Соблазненная - Кристин Каст

Зои

Обратная дорога в Дом Ночи оказалась долгой, странной и неприятной.

Долгой она получилась потому, что хотя мы с Шони изо всех сил направляли силу Огня на конские подковы, дробно стучавшие вниз по Двадцать первой к утопавшей во тьме улице Утика, асфальт все равно оставался скользким и очень коварным.

Странной дорога была из-за темноты. Теперь я точно могу сказать, что бывает, когда гаснут городские огни: на улицах становится жутко. Наверное, это звучит довольно комично, особенно в устах будущей вампирши и Дочери Ночи, но это чистая правда. Когда гаснет свет, мир становится совершенно иным.

А неприятным путешествие было из-за того, что Близняшки украдкой косились на меня, как на бомбу с часовым механизмом. Джонни Би и Крамиша вообще со мной не разговаривали, а Старк, сидевший за моей спиной, едва держался за мою талию.

Спрашиваете, что чувствовала я? Ничего хорошего. Честно говоря, я просто хотела поскорее добраться до дома.

Дарий вел «хаммер» следом за нами, вернее, не вел, а тащил, хотя наши лошадки старались изо всех сил, прокладывая дорогу машине. Красные недолетки во главе со Стиви Рей и Эриком, замыкали процессию.

Если не считать света фар «хаммера», рычания мотора и цокота лошадиных копыт, кругом царила тьма и тишина, лишь изредка нарушаемая скрипом прогнувшейся под тяжестью льда ветки или жутким хрустом падающего дерева.

Мы повернули на улицу Утика, когда я впервые нарушила молчание.

— Значит, не хочешь со мной разговаривать? — хмуро спросила я Старка.

— Я хочу с тобой разговаривать, — отозвался он.

— Тогда почему мне почудилось жирное «но» в конце твоего ответа?

Старк долго молчал, и я почти кожей чувствовала, как он тщательно подбирает нужные слова. Наконец, он вздохнул и заговорил:

— Я пока не решил, что мне делать — злиться на тебя или просто извиниться за то, что произошло в столовой.

— Вообще-то ты не виноват в том, что там произошло, — нехотя признала я и поспешно добавила: — По большей части.

— Это я и без тебя знаю. Но еще я знаю, что тебя очень расстроила вся эта история с Эриком.

На этот раз уже я не сразу нашлась с ответом. Некоторое время мы ехали молча, а потом Старк откашлялся и заявил:

— Сегодня ты была со всеми очень груба.

— Нужно было прекратить перепалку, и я нашла кратчайший способ сделать это! — огрызнулась я.

— Возможно, в следующий раз тебе следует поискать другой способ. Например, просто сказать: «Ребята, немедленно прекратите перепалку!» Не знаю, может, я не прав, но, по-моему, это гораздо лучше, чем обижать своих же друзей. Даже если они ведут себя глупо, это еще не повод быть стервой.

В первый момент мне захотелось попросить его не лезть с советами, когда его не спрашивают. Во второй момент я захотела сказать, что посмотрела бы, как бы он сам справился с подобной ситуацией. Но в конце концов ничего из этого я не сказала, потому что слова Старка заставили меня задуматься.

Возможно, он прав. Не случайно я сама чувствовала себя погано из-за того, что сорвалась на всех — тем более что эти «все» были моими друзьями.

— В следующий раз постараюсь поступить лучше, — сказала я, наконец.

Старк не стал торжествовать. И даже не напустил на себя высокомерный покровительственный вид, который так любят по любому поводу принимать парни. Он просто положил мне руки на плечи, крепко сжал и шепнул:

— Умение прислушиваться к другим относится к тем качествам, которые мне нравятся в тебе больше всего.

У меня просто щеки вспыхнули от этого неожиданного комплимента.

— Спасибо, — еле слышно прошептала я и, чтобы скрыть смущение, склонилась над шеей Персефоны и зарылась пальцами в ее холодную, мокрую гриву. — Ты моя самая хорошая девочка, — ласково проворковала я, а моя кобылка в ответ повела ушами.

— Как ты, надеюсь, уже успела заметить, я не девочка, — насмешливо произнес Старк за моей спиной.

— Я заметила, — расхохоталась я, и напряжение между нами окончательно исчезло.

Близняшки, Джонни Би и Крамиша обернулись в нашу сторону и робко заулыбались.

— Значит, мир? — спросила я Старка.

— Между нами всегда будет мир. Я твой воин, твой защитник. Что бы между нами ни было, я всегда буду на твоей стороне.

Когда ком, застрявший у меня в горле, кое-как рассосался, я сипло ответила:

— Иногда быть моим воином нелегко.

Старк расхохотался — громко, искренне, как мальчишка. Потом обнял меня за талию и сказал:

— Я уже понял, что иногда быть твоим воином полный отстой.

Я хотела огрызнуться и сказать, что это его бабушка полный отстой, но его руки были такими теплыми, а их прикосновение было таким крепким и нежным, что слова застряли у меня в горле. Поэтому я просто пробурчала себе под нос, что он несносный паршивец, и расслабилась.

— Знаешь, что я тебе скажу, — заговорил Старк через какое-то время. — Если забыть обо всех разрушениях, вызванных бурей, а также о Калоне с Неферет, то этот ледяной мир выглядит потрясающе круто. Как будто мы перешагнули порог реальности и попали в заколдованную зимнюю страну. Думаю, Белой Колдунье здесь понравилось бы.

— Точно! Ты говоришь про колдунью из фильма «Лев, колдунья и платяной шкаф»? Чумовое кино, правда?

Старк крякнул у меня за спиной и смущенно признался.

— Я его не смотрел.

— Врешь! — ахнула я и даже обернулась. — Ну, ты хоть слышал об этой книжке?

— О книжках, — поправил меня Старк. — Строго говоря, «Хроники Нарнии» состоят из нескольких книжек.

— Ты читал? — усмехнулась я.

— Читал.

— Ясно, — буркнула я, полностью стушевавшись, как сказала бы моя бабушка.

— А что плохого в чтении? — ощетинился Старк.

— Да кого ты агитируешь? Здорово, что ты любишь читать. Даже нет, это просто круто! — И я нисколько не врала. Мне нравится, когда у симпатичных парней есть голова на плечах.