Единение миров - Юрий Иванович

Оказавшись у себя в замке, граф сразу был атакован вездесущей Эрлионой:

– Папа Дима, тут надо срочно решить один вопрос. Поэтому папа Тител уже к тебе направляется, он тут недалеко, сейчас будет.

– А что за вопрос?

– Ректор сам расскажет. А у меня другое требование к тебе, пока мы одни. Когда ты уже наконец повлияешь на Титела и заставишь его омолодиться? Не скажу, что он выглядит как старая развалюха, но перед остальными целителями стыдно. Более старые Маурьи, не говоря уже об Арчивьелах, выглядят двадцатилетними, а наш Верховный целитель может смело подрабатывать огородным пугалом.

– Ха-ха, хорошо, что он нас не слышит! – хохотнул Светозаров. – Но ты ведь сама прекрасно знаешь, что он отвечает на все мои требования поправить свой фасад…

– Знаю, знаю! Что он сильно занят, у него нет времени даже выспаться, и что «этот хитрый граф завалил меня с головой непосильной работой!»

Она так точно скопировала брюзжащий голос Титела Брайса, что Дмитрий окончательно развеселился:

– Это еще надо разобраться, кто кого завалил!

– Но я к тому веду, что, может, ты его заставишь каштаны есть? Пусть ходит с полными карманами да жует на автопилоте. Их ведь теперь у нас предостаточно.

– Эрли, ты просто прелесть! Теперь только и осталось, что заставить нашего ректора носить каштаны в карманах да проследить, чтобы он не бросился эти каштаны проращивать в оранжерее.

– Ну да, это будет сложнее… Но я и за этим делом прослежу, не сомневайся!

Ее последние слова услышал стремительно вошедший в помещение Верховный целитель империи Рилли.

– За кем слежка и что случилось? – На ходу он откинул со лба влажные волосы.

– Это у тебя надо спросить, зачем ты меня ищешь. Ну и вид у тебя, я скажу: совсем непрезентабельный. Волосы седые, лысина стала появляться…

– Не бухти! – несколько вульгарно осадил его Тител. – Мы не на балу у императора, нам не до лоска и изящных манер!

В ответ и Дмитрий повысил голос:

– Что за хамское отношение к собственной внешности?! К тому же в это воскресенье тебе предстоит представлять всех учащихся академии и преподавательский состав на церемонии моего бракосочетания, которая как раз и состоится в императорском дворце! Съедутся твои коллеги со всего мира, будут высочества, величества и даже императорские величества, и тут мой друг появится в таком вот жалком и затрапезном виде! Да меня заклюют обвинениями в том, что тебя в замке кормят объедками!

Господин Брайс даже растерялся от такого напора:

– Ты ведь знаешь… мне некогда… И почему это учащиеся должны быть на свадьбе? Как-то это все… Да и преподаватели…

– А ты как думал?! Считаешь, что детям скучно будет на таком мероприятии? А зря! Это такое событие! А ведь многие из них сироты, и на свадьбы родственников их родители за ручку не водили. Они мне как родные, и я такой праздник проведу без них? Ну, у тебя и понятия!

– Да я что… я не против…

– Тебя и не спрашивают! – с напором продолжал владелец замка. – Как основной обладатель данной собственности, объявляю воскресенье не просто выходным днем, а праздничным, с поездкой в столицу империи. Едут все! Причем пусть дети еще и путешествие на поезде прочувствуют, а не только на него любуются и вздыхают от зависти к иным приезжающим. Выезд утром в субботу! Количество вагонов – максимальное, чтобы поместились все. И ты как главный представитель академии должен хоть чуть-чуть привести себя в порядок. Поэтому… – Он живо стал наполнять карманы ректора каштанами. – Ходишь и время от времени жуешь эти неприхотливые в хранении и транспортировке плоды. У нас их отныне несчитаное количество, жалеть не приходится. Да и ты время на кропотливое омоложение своего тельца не потеряешь. Приступай!

И самолично вставил один из каштанов в рот ректору. Тот запоздало попытался возмутиться, но выплюнуть плод все-таки не посмел. Начав жевать, пробормотал еле разборчиво:

– Тут у нас возник вопрос морального свойства. Эрлиона, расскажи!

И магическая сущность поведала, что сложности возникли с постепенным стиранием памяти плененной Натальи Кох. У нее в голове оказался некий блок, скорей всего, установленный либо самолично, либо ее ближайшими сторонниками, и ни обойти этот блок, ни убрать его никак не получается. И если форсировать умственное омоложение лидера, то она может вообще лишиться способности думать и самосовершенствоваться. То есть взять на себя ответственность и пойти на риск Тител не решается, а посему решил сбросить эту проблему на голову графа Дина.