Решение первокурсницы - Аня Сокол

– Словно нас ждали, – проговорил кузен, они с Хоторном подтащили тиэрца к одному из кресел и с облегчением сгрузили. Крис усадил меня во второе куда с большей аккуратностью.

– Иви? – спросил он, заглядывая в лицо.

Герцогиня задумчиво разглядывала стены и, кажется, боролась с искушением коснуться гладкой поверхности.

– И что теперь? – поинтересовался кузен. – Где демоны? Почему они вообще нас сюда впустили?

Да, все это на самом деле выглядело странно.

«Если вам показалось, что что-то не так, значит, что-то сильно не так», – вспомнилось мне одно из самых главных правил поведения в Запретном городе. Беда в том, что все уже давно было «не так», и выделить из этого что-то одно не получалось.

Мэри схватила Вьера за руку, а тот даже смог улыбнуться, хотя выглядел парень плохо, куда хуже меня. Последней в зал вошла Гэли. Зашла и в нерешительности остановилась.

– А вы уверены, что… – начала она, но ее прервал звук захлопнувшейся двери.

Я вздрогнула, Крис обернулся.

– Эй! – Альберт первым бросился к выходу, но ответом ему был глухой звук задвигаемого засова.

– Что происходит? – Дженнет тоже оказалась у двери.

– Нас заперли, – констатировал железнорукий.

– Кто? Зачем? – Гэли побледнела.

С той стороны послышался тихий глумливый смех. Альберт толкнул створки плечом. Безуспешно.

– Знаменитое княжеское гостеприимство? – уточнил Мэрдок.

– Но зачем запирать нас там, где мы можем завершить ритуал? – спросила Мэри. – Это же…

– Глупо? – спросил Крис, напряжено вглядываясь в полированные стены.

– Кто знает, что в голове у тварей Разлома. – Кузен повернулся к тиэрцу. – Командуй, что дальше?

Вьер оглядел зал стихий, словно ища что-то взглядом и не находя этого.

– Я… я… – Он опустил голову.

– Ты не знаешь? – пораженно спросила Мэри.

– Мне… меня… – Вьер тряхнул головой и все-таки продолжил: – Меня уверили, что когда мы попадем в нужное место, все станет ясно без слов, что все будет очевидно. Должно быть очевидно! – последнюю фразу он почти выкрикнул. – Нам нужно лишь закончить начатое. Когда ты видишь перед собой заряженный метатель, то знаешь, что остается лишь нажать на спусковой крючок. – Он с болью во взгляде посмотрел на каждого. А я запоздало поняла, что Вьер не посвящал нас в детали плана не потому, что не хотел, а потому что сам не знал его до конца. И правильно делал, между прочим, никто бы не пошел за ним, если бы знал, что мы надеемся только на удачу.

Мэрдок собрал в руку зерна познания, готовясь отправить их в полет.

– Значит, мы закончим, – решительно проговорила Мэри и вслед за Вьером стала внимательно осматривать зал стихий. Цецилия нахмурилась. Мэрдок так сосредоточено смотрел в пол, что в другой ситуации я бы поинтересовалась, что он там увидел. Но сейчас мысли были беспорядочными и испуганными, как кролики на грядке с капустой. И все же они еще были.

Я подняла глаза к потолку, к выгравированным на каждой из стен девизам и произнесла:

– Здесь десять граней.

Герцогиня на пробу стукнула по дверям, но те не спешили распахиваться перед родовитой гостьей.

– Что? – Вьер поднял голову.

– Десять, – неверяще повторил Хоторн, и магия из его руки развеялась.

– Это так важно? – Дженнет отвернулась от дверей.

– Ты всегда говорил, что ритуал не завершили шестеро, – произнес Оуэн. – Шестеро! А в этом зале десять граней, десять девизов. Чем бы тут не занимались ваши предки, их было десять. – Крис покачал головой. – Поэтому варианта два: либо тиэрец не умеет считать, либо…

– Либо этот зал не имеет никакого отношения к старому ритуалу, – закончила за рыцаря я. – Десять родов принесли здесь клятву верности Первому князю. Они приносили присягу, а не готовились предать.

– Твои наставники правы тиэрец, все сразу стало ясно. Мы немного ошиблись местом, – горько сказал Оуэн. – И теперь нам придется за эту ошибку расплатиться.

– Они никогда не прятали зал стихий, – произнесла степнячка. – Пусть и в известной степени дорожили, но не так, как чем-то, от чего зависит существование.

– И они никогда бы не впустили компанию дурно воспитанных учеников туда, где они смогут закрыть Разлом. Не пустили бы без боя, – прошептала Мэри.

Альберт со злостью ударил кулаком по одной из стен. И вся комната загорелась алым, подтверждая, что в железноруком и вправду течет кровь Астеров.

– Потому и не скрывали, потому и впустили, – Мэрдок посмотрел на одну из граней, – если мышеловку закрыть, то мышь никогда не забежит внутрь.

– А ты был прав, они не столько глупы, сколько самонадеянны, – раздался голос, в котором слышались обманчиво мягкие нотки.

Стены, еще минуту назад горящие огнем Астеров, вдруг стали прозрачными, как вода в ручье. Отполированный камень превратился в стекло, а с той стороны на нас смотрели демоны. За каждой стеной-гранью стояло по твари Разлома. Рыжеволосая женщина, обгоревшая Лиа, магистр Олентьен… Девы, откуда здесь одержимый учитель? Когда успел добраться сюда из Академикума? Прошло уже три часа? Или даже больше?

Я встретилась взглядом с одержимым, и молодой мужчина улыбнулся, его рука как бы невзначай коснулась кармана, в котором лежало противоядие от коросты. Магистр улыбнулся, ему нравилось видеть на моем лице как надежду, так и отчаяние.

Демоны смотрели на нас из-за стекла, в которое превратились стены зала стихий. Арирх, князь и еще с десяток мужчин и женщин наблюдали за нами, как хищники за попавшей в силки добычей, которая еще не знает, что обречена, которая еще на что-то надеется.

Большинство лиц было мне незнакомо, но все они казались неуловимо похожими друг на друга. Их роднило выражение презрения. И предвкушения, жадного ожидания, совсем как тогда, когда мы стояли на эшафоте.

– Деньги, милорд, и капля везения кого угодно сделают самонадеянным, – ответил затворнику Арирх. – А еще молодость и уверенность в своей правоте.

– Увы, – князь покачал головой в притворном сожалении, – это делает их предсказуемыми.

– Прекратите! – крикнула Дженнет. – Прекратите говорить так, словно нас тут нет.

– А вас тут и нет, – резюмировал Арирх. – Несколько дней, в крайнем случае, недель и все, нам останется только вытащить трупы и проветрить комнату.

– Нет! – воскликнула я, чувствуя, как собирается в ладони пламя. Двери, что вели в зал стихий, были деревянными, а дерево прекрасно горит.

– Если только, – сказал затворник, и я заметила, что он касается стены с той стороны ладонью. Касается, чтобы удерживать ее прозрачность. – Леди Астер все не ускорит. Ну, давайте же, Ивидель, проверьте легенду о том, что применять магию в зале стихий без представителя Первого рода опасно. Подожгите все! Все, что происходит в зале стихий, остается в зале стихий.