Медленный скорый поезд - Сергей Абрамов

— Откуда ты знаешь про приборчик? — Зло не ушло совсем, тяжелело где-то в груди, требовало выхода.

— Некто Шухрат рассказал. Он же с вами был. А как ушел, так мы его притормозили и вопрос задали.

— С какого перепуга ему это рассказывать?

— А под дулом пистолета чего не скажешь? Тебе ли не знать…

— Где он сейчас?

— Живой, живой. Злой только очень. Сидит у меня в купе. Как король на именинах. Ну разве что приковали его наручниками к полке, чтоб не трепыхался. А твоя бабуля, кстати, тоже сидит и тоже в купе. Только в своем. И не прикованная. Зачем обижать пожилую женщину?.. И с ней — очень толковый человек, мой человек, он, представь себе, колледж литературный у вас там в Москве окончил.

— И что он у тебя делает?

— Он вообще-то из всей великой литературы только боевики и любит. Ну, фантастику еще… А у моей команды жизнь — чистый боевик с легкой примесью фантастики, то, что доктор прописал. Так что он ко мне удачно попал. Но ты не бойся, они с бабушкой о литературе разговаривают, ей не страшно и не скучно. Мы с тобой сейчас к ним и пойдем.

— Зачем?

— А чтоб бабушка… Мариной ее зовут, да?.. достала свой замечательный приборчик и отправилась бы с нами в параллельное пространство. Я правильно термин употребил?

— Мы трое?

— Ни в коем случае. Дуэль так дуэль! Кого ты хотел бы видеть в качестве своего секунданта?

— На кой*censored* мне секундант?

— Чтоб по правилам и красиво. Я своего выбрал. Начальник поезда. Фигура! А у тебя секундант, ясный пень, этот фраер Стрелок?

Пастух преотлично понимал, что все это — никакая не игра, что стреляться и впрямь придется, хотя очень не хочется, но все козыри сейчас на руках противника, как ни мрачно.

— Да мы до Ишима не успеем, — сказал Пастух.

— А тебе очень надо в Ишим? — удивился Слим. — Может, обойдешься?.. Или ты о нашем возвращении в вагон волнуешься? Насколько я знаю, прибор твоей Марины вернет нас в вагон… — Оборвал фразу, засмеялся. — Ну, не всех нас, увы, кто-то один так там и останется, а остальные вернутся вне зависимости от расстояния. Да и какое между нашим и параллельным пространствами расстояние? Насколько я знаю фантастику — никакое. Миг. А ты: Ишим да Ишим… Все равно окажемся в поезде, пусть он даже до Тюмени докатится…

— Ты и я плюс секунданты? Они-то тебе на фиг? Что за детские игры?

— Взрослые, Пастух, сильно взрослые. И более того, на дуэли будут присутствовать ты, я, твоя Марина и начальник поезда со своим восточным друганом… Маринин приборчик всех осилит, в вашем прошлом походе вас немало было. Кого добавим до кучи — шестым?

Пастух окончательно понял и принял: разговор всерьез. Отказываться невозможно. Стрелять вдруг здесь и сейчас — ну не дело это, пассажиров вокруг — тьма, перегородки между купе — картонные. Самому прямо сейчас выстрелить — так Слим палец на курке держит, опередит, да люди кругом абсолютно невинные и в стрельбе не заинтересованные. Паника в вагоне — штука, наверно, страшная…

И добавил «своего»:

— Стрелок, конечно. Иных уж нет…

— Идет, — согласился Слим. — И не будем тянуть. Прямо сейчас и тронемся. Пошли к твоей Марине, остальных участников сафари в течение пяти минут приведут мои люди. Марина за это время приборчик свой к работе приготовит. Пошли, Пастух. А если Ишим пропустим ненароком, то и хрен с ним, не переживай. У нас впереди Тюмень будет. Для тех, кто жить останется…

— Не получится, — сказал Пастух.

— Не понял, — удивился Слим.

— Марина, мягко заметим, не поймет идеи дуэли.

— А мы ей не скажем про дуэль. Оставим для сюрприза… Кончай бздеть, Пастух, ты мужик или кто? Когда в меня стрелял, не колебался… — засмеялся. — И теперь не бзди, опять в меня стрелять станешь. Прям привычка и удовольствие!..

И они пошли.

По дороге Слим заглянул в свое купе, бросил на ходу:

— За нами.

И некий орангутанг, телесно и даже рожей похожий на молодого Шварценеггера, вывел из купе начальника поезда. Орангутанг профессионально шел левее и сзади своего подконвойного, а в правой руке держал красивый австрийский револьвер «Магнум-357», длинное дуло которого навязчиво упиралось в левую почку начальника.

Так, не торопясь особо, и пошли в родной вагон.

И пришли без эксцессов.

Хотя… как сказать… По пути к родному вагону встретили Шухрата, не выдержавшего, вероятно, присутствия в купе Марины нового персонажа — чувака с литературным образованием из команды Слима. Шухрат не сразу сообразил, на кого напоролся, но миляга Слим тут же разулыбался и, опережая вопрос Шухрата, куртуазнейшим образом зачастил:

— Как хорошо, что мы вас встретили! Вы нам так нужны! Идемте обратно, обратно, дело не терпит… — И даже попробовал руками развернуть Шухрата в обратный путь.

И не вышло бы у него ничего, но Пастух сказал:

— В самом деле, Шухрат, разворачивайтесь назад. У них стволы, а у меня еще и обещание дадено — содействовать воплощению замысла вот этого господина… — И указал на Слима.

— Какого замысла? — очень недовольно спросил Шухрат, но все ж развернулся и пошел обок, поглядывая на оружие в руках Слима и его «пса». Ответа на свой вопрос не получил.

Так и шли. Хорошо, что никто из посторонних и нервных пассажиров им не попался.

В купе Марины и впрямь сидел интеллигентного вида мужичок лет эдак тридцати с копейками, а Марина выглядела если и не довольной разговором на высокие литературные темы, то по крайней мере не злой и не усталой.

— Я гостей привел, — сказал Пастух. — Представлять не стану, смысла нет, они ненадолго… — Сделал легкую паузу и добавил: — Но! Нам… ну-у-у… обстоятельства такие получились… короче, Марина, нам очень нужно повторить некий… ну-у-у… эксперимент, который вы однажды провели с нами.

— Какой такой эксперимент? — искренне не поняла Марина.

— Я — о вашей «коробочке», — казенным голосом сказал Пастух. — Непреодолимые обстоятельства требуют от нас еще одного путешествия в параллельное пространство. Вот примерно в таком составе. Плюс, разумеется, вы.

— Вот оно как… — сказала Марина, глядя на вполне серьезные пистолеты в руках двоих из непрошеных гостей. Что-то ей в казенном голосе Пастуха не понравилось. Повернулась к нему: — И никак иначе?

— Можно иначе, — честно сказал Пастух. — Но очень не хочется войны в тесном вагоне.

— А где хочется? — спросила Марина.

— Да какая война! — влез в разговор Слим. — Никакой войны и быть не может. Просто прогулка, экскурсия, немножко научной фантастики, мы ж слышали о ваших и вашего супруга научных разработках, краем уха, краем уха, ну я и предложил моему старому знакомому Пастуху попросить вас, чтоб мы… ну, воспользоваться вашим прибором… или механизмом, я не знаю… ну, чтоб не здесь, а где-то там, ну… — Понял, что велеречивость ведет его куда-то не туда, перестроился и закруглился: — Короче, очень просим… — И посмотрел на Пастуха.