Песнь ста миров - Цзюлу Фэйсян

– Авария. Вы здесь уже два дня, совсем ничего не помните? Скорая помощь нашла вас рядом с машиной, а сам автомобиль уже горел. Вы сумели выбраться наружу, и это с раздробленным переломом ноги. Такое нелегко провернуть.

И правда… Значит, вот насколько крепок он оказался.

Так почему же, стоило воспоминаниям обратиться к той аварии, как мысли тут же заполнял кошачий плач?

После того как медсестра ушла, Лу Чжаочай в тишине прикрыл глаза, думая о том, как он, будучи хозяином и по совместительству главным поваром, умудрился бесследно пропасть на целых два дня. В ресторане наверняка уже творилась неразбериха, и сейчас ему необходимо было первым делом связаться с менеджером и ответственными лицами. Вот только мужчина не помнил их номеров, а телефона при себе не было…

– Проснулся? – Неожиданно у его уха раздался слегка детский голос. Чжаочай открыл глаза и увидел у своей больничной койки одетую в форму медсестры девушку: на вид ей было не больше шестнадцати, медсестринская шапочка на голове сидела криво, а пара золотистых глаз смотрела на него неподвижно. – Ну как, тебе лучше? Нигде не болит? Я буду ухаживать за тобой. Проси что хочешь!

Лу Чжаочай смерил девочку долгим молчаливым взглядом, а затем произнес:

– Отделение психиатрии дальше по коридору и направо.

Некоторое время она продолжала смотреть, но затем вдруг хлопнула в ладоши:

– Ах! Так ты пытаешься от меня отделаться!

Тут выражение лица мужчины и в самом деле стало неприветливым:

– Больным нельзя свободно разгуливать по больнице, тебе следует слушаться и лежать на своем месте, девочка.

– Но дело в том, что… – она оскорбленно надулась, – я и правда пришла ухаживать за тобой. Я еще даже ничего не сделала, а ты меня уже прогоняешь…

Этого еще не хватало! Лу Чжаочай решил игнорировать ее и закрыл глаза, намереваясь молча набираться сил. Однако совсем скоро он почувствовал на тыльной стороне руки, в которую была вставлена иголка капельницы, холодный ветерок.

– Что ты делаешь? – спросил он, даже не открывая глаз.

– Дую, чтобы не болело.

– Перестань. Мне станет лучше, если ты просто будешь сидеть тихо.

Девушка послушно угомонилась, но чуть погодя принялась пихать что-то внутрь его одеяла. Брови Лу Чжаочая сдвигались все ближе к переносице, и, вдруг почувствовав в постели влагу, он не выдержал и открыл глаза:

– Чего ты опять удумала?!

Увидев ее простодушное и обиженное лицо, Чжаочай вздохнул, чувствуя, что слегка переборщил. В конце концов, перед ним была всего лишь больная пациентка.

Однако стоило ему отдернуть одеяло и увидеть в том окровавленные внутренности свиньи, как тут же его самообладание затрещало по швам. Мужчина вновь перевел взгляд на маленькую «медсестру» и увидел в ее руках синий пластиковый пакет, внутри которого все еще оставалось несколько кусочков сырой свинины прямо с кожей.

– Ты… – Никакие слова уже были не в силах выразить его эмоции.

Девушка поспешила объяснить:

– Зимой тяжело добывать еду, ты можешь умереть от голода, поэтому я и принесла…

«Добывать еду зимой?.. Решила поиграть в диких зверят?» Уголки его рта дернулись, он не знал, как на это все реагировать.

– Мне было тяжело ее найти, тебе… тебе не нравится? – Она поджала губы, ее лицо медленно наполнило разочарование. Свесив голову и смаргивая влагу прочь из глаз, девушка тихо пробормотала: – Если не нравится, я найду другое.

Лу Чжаочай резко напрягся и поспешно ответил:

– Не нужно! Не нужно ничего искать, мне все нравится.

От этих вырвавшихся небрежных слов разочарованный мрачный взгляд девочки постепенно просветлел. Наблюдая за ее простоватой реакцией, Лу Чжаочай смягчился. «Так уж и быть, это просто больная девочка, ничего страшного, если я ей немного подыграю», – подумал он. Его лицо разгладилось, и мужчина серьезно повторил:

– Верно, мне все нравится.

Губы девочки медленно растянулись в прекрасной улыбке, и она вся засияла, точно солнце после дождя:

– Как же ты добр, денежный господин![26]

«Денежный господин…» – Чжаочай не успел даже ответить на такое обращение, как девушка вытащила откуда-то из свинины измазанный красным телефон и заявила:

– Это твой, возвращаю хозяину.

Мужчина молча уставился на вымоченный в крови предмет. А она тем временем радостно махнула кровавой рукой и произнесла:

– Завтра я приду к тебе снова, но на сегодня время закончилось, до встречи!

С этими словами она мгновенно выскочила из палаты, сильно хлопнув за собой дверью. Но мгновение спустя та вновь открылась, и девушка просунула голову внутрь.

– Чуть не забыла! – воскликнула она. – Меня зовут А Мяо!

Дверь закрылась вновь, и на этот раз в комнате и правда воцарилось полное спокойствие.

Посмотрев на свежее мясо в своей постели, красные брызги повсюду и утопленный в крови телефон, Лу Чжаочай вскинул голову к потолку и тяжело вздохнул:

– И кто только послал мне эту маленькую убийцу…

Глава 3

На следующее утро, вопреки отговорам доктора и медсестер, Лу Чжаочай сам выписался из больницы. Его тело отделалось лишь незначительными ранами, и только сломанная нога мешала нормально передвигаться.

Чжаочай не заметил, как хвостиком за ним из дверей больницы незаметно вышла рыжая кошка и проводила до самого такси. Глядя на отдалявшуюся машину, животное жалобно мяукнуло, словно говоря: «Денежный господин, а как же я?..»

Мужчина отправился в ресторан с намерением засесть там надолго. Однако стоило работникам увидеть его хромую ногу и узнать о случившемся, как они с руганью отправили его домой, и только тогда он, не имея иного выхода, в одиночестве направился к себе.

Вот только каково же было его удивление, когда перед собственной дверью он обнаружил девушку с криво надетой на голову шапочкой медсестры. Пара сверкающих золотом глаз смотрела прямо на него:

– Я пришла ухаживать за тобой, денежный господин.

В одно мгновение Лу Чжаочай почувствовал себя абсолютно вымотанным. Он потер виски и пробурчал:

– Как ты меня нашла?.. Больница совсем не следит за своими пациентами?

Острый слух А Мяо уловил его слова, и она тут же гневно подхватила:

– Вот именно! Куда они смотрят?! Как они отпустили такого калеку бродить по улицам? Если бы я не украла больничную карточку и не нашла это место, ты бы остался совсем один, никому не нужный. От одной мысли об этом мне уже грустно. – Она смахнула несуществующие слезы и, сжав кулаки, продолжила: – Но ничего! Теперь-то я рядом и помогу тебе обо всем позаботиться.

Дослушав ее проникновенную речь, Лу Чжаочай сразу же достал только что купленный телефон и набрал единый номер