Принца нет, я за него! - Кристина Юраш

Я вышла, прячась под полотенцем, чувствуя себя почти голой, и потянулась за платьем.

– Стоять, милая Золушка, добрая фея сейчас сама тебя разденет и оденет, – заметил крестный, поправляя грудь. Он бросил игрушечную палочку, прошелся по ней и стал натягивать на меня платье и шнуровать корсет… Так!

– Руки!

– Я просто проверяю, как оно село на груди, – сладенько заметил Фей, его хвост уже слегка приподнимал юбку и скользил по ноге вверх.

– Белье, если это можно назвать бельем, село нормально, – опередила возможную проверку я. – Можешь не проверять. Поверь мне на слово.

С прической и макияжем я справилась сама. Из зеркала на меня смотрела красивая брюнетка в нежно-голубом платье. Я подергала плечами, собрала губы бантиком, слегка повернулась, потом выпрямилась. Хм… Это точно я? Да, вроде…

– А теперь иди сюда, моя Золушка, – томно и с придыханием произнес Фей, положив когтистую руку на мою талию. – Иди сюда, моя милая… Садись на кроватку и задирай юбочку… Я сейчас немножко над тобой поиздеваюсь… Совсем чуть-чуть… Просто не могу удержаться… Это так волнительно… Заодно и посмотрю, угадал ли я с размером белья или нет?

Его рука скользнула по моей щеке, а потом мне в подбородок уперся острый коготок. Фей приблизился, словно собирался поцеловать. Он почти прикоснулся к моим губам, а потом отстранился с улыбкой.

– Я постараюсь нежно-нежно… – сладко прошептал он, слегка покачиваясь и прикрывая глаза. – Стонать можно, сопротивляться – нет… Знаешь, сколько женщин в свое время мечтали об этом… Задери юбочку еще чуть повыше… Еще немного…

По моей ноге скользнул хвост, а потом сжался на бедре.

– Это чтобы ты не сводила колени и не мешала мне… – прошептал Фей, осторожно проводя коготком по моей щеке. – Обещаю, что эти мгновения ты запомнишь надолго…

* * *

– Ах… О… Котик… А-а-а… Эм… Я… я… я сейчас умру… – задыхалась я, лежа на кровати и впиваясь пальцами в одеяло. Фей стоял на коленях передо мной, отбросив пышную юбку мне на грудь. – Что ты делаешь… Я уже не могу… Ой… Пощади… Умоляю… Нет… Нет… О-о-ох!

Я попыталась рукой дотянуться до него и потребовать, чтобы он прекратил. Хвост крепко держал мою ногу.

– Тише, Мышка, тише… – сладко прошептал Фей, выглядывая из-за моих пышных юбок. – Не мешай мне… Дай насладиться процессом… Подожди, сейчас послюнявлю и продолжим…

– Мы с тобой так не догов… ай!.. ривались… Прекрати немедленно… Я умоляю… Не пользуйся моим бедственным поло… ой!.. жением… – стонала я, закрыв глаза. – Не надо… Я прошу тебя… А-а-а-ах!

– Давай, Мышка, давай… – прошептал крестный. – Ты же можешь, милая. Еще немного… Да что ж так туго-то, а? Еще чуть-чуть… А, черт! У меня палец застрял! Мышка, пусти палец!

Я закричала и чуть не заплакала, сжимая простыню и глядя в треснувший потолок.

– Есть! Я закончил, – со стоном выдохнул Фей, отбрасывая волосы назад. – Правая налезла! Ура! Считай, полдела сделано. А ты говорила: «Не налезет, не налезет!» Все налезет! Уметь надо!

Я села и посмотрела, как на моей несчастной ноге красуется хрустальный башмачок на два размера меньше. Как? Не спрашивайте. Сама в шоке.

– Зря расслабилась. Теперь вторая… – заметил Фей, впихивая мою левую ногу в туфельку. – Вот видишь, милая моя Мышка, размер имеет значение… Там, где принцы учились натягивать, я принимал экзамен.

– А точно их нельзя никак увеличить? – простонала я, чувствуя, что нога упорно не хочет помещаться в хрустальный башмачок.

– Нет. Я уже пробовал. Хрусталь и магия – вещи несовместимые, – покачал головой Фей, прижав от усердия уши. Рядом со мной валялись порванные чулки, вазелин, скотч и педикюрный набор. А что вы хотели? Тут все решают миллиметры. Мы пытались примотать туфли скотчем к ноге, но потом отказались от этой затеи. Нога потела, скотч отклеивался. А буквально десять минут назад крестный стал настоящим мастером педикюра. Да таким, что его с руками, ногами и хвостом возьмут в любой салон.

– Да что ты будешь делать! – простонал Фей, прижавшись головой к кровати. Да, если канонический принц обувал девушек в туфельку с таким усердием, он бы женился на первой же.

– Может, ложкой попробовать? – всхлипнула я, приподнимаясь на локтях и глядя на то, как моя босая нога висит в воздухе, а рядом сидит взъерошенный крестный с хрустальной туфелькой в руках и отчаянно мажет ее вазелином.

– Проще вилкой… Или ножом! Но до крайности и инвалидности доводить не хочется, – отозвался Фей, вытирая руки о покрывало. – Учти, без туфелек никак. Ты должна оттанцевать в них с принцем на балу до полуночи. Принца я для тебя нашел. Так что ты не переживай.

Через пять минут крестный прислонился головой к моей коленке, стиснул зубы и стал снова надевать мне на ногу туфельку. Под конец он совсем озверел. С каждой попыткой мой словарный запас пополнялся и пополнялся. Такое чувство, что, пока одни выносили со стройки стройматериалы, котишка вынес целый словарь, которым сейчас щедро делился со мной.

– Готово! Теперь я могу работать продавцом обуви. А теперь попробуй пройтись… – вздохнул он, делая взмах рукой. – Встань и иди!

Я встала и поковыляла, утешая себя только одной мыслью – отрезать ничего не пришлось. Фей посмотрел на мою «легкую джазовую походку», а потом закинул меня на плечо и понес в карету. Сгрузив на сиденье, он исчез. Карета ме-е-едленно тронулась и поехала. Был у меня соблазн разуться, но я не рискнула.

За окном мелькали пейзажи. В моей «Ладе Тыкве» базовой комплектации пахло… тыквой. Я оторвала часть «обшивки», попробовала на вкус и съела. Ничего так… Я оторвала еще кусочек и съела. Вкусно, честное слово… Я чувствовала себя гусеницей в яблоке.

Интересно, куда меня везут? Я так понимаю, чтобы снять проклятие, придется повторить историю Золушки. А ключевым моментом истории, если память мне не изменяет, является принц. Я почему-то стиснула зубы и поморщилась, словно от боли. Принц.