Меч Предназначения - Анджей Сапковский

– Стыдно? – удивился бард. – Важно, что и какпоешь, а не где поешь. Кроме того, я голоден, а хозяин ларька обещал накормитьобедом. Что же касается допплера, то ищите его сами. Я для погонь, драк исамосудов не гожусь. Я – поэт.

– Ты б лучше помалкивал, поэт. Здесь твоя невеста,могут быть неприятности.

– Невеста? – Лютик нервно заморгал. – О комты? У меня их несколько.

В этот момент сквозь толпу слушателей с силой нападающеготура пробилась Веспуля, держа в руке медную сковороду. Лютик соскочил сприлавка и кинулся бежать, ловко перепрыгивая через корзины с морковью. Веспуляповернулась к ведьмаку, раздувая ноздри. Геральт попятился и уперся спиной встенку ларька.

– Геральт! – крикнул Даинти Бибервельт, вырываясьиз толпы и отталкивая Веспулю. – Быстрее, быстрее! Я его видел. Вон тамон, убегает!

– Я еще вас достану, распутники! – взвизгнулаВеспуля, стараясь удержать равновесие. – Я еще сочтусь со всей вашейсворой! Хороша компашка! Стиляга, оборванец и карлик с волосатыми пятками! Выменя попомните!

– Туда, Геральт! – крикнул Даинти, на бегурасталкивая группку школяров, занятых игрой в «три ракушки». – Туда, туда,он между телегами крутится. Заходи слева! Быстрее!

Они кинулись в погоню, сопровождаемые проклятиямиперекупщиков и покупателей. Геральт только чудом избежал столкновения сбросившимся под ноги сопливым малышом. Перескочил через него, перевернув приэтом два бочонка сельди, за что разъяренный рыбак хлестнул его по спине живымугрем, которого в тот момент демонстрировал клиентам.

И тут он увидел допплера, пытающегося сбежать вдоль загонадля овец.

– С другой стороны! – крикнул Даинти. –Обходи его с другой стороны, Геральт!

Допплер стрелой пронесся вдоль заграды, мелькая зеленымжилетом. Теперь было ясно, почему он не превратился ни в кого другого.Проворством никто не мог сравняться с низушком. Никто. Кроме другого низушка. Иведьмака.

Геральт увидел, что допплер резко меняет направление,вздымая тучу пыли, и ловко ныряет в прогал в ограде, окружающей большуюпалатку, которая выполняла роль бойни и мясной лавки одновременно. Даинти этотоже заметил, перепрыгнул через жерди и стал пробиваться сквозь сбившуюся вограде отару блеющих баранов. Было ясно, что он не успеет. Геральт свернул икинулся вслед за допплером между досками заграды. Неожиданно почувствовалрывок, услышал треск рвущейся кожи, и куртка под другой подмышкой тожесделалась вдруг очень свободной.

Ведьмак остановился. Выругался. Плюнул. И еще раз выругался.

Даинти влетел в палатку вслед за допплером. Изнутри понеслиськрики, звуки ударов, ругань и чудовищный грохот.

Ведьмак выругался в третий раз, особо яростно, заскрежеталзубами, поднял правую руку, сложил пальцы в Знак Аард, направив его прямо напалатку. Палатка вздулась, и изнутри послышался жуткий вой, гул и рев скотины.Палатка осела.

Допплер, ползя на животе, выбрался из-под полотна и кинулсяко второй, меньшей, палатке, скорее всего – леднику. Геральт, не раздумывая,направил руку туда и ударил его в спину Знаком. Допплер повалился на землю какгромом пораженный, перевернулся, но тут же вскочил и влетел в палатку-ледник.Ведьмак преследовал его по пятам.

В палатке несло мясом. И было темно.

Тельико Луннгревинк Леторт стоял там, тяжело дыша, обеимируками ухватившись за висящую на крюке половину свиной туши. Второго выхода изпалатки не было, а полотно было крепко и жестко привязано к кольям, торчащим изземли.

– Чистое удовольствие снова встретить тебя,мимик, – холодно произнес Геральт.

Допплер тяжело и хрипло дышал.

– Оставь меня в покое, – простонал оннаконец. – Зачем ты меня преследуешь, ведьмак?

– Ты задаешь глупые вопросы, Тельико, – сказалГеральт. – Чтобы завладеть лошадьми и внешностью Бибервельта, ты разбилему голову и бросил на безлюдье. Ты продолжаешь пользоваться его личностью иплюешь на неприятности, которые тем самым ему доставляешь. Дьявол знает, что тысобираешься делать еще, но я порушу твои планы в любом случае. Я не намерен ниубивать тебя, ни выдавать властям, но из города ты должен убраться. Я прослежуза этим.

– А если не захочу?

– Тогда я вывезу тебя на тачке в мешке.

Допплер вдруг раздулся, потом так же неожиданно похудел иначал расти, его кудрявые каштановые волосы побелели и выпрямились, упав наплечи. Зеленый жилет низушка масленно заблестел и превратился в черную кожу, наплечах и манжетах заискрились серебряные шипы. Пухлая, румяная физиономияудлинилась и побледнела.

Над правым плечом выдвинулась рукоять меча.

– Не подходи, – хрипло проговорил второй ведьмак иусмехнулся. – Не приближайся, Геральт. Я не позволю к себе прикоснуться.

«Ну и паршивая же у меня ухмылка, – подумал Геральт,потянувшись за мечом. – Ну и паршивая же морда. Ну и паршиво же я щурюглаза! Так вот как я выгляжу! Зараза!»

Руки допплера и ведьмака одновременно коснулись рукоятей,оба меча одновременно выскочили из ножен. Оба ведьмака одновременно проделалидва быстрых мягких шага – один вперед, второй вбок. Оба одновременно поднялимечи и быстро завертели ими в воздухе.

– Ты не можешь меня победить, – буркнулдопплер. – Потому что я – это ты, Геральт.

– Ошибаешься, Тельико, – тихо сказалведьмак. – Брось меч и возвращайся в тело Бибервельта. Иначе пожалеешь,предупреждаю.

– Я – это ты, – повторил мимик. – Ты меня непобедишь. Не можешь победить, потому что я – это ты.

– Ты даже понятия не имеешь, что значит быть мной,векслинг.

Тельико опустил руку, стиснутую на рукояти меча.

– Я – это ты, – снова сказал он.

– Нет, – возразил ведьмак. – Нет. И знаешь,почему? Потому что ты – маленький, бедный, мягкосердечный допплер. Допплер,который, как ни говори, мог убить Бибервельта и зарыть его тело в зарослях,обретя тем самым абсолютную безопасность и абсолютную уверенность, что не будетраскрыт никогда, никем, включая и жену низушка, известную Гардению Бибервельт.Но ты не убил его, Тельико, потому что это было свыше твоих сил. Потому что тымаленький, бедный, великодушный допплер, которого друзья называют Дуду. И вкого бы ты ни превратился, ты всегда остаешься таким. Ты умеешь копироватьтолько то, что в нас доброго, а того, что в нас злого, не понимаешь. Вот каковты – допплер.

Тельико попятился, упершись спиной о полотно палатки.