Турнир четырех стихий - Диана Шафран

– Да, это целиком и полностью моя идея, – кивнул Родерик. – Я беру всю ответственность на себя. И прошу у тебя прощения.

Эти слова на мгновение парализовали Оливера, он не мог представить себе ситуацию, в которой гордый, высокомерный, до тошноты праведный Родерик признает свою ошибку и извинится. Но именно это сейчас и произошло. Но Оливер был не из тех, кого легко выбить из колеи.

– Правда? – сказал он нарочито беспечным голосом. – Мне так, чисто теоретически интересно, как бы ты извинялся, если бы Рина использовала меня как донора, забирая силы? Или вы планировали это с самого начала? Хотели заменить меня ею?

– Ключевое слово – использовать.

– Что?

– Использовать – это то, чего Рина делать не хочет.

– Неужели? Разве не в этом главная сила магов энергии? Сами по себе они ничего не представляют, поэтому им приходится паразитировать на силе других.

– Если бы ты был магом энергии, ты бы так поступал?

– Нет, – не задумываясь, ответил Оливер.

Сама мысль о том, чтобы украсть у человека не кошелек, а нечто интимное, сокровенное, часть его силы, часть его самого, была ему противна.

– То есть в таком случае ты бы выбрал жизнь без магии?

Оливер посмотрел на свою руку, создал искру и сразу же ее погасил. Ради того, чтобы выиграть спор с Родериком, стоило ответить: «Да». Но ладонь была все еще теплой от магии, она струилась по его телу, была неотделима от его Я. Забрать у него связь со стихией означало разорвать невидимые нити, которые пронизывают все его существо. Он не знал, каким человеком стал бы тогда. И не хотел знать.

«Я – маг огня» – в этой простой фразе для него скрывался особый смысл.

Лишь для того, чтобы поверить в эти три слова, он решил участвовать в Турнире снова, наплевал на стереотипы и стал учиться в деревенской Академии, изо дня в день изнуряя себя тренировками.

– Не знаю, – выдохнул он.

Родерик кивнул.

– Знай, Рина так и не смогла принять то, что она родилась магом энергии. Ты думаешь, что брать силу у другого мага – отвратительно? Когда она делает это, ей еще противнее, чем тебе.

– Мне трудно в это поверить. Маги энергии не могут жить, не паразитируя на силе других.

– Ты прав. Но Рина старается забирать чужую магию как можно меньше, поэтому она так слаба физически.

– Не вижу в твоих словах логики.

– Позволь, я расскажу тебе ее историю, тогда ты все поймешь.

Оливер ничего не ответил, Родерик принял его молчание как знак согласия.

– Мама Рины была преобразователем.

– Кем?

– Ты придуриваешься, что ли?

– Это у тебя есть куча времени, чтобы книжки всякие читать! – вскипел Оливер.

– О технологии преобразования энергии ты, значит, ничего не слышал?

– Нет, ну что-то слышал, конечно… – неуверенно сказал Оливер. – Только не помню – от кого и о чем конкретно.

– Понятно, – резко оборвал его Родерик. – Для создания магических изобретений необходима энергия всех четырех стихий. Для этого доноры, обычно слабые маги второго или третьего уровня, отдают преобразователям часть своей силы, а те наделяют впитанной энергией нужные приборы. Эту технологию используют для проведения серьезных ритуалов.

– Получается, мать Рины накачивали разными магическими силами? – нахмурился Оливер.

– Да.

– И что произошло?

– Она сошла с ума, – просто ответил Родерик. – Ей нужно было все больше и больше магии, женщина не могла прожить и дня, чтобы не получить порцию новой энергии. В итоге она сама себя уничтожила. А ее дочь при этом всем присутствовала.

В комнате на минуту воцарилась гнетущая тишина, а потом Родерик продолжил:

– Рину должны были отдать в специальное учебное заведение для магов энергии. Но после всего пережитого девочка категорически отказалась идти по стопам матери и повторить ее судьбу. И хотя у нее не было выбора, ей повезло, она встретила магистра Астериуса. Он поднял все свои связи и добился зачисления Рины в Академию Айрис.

В устах Родерика все звучало просто, но Оливер знал, это далеко не так. Под «связями» подразумевались люди из высшего общества. А простой деревенский учитель вот так взял и обратился к ним, в то время как другие люди ожидают аудиенции годами?.. Сомнительно. Похоже, в Академии Айрис еще достаточно тайн. Но Оливер не высказал все это вслух, а спросил:

– Поэтому Рина такая нелюдимая?

– Да, – ответил Родерик. – Ее детские воспоминания очень болезненны. Рина не черпает силу у сильных магов и ненавидит их, ибо искушение очень велико.

– Поэтому она всегда держалась от меня как можно дальше?

Родерик лишь кивнул, давая Оливеру возможность принять решение.

Испокон веков маги не любили энергетиков, могли напасть на них среди бела дня, и не нашлось бы ни одного человека, который бы встал на защиту «паразитов». Чтобы уменьшить агрессию в обществе, правители решили предложить им два варианта: мирно сосуществовать с другими магами в комфортных условиях до конца жизни или существовать, ежечасно ожидая нападения с любой стороны. Естественно, маги энергии выбирали первый вариант.

На памяти Оливера еще ни один из них не принимал участия в Турнире. У всех, кто смотрел сегодняшний матч, наверное, произошло настоящее крушение шаблонов. Стереотипы, привитые с детства, просто орали ему о том, что нужно смываться из этой команды в частности и Академии в целом. Другая же, более рациональная, часть его мозга твердила о том, что Рина повышает их шансы на победу.

– Оливер?.. – прерывая его раздумья, окликнул Родерик.

– Что?

– Мне нужно задать тебе один вопрос. Хочу, чтобы ты ответил на него серьезно.

Оливер невольно поежился и осторожно спросил:

– Какой?

– Как ты относишься к Рине?

Оливер задумался. Еще несколько минут назад он выдал бы целую речь о том, как ненавидит магов энергии, почерпнув основные тезисы из услышанных им когда-то разговоров и прочитанных книг. Но сейчас…

– Не знаю, – ответил он.

– Думаю, сейчас этого достаточно, – кивнул Родерик.

– А как ты к ней относишься? – прозвучал встречный вопрос.

– Как к члену своей семьи, – просто ответил капитан.

Внутри Оливера всколыхнулась горечь одиночества, сердце отдалось резкой болью, как от удара клинка. Семья – слово, которое причиняет ему больше всего страданий. Он не стал спрашивать, включен ли в эту семью, ибо знал ответ.

Раньше его это не сильно беспокоило, ведь он был частью команды, стремящейся к победе в Турнире. Но сейчас эта самая команда, оказывается, какая-то там семья, где есть один лишний, временный, приблудный, чьи чувства ничего не значат, поэтому ему можно было врать. Всем. Даже трепетной, искренней Лее…