Фаворит. Сотник - Константин Калбазов

– Ну чего ты от меня хочешь, Ваня? Я ведь тебе говорил, что не знаю, как лечить оспу. Нужны средства, лаборатория, изыскания. Я конечно же сделаю все возможное, но… Словом, вилами по воде писано.

– Понятно.

Иван взглянул на стоящие у стены часы. Нет, не новинка брата и Рябова. А самые обычные, с одной часовой стрелкой. Итак, примерно половина седьмого. В принципе, время детское, и он вполне еще может поспеть навестить постоялый двор, да поговорить с Гаврилой.

– Ирина Васильевна, а не выпишешь ли мне на сегодня пропуск через заставы? – Попросил карпов.

– В Москву решил прокатиться? – Поинтересовалась Ирина.

– Есть еще дела. Думал засветло управлюсь. Да вот, не вышло.

– Выписывать-то на одного?

– На двоих. Денщик со мной будет.

– Денщик, – искоса бросив на него взгляд, уточнила она.

– Ну не самому же управляться с лошадьми. Так-то, я чай еще не забыл, где в стенах прорехи.

Это да, сапоги дорогу помнят. Но тащиться в подпитии до дома, не было никакого желания. Как не хочется и самому управляться с лошадкой. Расслабился, йолки.

Впрочем, едва только въехали в Земляной город, как денщика все же пришлось отправить домой. Пока тот седлал лошадей в расположении сотни, Ивана нашел осатаневший от службы Фрол. Старый казак, тут же подхватился, едва только узнал о том, что Иван собрался в трактир.

Правда, Гаврила, в его планы ну никак не входил. Подумаешь, посидели как-то пображничали. Так и что с того? Но вот Карпову этот паренек понадобился. С одной стороны, он хочет вызнать все о Вильно. С другой, ему вишь ли, нужно обрастать связями среди купцов, и лучше бы сближаться с молодыми, да ранними, а не матерыми и закостенелыми.

Заставы миновали без проблем. Стоило только предъявить бумагу с восковой печатью, как и ворота отворились, и рогатки разнеслись в стороны. Но беда пришла с той стороны, откуда не ждали. Они уже спешились возле постоялого двора, когда перед ними будто из под земли вырос Кузьма.

– Иван Архипович, дело есть, – покосившись, на нахмурившегося Фрола, произнес бывший нищий.

– И что, вот так невтерпеж? – Переглянувшись с казаком, поинтересовался Иван.

Вообще-то, он, на секундочку, уже настроился на добрую попойку. К тому же, еще и стресс от волнения за дочь наложился сверху. Ну и намерзлись в дороге. С темнотой морозец крепко так придавил, будь борода, так вся сосульками покрылась бы.

– Знаешь, Иван Архипович, я уж начал привыкать к сытой жизни подле тебя. А потому, мне желательно поберечь твою шкуру.

– Эвон как. А поподробнее? – Насторожился Иван.

– Можно. Но не здесь же, – недоверчиво оглядевшись вокруг, произнес Кузьма.

Его смущало именно место, а не Фрол, всем своим видом выражавший недовольство. В конце, концов, Карпов ему полностью доверяет. Ведь Копытов был в тот день, когда они прихватили Овечкина.

– Ты не перегибай, Кузьма, – покачав головой, возразил Иван, но потом все же пошел на попятную. – Ладно, давай отойдем вон туда, – наконец указал он в сторону совершенно глухой стены, шагах в двадцати от входа на постоялый двор.

– Я насчет того ухаря германского, обсказать хотел, – когда они отошли, начал пояснять Кузьма. – Передал я ему все слово в слово, как ты сказал. И про книгу мудреную, и про то, что бережешь ты ее пуще глаза.

– Но тебе что-то не понравилось. Так?

– Не понравилось, – подтвердил Кузьма. – Перво-наперво, он не сам по себе. Встречался с одним господином, французом, что раньше при Голицыне пробавлялся. Атталь, этот.

– Уверен?

– Ты, своих стрельцов учи из пищали палить. А я свое дело знаю туго, – даже обиделся Кузьма, а потом продолжил. – Говорили они долго, и по всему видать добрые знакомцы.

Вот значит как. Де Атталь, отправляет сотню Ивана на опасное направление, что едва не стоит ему головы. Потом появляется некий немец, в смысле германец, который интересуется Карповым младшим. А на поверку, они оказываются чуть не приятелями. Совпадение? Да к ляду такие совпадения!

Нет, конечно очень может быть, что это и не орден вовсе. Ну мало ли. Что не говори, а Иван за последние три года, прямо-таки фонтанирует идеями. Вроде и не планировал выделяться, и высовываться, да оно само как-то получилось. Вот и приметил его кто-то. Тот же новгородский купец, сразу ведь углядел, и хотел умыкнуть батю. А как разъяснили ему, что от таких замашек и беда может приключиться, тут же изменил тактику. Решил просто секрет выкрасть.

Вот и здесь та же песня. Разве только умыкнуть решили не отца, а сына. Потому как задались справедливым вопросом, какого ляда взрослый мужик разродился идеями под старость лет. Может быть такое? Да легко. Вот только, верилось в подобное слабо. Вообще не верилось, если честно.

– Так вот, встречались они вчера вечером. Ну чего ты так на меня смотришь, Иван Архипович? Мне что, после каждого его чиха бегать к тебе с докладами?

– Извини. Продолжай.

– А поспешил я оттого, что этот германец, сегодня мне отдал двадцать рублей. Теперь выходит он мне уплатил уже половину от оговоренной суммы. Сказал, что вторую половину получу, как только сообщу ему, где и когда тебя можно будет подкараулить одного. А еще, у него на квартире появились два бирюка. Слово через губу не выплюнут. Но по всему видно, что калачи тертые. Я эту породу знаю. Таким палец в рот не клади.

– А вот это уже интересно. То есть, не просил тебя подобрать каких ухарей, а призвал своих бойцов. Ох как мне это нравится. Кузьма, ты парней-то уже прибрал к рукам?

– Ты про тех двух быков стоялых?

– Про них. Они как, быки быками, иль в драке чего стоят?

– Стоят, не сомневайся. Доведется и против клинка с голыми руками выйдут, и медведя заломают.

– Экий у нас лихой народец.

– Говорил же, в лихих они по случаю. А так, раньше княжьими боевыми холопами были.

– Ладно, раз так-то. Я что думаю-то. Негоже заставлять этих красавчиков ждать. Вот сегодня и подставишь нас. Только скажешь, что я не один, а вдвоем со своим сослуживцем. Мол бражничаем здесь, на постоялом дворе. Захотят, проверят. А домой пойдем известной тебе дорогой, потому как я всегда из Москвы ею возвращаюсь.

– Кхм.

– Чего?

– Ты это, Иван Архипович, оно ведь и впрямь, всегда по одной тропинке хаживаешь. Не дело, – теребя свою бороденку, выдал Кузьма.

– А ты откуда… Л-ладно, поправлю. Итак, самое удобное место, чтобы меня прихватить, это во рву. Вот там пускай нас и караулят. Как нам главного отличить?

– Те двое здоровые бугаи, этот вроде как тщедушен. Только, скажу я тебе, пусть он и рядится, под эдакую немочь телячью, и силы в нем достанет, и ловок шельма, и рука тверда.