостиной Мелари собралось ближайшее окружение: мэр Свинт прибыл как всегда с молодым помощником, портниху Джудит сопровождал престарелый двоюродный брат графини. Сенатор Оуэн, находящийся проездом в городе, тоже с радостью принял приглашение. Еще несколько друзей были подросткам практически не знакомы.

Первые полчаса только и разговоров было, что об учебе. Каждый из присутствующих окунулся в воспоминания, когда и как он закончил обучение, и старики спешили дать советы подросткам, которым только и оставалось, что кивать, делая вид, что им безумно интересно. Пятидесятилетний сенатор Оуэн почти не вмешивался в воспоминание кому за семьдесят, он обсуждал с Мелари последние принятые Сенатом решения.

Джилас недовольно вздохнула, так как все переключили внимание с ее рассказа о служительнице обители, происшедшей в институте благородных девиц, на историю мэра, утверждающего, что ему удалось увидеть дрэков до их выселения из Мессории.

— Это страшные чудовища, трех, а то и четырех метров. О, их нельзя назвать вандами, хотя проблески разума в них и присутствуют, но все же — это животные, подчиняющиеся своим природным инстинктам… — размышлял Свинт, размахивая руками и пытаясь изобразить кровожадных монстров.

— Извините, мэр, но если дрэки были созданы в пробирках волшебниками, то, как им удалось вырваться на свободу? — спросил Джон, пытаясь перекричать гам, царивший за столом. Мальчику это удалось, и гости все как один посмотрели на мэра, ожидая от него получить объяснения. Тот открыл и закрыл рот, с надеждой взглянув на сенатора Оуэна и Готрика, надеясь на их помощь.