Единение миров - Юрий Иванович

Не прерывая размышлений, он попытался по ниточке зова крови посмотреть эмоции родного человека. Как бы там ни было на самом деле, но по улавливаемым ощущениям у отца все шло размеренно, без каких-либо стрессов. А значит, за него вроде переживать не стоило.

И Торговец сконцентрировался на решении текущих проблем. На визит в Хризолитовую долину у него еще оставалось часа полтора. Или чуть меньше. Для беседы с драконом должно хватить.

Взвалив уже во второй раз один и тот же мешок на плечо, граф отправился в мир Богомолов.

Его прибытие не вызвало у дракона никакой реакции. Видимо, сразу опознал, но эмоций не проявлял, экономил силы. Деревце за время, прошедшее с последнего визита, почти не подросло, да и внутреннее свечение кокона стало каким-то бледным и не насыщенным, как прежде.

Ситуация изменилась, когда человек оказался в двух метрах от морды престарелой рептилии. Начавшие подниматься веки дракона распахнулись в конце концов так, что глаза с вертикальными зрачками чуть не вывалились на камни, утыканные кусочками хризолита. Похоже, особое обоняние или умение сканировать окружающие его предметы подсказали старику о содержимом внушительного мешка, и он мысленно воскликнул:

«О, Принесший Дар! Что это у тебя?!»

– Ну, я же тебе обещал две сотни каштанов, – вслух ответил Дмитрий. – За право беседы с тобой и за право задать интересующие меня вопросы. Вот я и принес.

«Только двести? – поразился, видимо, сильно раскатавший губу дракон. – А куда остальные несешь?»

– Ну-у, мы так не договаривались! Вопросы должен задавать я. – Сбросив мешок наземь, Светозаров уселся на него и кивнул в сторону деревца: – Что, не растет? Или почва не подходящая?

– Растет, но очень медленно, – перешел на скрипучий, трескучий говор крылатый старикан. Казалось, что у него в приоткрытой пасти заиграл поврежденный граммофон. Хотя такое могло быть и на самом деле. – И дело не в грунте. Тут получается замкнутый, заколдованный круг, который я не в силах разорвать. Мне надо доставить каштаны или росток в мир Драконов. Но вряд ли каштаны или растение смогут пережить такое путешествие. Поэтому я вынужден подстраховаться и взрастить взрослое дерево, собрать с него урожай и только тогда попробовать вернуться к своим соотечественникам. Но возникла очередная проблема: от старости я ослаб настолько, что вряд ли смогу взрастить саженец до взрослого состояния. Не успею… Но в то же время и входить в телепорт не имею права… Выхода нет. Что делать?

И с такой надеждой посмотрел на мешок, что Дмитрию стало жалко дракона. Как ни странно, Светозаров был уверен в своей безнаказанности и безопасности даже в том случае, если его шутка не будет понята. Но вначале спросил:

– Как же тебя зовут?

– Зови меня Осстиял…

– Рад познакомиться! – кивнул Дмитрий. – Выход есть всегда. Например, можно меня съесть и забрать все мои каштаны…

Дракон грозно щелкнул зубами и сказал с укоризной:

– Даже не смешно…

– А можно получить две сотни плодов и еще сотню сверху при выполнении определенного условия.

Даже скрип в голосе куда-то подевался, когда из пасти Осстияла послышался рык:

– Согласен на любое условие, выполнение которого мне по силам!

– Вот и отлично! – обрадовался человек, встал с мешка, развязал его и высыпал перед зубастой пастью добрую половину каштанов. – И приступай к выполнению взятых на себя обязательств: пока отвечаешь на мои вопросы, должен съесть всю эту горку плодов. А уже потом я тебе отсчитаю оговоренные три сотни.

Видимо, и у драконов есть такое понятие, как отвисшая челюсть. Потому что она явно отвисла от удивления. Чем человек и воспользовался: небрежно бросил горсть каштанов прямо на гигантский язык.

– Приятного аппетита! И мой первый вопрос: почему драконы уничтожили цивилизацию Богомолов?

Несколько меланхолично и отстраненно Осстиял стал делать некие жевательные движения. То ли пытался распробовать угощение, то ли давил в своем сознании истошные вопли здравого рассудка: «Нельзя! Нельзя жрать такие уникальные дары! Они принадлежат теперь всей цивилизации Драконов! Прекрати-и-и!!!»

Но логика рассуждений, привычка держать данное слово и ожидающий ответов человек в сумме победили. Старик начал отвечать, время от времени закидывая в себя телекинезом пару-тройку каштанов. Ведь согласившись на любые условия, он теперь просто вынужден был омолаживаться.

Ну и попутно освещать историю этого мира. А она оказалась в чем-то сходной с историей недавно уничтоженного мира кентавров. Аборигены, невероятно сильные физически, одаренные умственно, но совершенно лишенные гуманизма великого разума, достигли такого технического совершенства, что с помощью телепортов забирались немыслимо далеко от собственного мира. А когда наталкивались на иных разумных, творили страшное зло: ментальными ударами убивали разум, превращая другие создания в диких, не умеющих мыслить животных. А потом свозили эти создания в свой мир, делали им уколы бешенства и заставляли сражаться между собой на гладиаторских аренах.

Такое вселенское зло не могло твориться вечно. Цивилизация Богомолов нарвалась на мир Драконов и даже вначале несколько потеснила рептилий, лишая их разума и заставляя обезумевших крылатых сражаться на потеху публике. Живущие в полном покое и единении с природой драконы перепрофилировали свои сознания и стали не просто защищаться, но и атаковать в ответ. В итоге они уничтожили богомолов. Всех до единого, в том числе и в их дочернем мире.

А после войны оставили здесь хранителя телепорта, которому вменялось в обязанность наблюдать за миром, выискивать все ценное и ждать иных разумных, которые могли бы дать нечто интересное. Или обменяться ценными вещицами и лекарствами. Но увы, текли года и столетия, а в мире хранителя Осстияла никто так и не появился. А когда прибыл Крафа, а за ним и его исследователи, то и они не смогли ничем заинтересовать или удивить престарелую рептилию. Так дракон и вбил себе в голову, что жить ему осталось совсем немного, а вместе с его смертью исчезнет и уничтоженный специальным устройством величественный телепорт. Даже в случае переноса дракона в родной мир от телепорта не осталось бы ничего. Рассчитан он был только на одно путешествие, только для дракона и только в один конец. Но среди хранителей было не принято возвращаться домой без ценного дара. Они предпочитали скорей умереть на чужбине, чем вернуться ни с чем.

Зато теперь, имея три сотни плодов, да еще и получив некий омолаживающий импульс (на который дракон очень рассчитывал), факт триумфального возвращения не вызывал сомнений. Можно было поделить полученные каштаны на семьдесят пять порций, и каждую из них поместить в отдельное, с разными характеристиками силовое поле. При таком решении хоть какая-то часть плодов, но переживет путешествие, и оно станет не напрасным.

Светозаров понял, что, скорей всего, дракона в этом мире и в этой части вселенной он видит в последний раз, поэтому засыпал старика настоящей лавиной вопросов. О ком и о чем он только не спрашивал, начиная от плагри (как ни странно, драконы о них ничего не знали) и заканчивая замком Свинг Реальности. Ни о замке, ни об Опорных Станциях крылатые гиганты тоже ничего не ведали.