Слой Ноль - Евгений Прошкин

Мухин повертел наколотую на вилку половину сосиски и, как следует ее рассмотрев, опустил обратно в тарелку. Настя, что-то протирая сырой вонючей тряпкой, постоянно двигалась и задевала бедрами стол. Сосиска в тарелке покачивалась.

Виктор отпил сильно растворенного кофе и поставил перед собой телефон.

– Кому звонить собрался? – спросила жена ботаника. Ей было абсолютно безразлично, но не спросить она не могла.

– Сейчас… Мне тут надо… – так же формально ответил Мухин, и на этом разговор был исчерпан. – Справочная? – сказал он, зачем-то повышая голос. – Мне нужен Корзун Матвей Степанович… – Виктор по памяти продиктовал паспортные данные и оторвал от какой-то газеты белое поле. – Да-да!.. – Он схватил карандаш и приготовился записывать, но это не понадобилось. Ему дали только один адрес и, соответственно, один телефон. Виктор запомнил.

– В справочную, что ли, звонил? – каркнула из своей комнаты чуткая теща. – А потом опять счет пришлют. Настенька, вы совсем о деньгах не думаете!

– Зато вы, мама, о них постоянно думаете! – дружелюбно крикнул ей Мухин. И шепотом, для Насти, добавил: – Все, дорогие женщины. Месяц кончится – студентов на улицу. Будем жить у себя, отдельно.

– Отдельно? – возмутилась за стенкой теща. – На какие же, позволь полюбопытствовать, средства?

– Вам бы, Светлана Николаевна, с таким слухом в цирке выступать.

– И кто этот Корзун? Он к нам придет? Настя, чем мы его угостим, вы об этом подумали? Витюша, пойдешь в магазин – купишь колбасы и бутылку водки, но только одну!

Мухин проглотил сосиску и пощупал зубцы на вилке – достаточно ли остры.

– Я вас обоих когда-нибудь прикончу, – сказал он.

Светлана Николаевна ойкнула, Настя бросила сковородку и, развернувшись, уперла руки в боки.

– Что-о-о?.. Ты как разговариваешь, чурбан неотесанный?

– Во, как зятек заговорил! – поддакнула теща.

– В милиции всего-то день посидел, а повадок уже набрался!..

– А я, Настя, предупреждала! Витя твой теперь арестант, он теперь уголовник. И друзья у него скоро такие же заведутся, уголовнички. Явится этот Корзун – на порог его не пускать! У нас, слава богу, есть, что стибрить.

– Корзун не вор, – возразил Мухин. – Он шпион.

Настя, опустив руки, медленно села на табуретку.

– Да не дрищите! Не придет он сюда, – успокоил Виктор, и в этот момент раздался дверной звонок.

– Не открывать! – заорала Светлана Николаевна. – Мы никого не ждем!

– Вы-то, может, и не ждете… – сказал Мухин, нашаривая под столом тапочки.

Настя тоже вскочила и заметалась со своей тряпкой. Узурпированная роль лидера требовала от нее личного присутствия, но женский характер гнал ее в дальний угол – прятаться.

Виктор подошел к двери и, не спрашивая, снял цепочку.

На площадке стоял Петр. Углядев Настю, он надолго закашлялся.

– Федеральная Служба Безопасности, майор Старшов, – сипло произнес он. – Здравствуйте.

При этом он раскрыл красную корочку, и Настя опять что-то выронила.

– Проходите, товарищ майор, – робко сказал Мухин. – В комнату?.. На кухню?..

– Я сплю! – объявила теща.

– Понятно… – ответил Петр. – Думаю, на кухне будет удобно.

Черную рубашку и военные ботинки он сменил на роскошный, но строгий костюм. Туфли, галстук и даже ремень – все было в тему. Видимо, он совершил удачный налет на какой-то бутик. Мухин искренне позавидовал.

На ходу достав крошечный мобильник, Петр сказал:

– Дежурный?.. Объект «триста шестнадцать – пятьсот девятнадцать» пока снимите. Я дам знать… Прослушку отключаем, сударыня, – пояснил он для Насти. – Временно, разумеется. Фу, душновато у вас тут…

Петр скинул пиджак и доверительно вручил его женщине. Мухин заметил, что слева подмышкой у него висит рыжая кобура, из которой высовывается огромная черная рукоятка. Супруга тоже заметила и не дыша понесла пиджак в комнату.

– Вот этого не надо, – мягко проговорил Петр. – Пусть будет поближе.

Настя сомнамбулически вернулась и замерла. На кухне пристроить дорогую вещь было негде, а идти за плечиками ей вроде бы запретили.

– Разговор у нас намечается долгий и конфиденциальный, – заявил Петр. – Если хотите, можете остаться, но тогда я буду вынужден…

– Настенька, пойдем, погуляем! – проверещала Светлана Николаевна. – На улице чудесная погода… Настенька, я уже одета!

Настя рискнула положить пиджак на свободную табуретку и вымелась из кухни. Виктор с упоением наблюдал за тем, как жена с эрзац-мамой толкаются в прихожей и дергают заевший замок. Через минуту в квартире воцарилась тишина.

– Дуры они у тебя, – усмехнулся Петр. – Как и все бабы… Ты их еще не грохнул?

– Я уже на пути к этому, – признался Виктор. – Редко здесь появляюсь, потому и терплю. Наверное, оболочке нравится…

– Не опускай парня, не надо. Кому это может нравится?

– Бабы… – вздохнул Мухин. – Удостоверение-то у тебя откуда?

– О-о! Это дубликат, а оригинал мне сам Немаляев стряпал. Не здесь, конечно… Ладно, дело прошлое. Кстати, как вы там поживаете? Я слышал, у вас проблемы? Крупные?.. Судя по тому, что рассказывал Ренатик… – Он со значением посмотрел на Мухина и закурил.

– Я возражал, но уже поздно было. А что с ним… Сильно его пытали?

Петр допил холодный прозрачный кофе и кинул сигарету в чашку.

– Тебе это нужно? – спросил он. – Ну, если хочешь… С Рената сняли кожу.

– Что?..

– Кожу, – сказал Петр и устало погладил лоб. – Бункер мы не трогали, я даже не знал, где он находится. Это кто-то из ваших. Ищите.

– По прикидкам Шибанова, местная мафия не могла…

– Мне-то какая разница?! – взорвался Петр. – Могла – не могла… Это не мы.

Он встал и, по-хозяйски распахнув холодильник, принялся выгребать оттуда все, что было: два помидора, шесть яиц, полпачки масла и несколько сырых котлет.

– Давно перекинулся? – спросил он.

– Только что.

– Отлично. Жрать охота – сил нет. Ты-то здесь как? Вижу, уцелел.

– Поймали меня, – кисло ответил Виктор. – Всю субботу продержали в ментуре, взяли подписку…

– О невыезде? Ну, это ерунда. Куда тебе тут выезжать-то! Значит, стрельбу из тачки на тебя не вешают. Обойдется как-нибудь. Говори, что мы тебя похитили. Ах, он же не помнит ни хрена… Ну, амнезия – еще лучше. У меня, например, с этого диагноза все и началось. Вся карьера с него пошла…

– А вы как? Добежали?

– Добежал только я. Ренат дополз, ему задницу подпортили. Ничего, не смертельно. А водилу… – Петр закинул в рот немытый помидор. – Я же говорил, надо было через трассу рвать. А он по кустам… Больно умный! У меня в этом слое всего три человека осталось – включая меня. И тебя.