Соблазненная - Кристин Каст

— И повел себя совершенно отвратительно! Неужели ты не видишь, как меня изводит весь этот бред с тобой, Хитом и Эриком?

Насмешливая ухмылка мгновенно сбежала с лица Старка.

— Дарий, город превратился в огромный каток, и, похоже, за эту ночь стало еще хуже. Как ты думаешь, ты сумеешь довести «хаммер» до Дома Ночи? — спросила я.

— Да, я сумею, — ответил воин.

— Кто у нас хорошо ездит верхом? — крикнула я.

Сразу несколько рук взметнулись над столом, словно я была злобной училкой, и все до смерти боялись меня прогневить.

— Шони и Эрин, вы поедете на той кобылке, на которой добрались сюда.

Я посмотрела на остальных добровольцев.

— Джонни Би, готов ехать на одной лошади с Крамишей?

— Ага, — ответил Красный рукодельник.

Крамиша энергично закивала, и они опустили руки.

— Старк, ты поедешь со мной на Персефоне, — бросила я, не глядя на своего воина. — Дэмьен, Джек, Афродита, Шэннонкомптон, Венера и… — я посмотрела на хорошенькую брюнетку из числа красных недолеток, имя которой совершенно вылетело у меня из головы.

— Софи, — робко подсказала Стиви Рей, словно опасаясь, что я сейчас откушу ей голову.

— И Софи. Вы поедете в «хаммере» с Дарием. — Я в упор посмотрела на Стиви Рей. — Ты позаботишься о том, чтобы остальные красные недолетки и Эрик благополучно добрались до Дома Ночи?

— Если ты этого хочешь, я это сделаю, — ответила Красная вампирша.

— Хорошо. Заканчивайте завтрак и отправляемся домой! — Я встала и обвела глазами притихших монахинь. — Просто не знаю, как благодарить вас за помощь. Клянусь, что пока я живу, Верховная жрица вампиров будет лучшим другом сестер-бенедиктинок!

Я прижала к сердцу сжатый кулак, поклонилась и направилась к выходу. Когда я проходила мимо Старка, он сделал попытку встать, но я резко мотнула головой.

— Я иду попрощаться с бабушкой и хочу сделать это одна!

Да, я видела, что Старка задела моя резкость, но он лишь почтительно мне поклонился и ответил:

— Как пожелаешь, моя госпожа.

Не обращая внимания на воцарившееся за моей спиной молчание, я прошествовала к дверям и вышла из столовой.

— Значит, у-ве-тси-а-ге-я, ты всех разобидела? — вздохнула бабушка, когда я, нервно расхаживая по палате, рассказала ей обо всем.

— Ну, не то, чтобы всех… Просто они вывели меня из себя!

Бабушка долго не сводила с меня глаз. Когда она заговорила, то нашла самые простые и точные слова:

— Это не похоже на тебя, Птичка. Думаю, у тебя была серьезная причина так повести себя.

— Не знаю… Я просто напугана и растеряна. Еще вчера я чувствовала себя настоящей Верховной жрицей. А сегодня снова превратилась в сопливую девчонку. Еще у меня опять проблемы с парнями и с лучшей подругой, которая со мной скрытничает!

— Это означает лишь то, что и у тебя, и у Стиви Рей есть недостатки, — спокойно ответила бабушка.

— Ах, если бы! Я бы дорого отдала за то, чтобы все дело было только в этом! А что, если я стала потаскухой, а Стиви Рей перешла на сторону зла?

— Только время покажет, достойна ли Стиви Рей твоего доверия. И еще мне кажется, что ты слишком жестоко судишь себя за то, что тебе нравится не один мальчик, а сразу несколько! Я ведь вижу, как ты учишься разбираться в людях и принимать правильные решения. Судя по тому, что ты мне рассказала, Эрик в самом деле относился к тебе излишне властно и покровительственно. Многие девушки на твоем месте закрыли бы на это глаза, ведь он же — как это у вас говорится? Та-а-а-кой кла-а-а-сный! — бабушка очень смешно передразнила типичную девчоночью интонацию. — Со временем ты поймешь, как строить отношения с Хитом и Старком, ведь через это прошли многие верховные жрицы. А возможно, ты обнаружишь, что можешь любить только одного мужчину, и что в этом заключено твое счастье. Но, детка моя, тебе не нужно принимать это решение прямо сейчас! У тебя впереди много-много лет на раздумья.

— Наверное, ты права, — пробормотала я.

— Конечно, права. Я стара, Птичка. И поэтому вижу, что какая-то другая беда беспокоит тебя намного больше, чем мальчики и Стиви Рей. Что стряслось, Зои?

— Меня посещают воспоминания А-и, бабушка.

Единственный судорожный вздох, сорвавшийся с бабушкиных губ, сказал мне, насколько сильно потрясли ее мои слова.

— Это воспоминания о Калоне?

— Да.

— Приятные или неприятные?

— И то, и другое одновременно! Сначала мне было только страшно, но с тех пор, как во мне стала пробуждаться А-я, все изменилось. Она любила его, понимаешь? И теперь я чувствую эту ее любовь!

Бабушка кивнула и медленно произнесла:

— Да, у-ве-тси-а-ге-я, я тебя понимаю. А-я была создана, чтобы любить Калону. У нее не было иных чувств.

— Это пугает меня, я чувствую, что теряю контроль над собой! — со слезами выкрикнула я.

— Шшшш, детка моя, — успокоила меня бабушка. — Прошлое накладывает отпечаток на каждого из нас, но в наших силах сделать так, чтобы груз пережитых чувств и опыта не имел над нами полной власти.

— Даже над душой?

— Особенно над душой. Спроси себя, откуда у тебя твои редкие способности?

— От Никс! — не задумываясь, ответила я.

— А что именно одарила Богиня — твое тело или твою душу?

— Конечно же, душу! Тело — это всего лишь оболочка души! — выпалила я, невольно удивляясь собственной уверенности. — Кажется, я понимаю, что ты хочешь сказать! Мне нужно помнить, что моя душа принадлежит мне, и относиться к А-е также, как к другим своим воспоминаниям о прошлом?

— Ты всегда была умницей, Птичка, — улыбнулась бабушка. — Я знаю, что ты найдешь опору в своей душе. А когда ты будешь совершать ошибки — в этой жизни или в другой — постарайся на них учиться, и тогда они помогут тебе в будущем.

«Ну да, как же! — скептически вздохнула я. — Моя ошибка может позволить Калоне спалить весь мир, и вряд ли после этого у меня будет возможность чему-то научиться!»

Я уже хотела сказать это вслух, но тут бабушка устало закрыла глаза. Она выглядела такой слабой, усталой и измученной, что у меня вновь похолодело в груди.

— Прости, я совсем тебя замучила, бабуль, — виновато пролепетала я.

С усилием открыв глаза, бабушка потрепала меня по руке.

— Никогда не сожалей о том, что поговорила со мной по душам, у-ве-тси-а-ге-я.

Я бережно поцеловала бабушку в лоб, старясь не прикасаться к ее синякам и ссадинам.