Тимиредис. Герцогство на краю - Надежда Кузьмина

Первые дни занятий не принесли ничего нового, кроме ощущения, что учиться стало действительно легче. Кроме «Государственности», конечно. Впрочем, с учетом регулярных медитаций, тренировок памяти, дополнительных занятий магией, продолжения работы в алхимическом кабинете и того, что я старалась читать не меньше двух книг в неделю, умереть от безделья мне не грозило — в постель я заползала уже в сумеречном состоянии. Бри смотрела на меня с состраданием и притаскивала пряник всякий раз, как выходила погулять в город. Она не понимала, зачем я на себя столько наваливаю. Хотя после того, как я объяснила, что если сильно постараюсь, то поступлю в Академию в один год с ней, прониклась и стала спрашивать, чем мне помочь? Чем? Да я сама не знаю…

Кир и Зак регулярно выбирались в Китовый Киль, обходили таверны и трактиры. Но больше того типа в плаще до бровей не видели. Впрочем, вывод из этого мы сделали неутешительный — выходило, что, скорее всего, тот уже нашел кого-то, готового ему доносить о том, что творится за стенами «Нарвала». Может быть, нам и вправду перевестись в Марен-Кар? Там нас не достанут… Кстати, от Шиарры пришла коробка удивительно вкусных засахаренных южных фруктов и устное «спасибо» за мою мелиссу.

Тин, к которой я забегала каждый вечер, тоже ходила с замороченной головой. Сестра не жаловалась, но было видно, что учеба дается ей нелегко. И если в «практической магии» было много нового, интересного, просто любопытного и даже смешного, ради чего стоило постараться, то от «Имперского законодательства в области волшебства», которое я решила пройти вместе с Тин, хотелось зубами скрежетать — от длиннющих тяжеловесных формулировок с десятками пунктов и подпунктов мозг кипел.

— Ну зачем мне знать правила наследования и разбираться в этих, в очередях? Какое отношение это имеет к магии? — вопросила я потолок.

— Прямое. Когда к тебе придет несчастная жена купца, утонувшего в морском плавании, покажет свидетельство о браке, свидетельство о смерти мужа и купчую на имя мужа на недвижимость, а потом попросит помочь сберечь последнее, что у нее осталось — склад с товарами, ты должна быть уверена, что, развешивая заклинания, защищаешь собственность от воров, а не от законных совладельцев — компаньонов или же детей от первого брака, — заметил сидящий в кресле с книгой Росс.

Директор сначала иногда заглядывал во время наших с Тин посиделок в комнату, а потом как-то вышло, что он стал задерживаться, дабы давать пояснения по ходу занятий, буде у нас возникнут вопросы. Закончилось тем, что Росс просто оккупировал одно из обитых плюшем кресел у камина, где и коротал время с книгой каждый вечер, наблюдая за нашими с Тин потугами.

А Аскани, тот просто приходил со мной вместе, словно так и надо, устраивался у окна и, пока мы занимались, тихо читал какую-нибудь заумь на эльфийском или гномьем. Законодательство он знал уже лучше нас обеих.

Мне удалось разобраться в некоторых мудреных словах, услышанных от лорда Лина. Континуум оказался всего лишь непрерывным множеством. А вот до тензора я пока не доросла. Лорд Дэрек, видя мой интерес, попробовал объяснить мне, что к чему, но через пять минут сдался. Всё же сначала нужно заложить прочный базис, а потом уж рваться в теоретические выси. Зато по ходу дела я узнала про день рождения Шона. Оказалось, что он в конце сентября и до него осталось всего два дня. Я схватилась за голову — если хочу поздравить мага, срочно нужен подарок. А что я могу подарить? Ничего ценного у меня нет, даже лишней зеленой куриной ноги в наличии не имеется, да и вообще, Шон сам может себе сотворить что угодно. И времени совсем не осталось…

Закончилось предсказуемо — я помчалась за советом к Тин.

— Так, Мири, кончай сопеть, я уже поняла, насколько ты взволнована и озадачена. Другой вопрос, что твой интерес к лорду Дейлу мне не особо нравится, — подняла руку: — Нет, не убеждай меня, что этот герцог в драном балахоне — человек хороший и нам обеим помог, ты и сама знаешь, что я права.

Я понурилась. Но всё же… разве в том, что я хочу сделать, есть что-то плохое?

— Внешне всё в порядке, — покачала головой Тин. — Внешне… Ладно, давай вместе подумаем, что ему подарить? Говоришь, его ничем не удивить, да? И правда, чем поразить или порадовать того, кто сапфиры и рубины горстями в карманах таскает и ходит гулять на Луну? — задумалась. — А знаешь, есть у меня идея! Помнишь, нам как-то сливками лечение коровы оплатили и мы пирог с земляникой и орехами пекли? Как думаешь, ему бы понравилось?

О! Тот пирог я вспоминала каждый день целый год и не забыла до сих пор — вкуснотища получилась запредельная! А если Шону не понравится — сам дурак!

— Ну и хорошо, — кивнула Тин. — Коржи должны сутки пропитываться кремом, так что завтра с утра схожу на рынок, куплю свежих сливок, орехов и всего, что надо. А земляники в сахаре у меня несколько банок есть. И испечем пару пирогов — один в подарок, другой — самим на поед. Договорились?

Я кинулась ей на шею.

— Эх, маленькая ты у меня ещё, — вздохнула Тин, гладя меня по волосам.

Печение пирогов мы запланировали на вечер, когда после ужина кухня опустела. Тин сама договорилась с Аликой. Снова разожгли огонь в одной из печей, достали кастрюли, тазы, разделочную доску и скалку, расставили на столе нужные продукты. Если бы не Тин, сложно сказать, что бы я натворила — почему-то всё падало из рук. Сначала я насыпала в таз лишний стакан муки, потом запуталась в том, сколько яиц нужно добавить по этому поводу. И, решив, что сдобой тесто не испортишь, чуть не вбухала туда в полтора раза больше масла и сахарной пудры, чем надо. Затем месила результат, по ходу дела выяснив, что и в сыром виде тесто тоже очень даже съедобно. Коловшая орехи Тин оторвалась от своего занятия, чтобы дать мне по рукам — пресечь безобразие. И, оценив мою рассеянность, отогнала от таза прочь — если избыток сахара или масла пережить было можно, то лишний лимон или ложка соды могли стать фатальными.