Визитер - Михаил Шухраев

Под конец Серый не выдержал, и на очередной вопрос весело ответил:

В бригаде, бабушка, стало быть, в натуре!

«Бабушка» слегка оторопела.

— Ну, э… на стройке в бригаде, да? — спросила вконец смутившись, Инна.

— М-гм, — хмыкнул Серый, что могло означать и «да», и «нет». Ему показалось, что главным поводом для недовольства стала не мифическая бригада, а «бабушка».

Наконец, когда с салатом и рисом было покончено, — просто из-за желания не обидеть Инну, — Серый и Димон одновременно поднялись.

— Ну что, гости дорогие, поели-попили — теперь можно и уезжать? — скривилась вредная старушенция. Братьям пришлось волей-неволей выслушать и это. Серый смолчал, а Димон все-таки не вытерпел:

— Да знаете, сколько волка не корми, он все равно понятно куда смотрит.

— Маска у тебя откуда? — спросил Инну на прощение Серый, когда они уже подходили к станции.

— Да двоюродная сестра подарила.

— Этой вот «бабушки», стало быть, дочка? Ну-ну…

— Ну вот, а он теперь заболел, — закончил свой рассказ Серый. — Этого силоса наелся!

— Понятно, — кивнул Эйно. — Ну-с, стажер Савченко, вам задание, — обернулся он к Оле, — разобраться вот с этой пакостной маской. Это — когда приедешь с практики. — Эйно, как правило, не выдерживал больше двух-трех фраз в официальном тоне. — Сейчас Воронов тебя на работу захватит. Пора.

* * *

— И как выходные? — Это было первым, что спросил Алекс.

— Ну, нормально, — пробормотала девушка.

— Тебе же пришлось остаться в О.С.Б. ?

Оля промолчала, но залилась краской стыда.

— Вообще-то, нет. — Отчего-то ей захотелось посоветоваться по поводу своего самодеятельного и самонадеянного расследования. И посоветоваться именно с Алексом — не с Настей, не с Редриком.

— Ты рискуешь, — вздохнул он. — Хотя мне отчего-то казалось, что ты захочешь рисковать.

— Алекс, — она терялась в догадках, как к нему обращаться. Ведь вроде уже и на «ты», а вроде бы, он все-таки, начальство. — Я… Я просто захотела кое-что проверить.

— Проверить? Что проверить? Набросится ли на тебя С.В.А., если ты одна выйдешь из офиса? Или — что?

— Проверить свою версию по поводу убийств! — выпалила Оля.

Воронов изумленно воззрился на нее.

— И что же?

И Оля — совершенно неожиданно для себя — принялась рассказывать: о странной надписи в переулке, о визитке, полученной вместе с апельсинами, о том, как была найдена Эрис, и что из этого вышло — точнее, чего не вышло.

Алекс слушал молча, не перебивая.

— Однако, Оленька, ты смелый человек. Или — отчаянный. Ты хотя бы понимаешь, что теперь убийца будет кое-что о тебе знать? Возможно, если он знаком с чтением мыслей, — а я считаю, что очень даже знаком, — он уже знает тебя в лицо. Ты с кем-нибудь говорила, что и как?

— Ну, Насте я сказала про поход в клуб — и всё.

— Ладно. Ты бы лучше прикинула другое — а к чему он охотится на магов из С.В.А., потом подкидывает этих тварей в О.С.Б., потом… Ты слушала, что сегодня говорили в утренних новостях? Умер экстрасенс, объявивший себя мессией. Самый странный случай так называемого самоубийства.

Ольга молча кивнула, не зная, куда провалиться из– за своего непрофессионализма.

— Короче, убийца опять принялся трепать нервы С.В.А. И как ты думаешь, а кем он может быть и чего ему от жизни надо?

Автомобиль сделал резкий поворот.

— Вот подумай, кто это. И, кстати, один ли это человек? У тебя есть какие-нибудь варианты?

Ольга молчала. Вариантов не было.

— Знаешь, любопытная тактика. Представь, что есть две воюющие стороны. Постреливают они друг в друга, но делают это без особого напряга. И без особой крови. И без особого желания. И вот-вот пойдут на какие-нибудь переговоры, уступки, на утрясание конфликта. А потом появляется — как бы из ниоткуда — снайпер. Сперва палит по одним, потом — по вторым. Кто он такой, чью сторону держит — никто не знает. Зато мочит всех без разбора. Если его попытаются поймать, он покончит с собой, никаких документов не оставив. Знаешь, такая тактика была опробована не раз. Даже у нас.

— Где? — Оля не сводила глаз с Алекса.

— Конкретно — в Москве, во время событий семнадцатилетней давности. Хотя, думаю, и не только там. — Лицо Воронова стало жестким и суровым. — А уж в других странах — и подавно. Так вот, после этих снайперских ударов и начинается большое мочилово.

— И кто-то хочет этого и здесь? — выдохнула девушка.

— Вероятно — очень хочет. А почему, как ты думаешь?

— Он —за С.В.А.?

— Версия номер один. Какие еще?

— Неужели — из наших?

— Версия номер два. Что еще?

Девушка глубоко задумалась.

— Подсказываю — есть версия номер три. Он — третья сила, которая очень хочет большого конфликта между С.В.А. и О.С.Б.

— Но зачем?

— А вот здесь мы пока можем строить только догадки. Ну, например, такие. С.В.А., как хотите — сила большая, но не слишком организованная. Там так или иначе каждый — сам за себя. Так оно повелось, дисциплина там держится либо на деньгах… либо она палочная. У нас несколько не так. Если устранили этого Склепова — обрадуются его конкуренты. Горевать особенно никто не станет — разве что те, кто был связан с ним общими финансовыми делами. Горевать они будут о потерянных

деньгах. Конкуренты, конечно, начнут принимать меры — но только для спасения своих шкур.

— А мы?

— А мы уже раззадорены — после апельсинов. Но сложно раскачиваемся. В прошлом году С.В.А. угробило одного из лучших стажеров — не тебе в обиду, конечно. Да, все были в ярости. А почему тогда маги из С.В.А.еще живы в Петербурге?!

— Ну, есть же сдерживания… равновесие. — Оля и сама не знала, как ответить на эти вопросы, которые — почти непроизвольно — она задавала и себе самой.

— Вот-вот, равновесие, — вздохнул Воронов. — Ты говоришь почти как Ольховский. Эйно у нас, конечно, более боевой. Но и он это равновесие признает. А кто– то — возможно, видя все со стороны — признавать не захотел. И решил — если О.С.Б. раскачается как следует, то и мокрого места от всей этой гадости из С.В.А .не останется. А возможно — и не только от С.В.А., но и от их протеже. Да, кровь будет немалой. Но придет и победа.

— И кто-то решил заплатить чужими жизнями?

— А свою он разве не ставит под удар? Оленька, а представь себе, что он — или она — не столь предусмотрителен. И что Эрис вывела бы тебя на его след. А он ведь вряд ли станет бить по тебе. Одно дело — прислать тварей «на кого Бог пошлет». Другое дело — выстрелить в тебя. Или, скажем, в меня. Или — в того же едва не пострадавшего Андрея. Так что он может оказаться в полном распоряжении таких, как мы. Ведь никто из нас не дал ему права убивать. И что бы ты тогда сделала?