Пленник золотой любви - Ольга Вешнева

Сверля меня осуждающим взглядом, городничий покромсал ножницами ленточку. Загремели аплодисменты, раздались крики “Ура”. Над площадью вспыхнули огни фейерверков.

Из-за кулис вышли ведущие концерта: депутат Артем Букашкин, маленький беспокойный мужичонка в клетчатом костюме и принявшая человеческое обличье Жанна в пятнистом золотисто-черном платье.

От внимательных глаз Лизы не укрылось мое беспокойство. Догадавшись, что я опасаюсь после взрывоопасной речи спускаться в толпу, девушка придумала как исправить мое положение. Шепнула пару слов Букашкину, с которым еще не успела поссориться, поскольку тот не состоял в депутатской комиссии по вопросу лужи на улице Весельчаков.

– Дорогие друзья! Мы начинаем праздничный концерт в честь открытия “Модного Улета”. Откроет наш торжественный вечер выступление почетного гостя. Тихон Игнатьевич, прошу вас спеть красивую песню, – депутат Букашкин любил конферировать на городских праздниках. До избрания в местный парламент он десять лет руководил Дворцом Культуры. – Нам с кошечкой Жанночкой хотелось бы услышать “Как упоительны в России вечера”. Одобряете наш выбор?.. Очень хорошо. Прошу к роялю, Тихон Игнатьевич.

На сцену выкатили великолепный белый рояль. Присев за инструмент, я разволновался, как на первом в жизни кадетском балу. Собравшись с духом, сыграл вступительную мелодию и запел о том, как упоительны в России вечера.

Зрителям понравился мой голос. Они простили мне преступную речь. Подняли над головами ярко горящие смартфоны и планшеты, стали покачивать ими в такт музыке.

Следом за мной выступил директор ДК Александр Лайка с арией графа из “Летучей мыши”.

Гости поспешили к фуршетным столам и устремили жадные взгляды на городничего. Валерий Денисович налил себе виноградного сока и прицелился сказать тост, но, присмотревшись, не увидел хозяина торжества и организовал его поиски. Под ободряющие крики гостей Павел и Феликс выудили напившегося с горя Семена из углового кафе, где они приводили его в чувство, как боксера после зубодробительного раунда – похлопывая по щекам и обтирая полотенцем.

Мальчики-мажоры поставили Семена к правому плечу городничего, придерживая друга за плечи, чтобы он случайно не принял неприличной позы. Феликс подал ему стакан сока, но упрямый Верховцев бросил его под стол.

– За нас, – Лиза коснулась своим бокалом с шампанским моего стакана с минеральной водой.

– За нас, – повторил я, пропустив слова городничего мимо ушей.

Егор Ветров застыл перед нами, как пустельга, высматривающая мышь над полем.

– Молодой человек, не могли бы вы оставить нас наедине и поискать другую добычу? – мое терпение быстро иссякло.

– Вы – звезды праздника. Здесь публичное место, а значит, я имею право вас снимать, – сказал нахальный паренек. – Не обращайте внимания. Представьте, что меня здесь нет. Так вы естественнее выйдете на фото.

Как ни странно, мне понравилась его настойчивость. Было в его хватке что-то вампирское…

Организацией застолья занимался редкий скупердяй. Вместо жареных индюков, молочных поросят, запеченных с черносливом, пудовой стерляди в сметанной одежке и сочных пирогов с разнообразными начинками, здесь на широких тарелках покоились крошечные бутербродики-таблетки с двумя икринками, тонюсеньким кусочком сервелата или единственной маслиной. Реже на столе встречались плошки с детскую ладошку, в них были фигурно уложены кусочки фруктов или шоколадные конфеты.

Человеческая пища давно уже не возбуждала мой аппетит, а только служила красивой декорацией, и все же было противно созерцать скудный натюрморт. Рассердившись на скрягу Верховцева и настырного фотографа, я со злости сжевал сочную дольку персика – авось, переварится. Вампирам тоже нужны витамины.

Голодные гости уничтожили натюрморт за пять минут. Не успели певички из городского молодежного ансамбля, качающиеся из стороны в сторону как маятники, начать вторую песню, а на столах уж было шаром покати.

Депутат Букашкин объявил танцевальный марафон. Гости разбились на пары и ударились кто во что горазд. Вместо воздушного, захватывающего в нежные объятия и несущего по воздуху бала я увидел очень странные танцы.

Станислав Заздравных держал Елену Варвянскую за полметра от себя, не решаясь прижаться к ее пышному бюсту, и вращался с ней наподобие вальса, но в трое крат медленнее, чем предписано хореографическими законами. Двухметровая каланча – руководитель местного подразделения МЧС Антон Соломатин пригласил на танго всего чуть-чуть уступающую ему в росте начальницу отдела благоустройства Инну Карманову. Вышагивая с ней взад-вперед, словно на параде, он ей шептал на ушко о подвигах своей молодости, рассказывал, как служил городским пожарным. Достигая тупиковой отметки, Соломатин бережно наклонял и выпрямлял партнершу, и они маршировали в обратном направлении. Начальник УВД Виктор Свербилкин скакал вокруг жены вприсядку. Джаник Саркисов в ногу с Магомедом Байрамуковым плясали лезгинку на спор. Тот, кто первым из них собьется, должен был заплатить победителю пятьсот долларов.

Профессор Бричкин из ИНАЯ и Раиса Максимовна вскочили на сцену, потеснив певиц, и взялись оттопывать чечетку “Морячок” с элементами ирландской джиги.

Кучка юнцов тряслась как на дискотеке. Особо отличился председатель молодежного парламента Андрей Косоухов – зверский зануда, оперировавший в разговоре уж слишком заковыристыми словами. Даже мне порой трудно было понять, что парень имеет в виду. Уж точно не по совету партийного руководства он задумал показать брейк-данс и покрутиться на голове. На голову он встал, однако ноги быстро перевесили и оказались на столе в крошках от бутербродов-таблеток. При попытке Андрея выправить стойку, фуршетный стол сложился пополам и прищемил его длинные ноги. На помощь поспешили идейные друзья, да и начальнику МЧС по долгу службы пришлось прервать танго-марш.

– Тишуля, может мы тоже потанцуем? – Лиза прикрыла пальцами мой разинутый от удивления рот.

– Не представляю… Не могу… Не знаю… – растерялся я, взяв ее руку. – Не сердись, моя голубушка. Я не умею так плохо танцевать. Боюсь, крепко зашибу кого-нибудь, или нас с тобою кто-то сшибет.

Перед нами живой иллюстрацией пронеслась Галина Несмачная в гопаке.

– Минутку подожди здесь, – Лиза подержала меня за плечи. – Все будет оки-оки!

Лиза подбежала к одиноко пританцовывавшей возле сцены Жанне. Уговаривать девушку-пантеру ей пришлось немного дольше, чем депутата Букашкина.

– Друзья! Вспомним наши школьные годы, первую любовь! Все помнят свой выпускной бал?! – прокричала Жанна со сцены.

– Да-а-а! – ответили гости торжества.

– Танцуем вальс! – Жанна хлопнула в ладоши и подхватила, как пушинку, депутата Букашкина.

– Помнишь свой выпускной в кадетском корпусе? – ко мне подлетела Лиза.

– Как будто он был вчера, – я повел ее танцевать.

Право слово, мне спокойнее было вспоминать охоту на оленя. То целая наука – как настичь, как свалить с ног, как куснуть понадежней. А что балы? Чувства одни! Бесполезные, глупые чувства!.. Блаженными мечтаниями сыт не будешь.