Наследный принц - Владимир Лошаченко

Леон, забравшись на самый большой камень и приложив ладонь козырьком ко лбу, пристально оглядывал поле будущей битвы. Чем больше смотрел, тем больше мрачнел. И было от чего. Обладая стопроцентным зрением, он разглядел цвета и стяги Харланского королевства. «Кой хрен принес сюда Аугуста V, вроде по годам до маразма еще далеко?»

Спустившись, землянин поспешил к рядам Высших магов, дабы предотвратить «избиение младенцев». Любой Божий воин, трансформировавшись в боевого монстра, мог легко положить полк обычных солдат, а если учесть, что воины с Черной планеты в основной массе обладали магией, то вообще тушите свет. Прибежавший Леон с трудом угомонил рвущихся в бой магов. И то только после предъявления ультиматума: или – или. Небольшая войнушка на полчаса без всякой магии и применения боевых шкур, или Леон отказывается от своей миссии. Высшие маги, скрипя зубами, согласились – деваться некуда, но расстроились жутко.

Вернувшись обратно, Леон не досчитался пяти девушек: не удержались, засранки, и ускакали на войну. «Вот и осталось вас семеро», – огорченно вздохнул он.

* * *

Причина появления чужого войска у побережья океана оказалась проста до банальности. После выздоровления дочери – принцессы Гелы – ее папаша Аугуст V на радостях закатил пир на весь мир, на котором, естественно, присутствовали послы иностранных держав. От южного соседа – эмирата Равини – накануне прибыло расширенное посольство: шах Орхан III возжелал женить сынишку, принца Алима.

Молодым повезло – они влюбились друг в друга с первого взгляда. А чего не влюбиться, принцесса Гела – красавица, с привлекательными формами, принц Алим тоже неплох, правда, горяч не в меру. Это с годами вроде проходит, но, к сожалению, не у всех.

Казалось бы, какое отношение имеет династический брак к походу на побережье? Увы, самое прямое. Принц Алим вбил себе в башку основать собственный эмират, а поскольку основная территория давно поделена между довольно сильными странами, вот и подался на ничейные земли. Умные папы не стали спорить с упертым юношей, выделили по пятьдесят тысяч войска, снабдили обозом под провиант и наладили в путь-дорогу. Король с шахом знали: у побережья ничего достойного внимания нет – песок, скалы и редкий лес. Природных ископаемых никаких, пахотных земель – тоже, о чем пытались втолковать принцу. Куда там, юность рассуждает резко и безапелляционно. Не надо нас учить, мы сами все знаем и кого хочешь научим. Потому и садятся в лужу – это самый лучший вариант, а бывает, теряют и голову, в прямом смысле слова.

Выстроившиеся на огромном зеленом поле войска принца Алима поражали-таки своим боевым видом: тяжелая пехота (закованная в сталь) с ростовыми щитами и длинными копьями – это очень круто по нынешним временам. Прямо как в песне из мультика: «К нам не подходи, а то зарежем». Конница, выделенная шахом, располагалась на флангах. Богато, ну богато. Кони покрыты красивыми чепраками и легкими попонками, сплошь расшитыми золотой и серебряной вязью. Седла вообще произведения искусства. Многие сверкают драгоценными и полудрагоценными каменьями. Орхан III не пожалел для сынульки гвардии, а в ней служили отпрыски знатных и богатых родов. Перед грозным войском на белом аргамаке красовался сам принц Алим, принимая позы опытного полководца. Правда, плохо получалось. Опытные визири, посмеиваясь в душе, дали сопляку дельный совет:

– Досточтимый принц, соблаговолите отдать приказ послать парламентера.

– Это еще зачем? – вскинулся юный «полководец».

Бывалые вояки объяснили, что таковы правила. Нужно предъявить свои права на территорию, на страну или на другую собственность (неважно, на что) и объявить войну. Иначе будет просто набег разбойников-кочевников, и славы будущему завоевателю земель не принесет. Немного подумав, принц Алим согласился с доводами старших.

