Халцедоновый вереск - Вира Наперстянка

– Это степь? – поинтересовалась я, глядя на глубокий синий и охристый цвета.

– Да. Дом.

Отила выглядела преисполненной любви и грусти. Она, казалось, смотрела своими светлыми голубыми глазами в никуда и накладывала мазок за мазком.

– Я тоже скучаю по дому, – отозвалась Миладея. – Цветущие поля, низенькие дома, ведьмовские круги в лесу, кристально чистые озера. Тут же слишком…

– Холодно, серо и сурово? – спросила я.

– Верно. – Миладея улыбнулась. – Но по-своему завораживающе и… величественно.

– Да, Антара впечатляет. – Отила кивнула и улыбнулась. – Но ветра слишком пронзительные. – Она передернула плечами от очередного завывания ветра.

– В столице еще не настолько серо и холодно, как в моем родном герцогстве, – ответила я.

– Леди Адрия, возможно, вам и правда стоит приступить к краскам, – произнесла мисс Килей, одетая в ярко-малиновое платье. – Все девушки заняты делом.

– Бессмысленным делом, – проворчала я.

– Они делают подарки королю к сегодняшнему балу! – прикрикнула Филиниха.

Слух, к сожалению, у нее отменный. В отличие от логики. Зачем Дариону столько всяких бесполезных безделушек? Он не любитель подобного. Помню, когда в детстве бывала в его покоях, они казались мне жутко пустыми, я каждый раз намеревалась их чем-то украсить: картинами, статуэтками, вазами с цветами. Дар на это только смеялся и отправлял все принесенные мной вещи обратно, что-то возвращалось в королевскую сокровищницу, что-то в лавки домашнего быта, что-то переезжало в комнату к Орсо.

– Краски, Адрия! – вновь прикрикнула Филиниха.

И невесты вновь рассмеялись.

Право слово, эта женщина нехорошо влияет на мой цвет лица. Достала, одним словом.

– Мне стоит напомнить вам, миссис Буан, что вы просто… миссис? – поинтересовалась я, поднимаясь со стула.

Невесты сразу же притихли. Возможно, были впечатлены тем, что кто-то что-то сказал этой женщине. Возможно, просто предвкушали неплохое представление.

– Леди Адрия, – мисс Килей поспешила на помощь к Филинихе, пытаясь меня успокоить. Но я и так была спокойна.

– Вы распорядители, – я перевела на нее взгляд, – вы координируете мероприятия, подсказываете и направляете невест, когда в этом есть необходимость. Сейчас же такой необходимости нет. Я знаю, чем хочу заниматься. И я знаю, что точно не хочу заниматься вещами, которые есть в этой комнате. – Я повернулась к Филинихе. – Мне не шесть лет, когда вы могли отчитывать меня за шалости на правах старшей.

– У меня все еще есть право старшей.

– А у меня есть титул леди. И думаю, что в некоторых вопросах он побеждает.

– Леди, – мисс Килей особо выделила это обращение, – Адрия, смею напомнить, что вы пока не королева. И возможно, никогда ею не станете.

Наконец-то она сбавила громкость и чрезмерную жестикуляцию. Все-таки сохранять маску на лице постоянно очень сложно. Иногда, а особенно, когда на конфликт нарываются всякие маленькие леди, она слетает.

Я улыбнулась распорядительнице.

– Возможно, и не стану. Но я не перестану быть выше вас по статусу.

Дверь зала приоткрылась, и в щель просунул голову взволнованный страж.

– Простите, что беспокою. Но принц Орсолин требует… кхм…

– Говори, как сказал, – громко прошептал Орсо за дверью.

– Принц Орсолин требует выпустить из этой безвкусной и ядовитой клетки леди Адрию. И если этого не произойдет, то он обещает устроить веселье в стиле… маленькой бешеной банды. Что бы это ни значило. Принц так и сказал, я передал почти слово в слово. – Страж нервничал, очень часто запинался и прокашливался. – И еще он просил передать… Что месть будет сильной и сорочки лучше хранить не в шкафу.

Филиниха побледнела. А я была готова рассмеяться. Как-то раз мы получили от нее совершенно обидное и незаслуженное наказание и решили отомстить. Взяли несколько ее сорочек и отправили их нескольким старым лордам с не очень хорошими подписями. Признаться, в столь юном возрасте мы надеялись не на тот эффект, который получился. Сорочки у Филинихи оказались довольно дорогими и красивыми, а еще почти ничего не скрывающими. Лорды, хоть и были старыми, но еще не утратившими мужской силы и желания. Сорочки произвели на них впечатление. Поэтому они по очереди заявились в покои Филинихи под покровом ночи. И каково же было их удивление, что это комната не молодой служанки, решившей завести себе спонсора, а старой замковой экономки. А уж каково было удивление Филинихи, когда посреди ночи с нее пытались стянуть сорочку и вовлечь во всякие непотребства. И это при живом муже, который работал стражем в городе.

– Леди Адрия, – уже у двери догнал меня голос мисс Килей, – я буду вынуждена сообщить о вашем поведении королю. Это отразится на ваших баллах.

– Сообщайте, – ответила я и добавила, проворчав: – Дарион знает, как я ненавижу клетки и правила.

Возможно, решение принять участие в отборе было неправильным. Я и правда ненавидела ограничения. А отбор – это одно сплошное ограничение.

– Я уж думал, не сработает. – Орсо ждал меня за углом.

– Сомневаюсь, что ты так думал. Не после упоминания сорочек, – покачала головой я. – Так что мы делаем? Я думала, наш… план будет осуществлен вечером.

– Да, будет. Но нам надо кое-что послушать. – Орсо крепко держал меня за руку и быстро шел по коридору. Он выглядел нервным.

– Что-то произошло? – спросила я. Сосредоточенность и нервозность друга мне не нравились. – Еще одно убийство?

– Да. Но они что-то нашли помимо тела. Нам надо послушать.

– То есть подслушать, – поправила я.

Орсо улыбнулся и свернул в узкий малоприметный коридор. Из него мы попали в потайной ход, попетляли по скрытым коридорам и остановились за стеной рабочего кабинета лорда Корбина.

– Это не невеста, переодетая в служанку, как мы изначально думали, а новая горничная. Приехала из окрестностей Антары, родители живы, есть младшие братья. Пока это все, что удалось выяснить, – сухо отчитывался лорд Корбин.

Я посмотрела в специально выдолбленный нами с Орсо глазок. В кабинете главы службы безопасности находилось три человека: сам глава безопасности сидел в гостевом кресле, на излюбленном диванчике Дариона сидел лорд Гаррет с пристроенной рядом тростью, и неподалеку от фикуса Альта сидел сам Альт, король Аритерры, в кресле главы кабинета.

– Узнали, кому принадлежит лавка, клеймо которой стояло на кинжале? – спросил король.

– Выясняем. Владельцы явно не хотели быть обнаруженными. Документы составлены туманно, клейма лавки не входят в реестр личных клейм мастеров-артефакторов. Никаких махинаций, все по закону. Но эта недосказанность… Думаю, стоит больше покопать в этом направлении.