Резко затрубили трубы, и на середину поля, утыканного редкими скалами, выехал парламентер с белым флажком на пике и с двумя сопровождающими. От редкой цепочки Божьих воинов тоже вышли навстречу три человека. Спустя короткое время переговорщики встретились у серого камня с красными прожилками.

К великому изумлению южан, все трое пришлых чужаков оказались симпатичными девушками, одетыми в облегающую черную кожу и высокие сапоги. На прогулку вышли, не иначе. Общий вид портили мечи и кинжалы, висевшие на широких поясах.

Смуглый южанин, тот что ехал главным, от восхищения зацокал зубом, заерзал в седле – отдавая дань красоте юных дев. Затоковал как тетерев, обещая шербет, рахат-лукум и купание в золоте, если незнакомки согласятся жить в его гареме. Получив чувствительный тычок по почкам от седоусого товарища, заткнулся и с минуту соображал, чего он здесь, собственно, делает.

В дальнейшем переговоры носили довольно конструктивный характер. Высшие маги снабдили девушек скопированным талисманом, притащенным Леоном. Потому языкового барьера не существовало. Южан в тактичной форме послали в длинный сексуальный маршрут и объяснили на пальцах, что те через полгода могут заселять эти благодатные места. Народ Божьих воинов сам уйдет. «Куда? А не ваше собачье дело, так и передайте своему принцу», – расхохотались девицы, развернулись и пошли к своим воинам, повиливая упругими попками.

Парламентер, ежеминутно сглатывая слюну, так и доложил светлейшему и мудрейшему принцу Алиму. Напоследок не удержался и, закатив глаза, заверещал: «Клянусь Великим Кабой, таких красивых гурий еще не видел». Свита оживилась, визири загалдели, требуя от переговорщиков подробности. Спокойным оставался один человек – Главный визирь Осман-Али. По его позвоночнику давно тек холодок и сейчас он достиг копчика. Визирь даже плотнее запахнул парчовый халат.

Битый волк, воевавший всю жизнь, верил своим предчувствиям, и точно знал: сегодня они окажутся в самой глубокой ж…е. Принца от битвы не отговорить, разведка ничего не дала, ее просто не пустили заслоны чужаков. И потому жидкая цепочка из молоденьких девчушек поперек всего поля его обмануть не могла. Там вдали, за каменной грядой, можно спрятать сколь угодно большое войско. Да и расположились девочки грамотно – у скал и валунов. Простора и маневра для конницы никакого. Конечно, можно закидать стрелами, да и пехота наденет их на копья в один миг, но внутренний голос уже даже не кричал, а просто вякнул напоследок: «Хочешь сдохнуть? – Пожалуйста, но без меня».

Осман-Али сделал попытку отговорить принца, да куда там. А свита вообще обсмеяла визиря.

– Осман, ты совсем старый стал, дивюшки перестал любить, а? Иди в обоз, а мы наберем новые гаремы.

Все разразились хохотом, хлопая себя по бокам.

Визирь плюнул и пожал плечами – от судьбы не уйдешь. Смерти он почти не боялся, привык, как и многие воины, относился к данному факту спокойно. Ну не сегодня, так завтра заберет его в свои чертоги Великий Каба. Для храбрых воинов на том свете вечное блаженство и веселье в обществе обольстительных гурий. Прожил Осман-Али хорошо и достойно, вырастил пятнадцать детей от разных жен, у всех красивые дома, много золота. С голода не умрут.

Он оглянулся на стоявшее сзади войско: пехотинцы и конница веселились – видно, до них дошел слух, что за противники перед ними. У солдат выпученные глаза и агромадные планы на будущее. Ага, делятся друг с другом, что будут делать с пленницами – в каких позах и по сколько раз. «Полные придурки, – Осман-Али презрительно скривился. – Посмотреть бы на вас через часок, или на то, что от вас останется».