Пропавший герой - Рик Риордан

— Мой батюшка делает мне такие замечательные подарки… — пробормотала она ему в ухо. — Присоединяйся к нашему двору, и тогда я отпущу твоих друзей.

— Что? — подал голос Зет. — Если Хиона получит этого, то я заслуживаю девчонку. Хиона всегда получает больше подарков!

— Тихо, дети! — строгим голосом оборвал Борей. — А то наши гости решат, что вы избалованные! И потом, вы слишком уж спешите. А мы пока даже не выслушали историю этого полубога. Выслушаем — а там решим, что с ними делать. Давай, Джейсон Грейс, развлекай нас.

Джейсон почувствовал, что в его мозгу словно произошло короткое замыкание. Он не смотрел в сторону Пайпер, боясь, что в этом случае вообще потеряет способность соображать. Он затащил их в эту историю, а теперь они погибнут… или, того хуже, станут забавой для детей Борея и окажутся навечно замороженными в этом тронном зале.

Хиона замурлыкала и погладила его шею. Джейсон ничего такого не имел в виду, но по его коже пробежала электрическая искра, раздался громкий хлопок, и Хиона отлетела назад, заскользив по полу.

Зет рассмеялся.

— Вот здорово! Я рад, что ты это сделал, хотя мне теперь и придется тебя убить.

Несколько мгновений Хиона пребывала в таком ошарашенном состоянии, что никак не реагировала. Потом воздух вокруг нее закружился небольшой метелью.

— Ты посмел…

— Прекрати, — твердым голосом приказал Джейсон. — Вы нас не убьете. И вы нас не оставите здесь. Мы предприняли этот поиск ради самой царицы богов, так что если вы не хотите, чтобы Гера посрывала с петель ваши двери, то вам придется нас отпустить.

Говорил он гораздо увереннее, чем чувствовал себя, но внимание к своим словам привлек. Метель Хионы тут же прекратилась. Зет опустил меч. Оба они неуверенно посмотрели на отца.

— Гмм. — В глазах Борея сверкали искорки, но Джейсон не мог понять — то ли гнева, то ли веселья. — Сын Зевса под защитой Геры? Это явно что-то новенькое. Расскажи нам свою историю.

Джейсон понял, что сейчас все провалит. Он не ждал, что получит возможность говорить, а теперь, когда ему это было разрешено, голос оставил его.

Спасла его Пайпер.

— Ваше величество. — Она снова с удивительной грацией сделала книксен, понимая, что от этого зависит ее жизнь.

И рассказала Борею всю историю, начиная от Большого каньона, и сделала это гораздо лучше и быстрее, чем смог бы Джейсон.

— Мы просим только об одном — дайте нам информацию, — завершила свою речь Пайпер. — На нас напали эти духи грозы, а они подчиняются какой-то зловредной госпоже. Если мы найдем их, может быть, нам удастся найти и Геру.

Царь погладил сосульки в бороде. За окнами опустилась ночь, и единственный свет исходил теперь от северного сияния наверху, отчего все вокруг казалось красным и синим.

— Я слышал про этих духов грозы, — сказал Борей. — Я знаю, где их держат. Знаю и о пленнике, которого они захватили.

— Вы говорите о тренере Хедже? — спросил Джейсон. — Он жив?

— Жив пока, — отмахнулся Борей. — Но та, которая командует этими духами грозы… Было бы безумием противодействовать ей. Уж лучше остаться здесь в качестве замороженных статуй.

— Гера попала в беду, — возразил Джейсон. — Через три дня она будет — не знаю — поглощена, уничтожена… что там еще. И гигант восстанет.

— Да, — согласился Борей. Джейсон не знал, то ли ему показалось, то ли Борей и в самом деле бросил гневный взгляд на Хиону. — Много ужасных сил приходит в действие. Даже мои дети не сообщают мне всех новостей, какие должны сообщать. Большое нашествие чудовищ началось с Кроноса — твой легковерный отец Зевс решил, что, когда титаны будут побеждены, на этом все кончится. Но ничего не изменилось — все осталось как раньше. Последнее сражение еще впереди, а тот, кто проснется, страшнее любого титана. Духи грозы — это только начало. Земля породит еще немало ужасов. Когда чудовища вырвутся из Тартара, а души мертвых покинут Аид… тогда у Олимпа будут все основания беспокоиться за свое будущее.

Джейсон не понимал толком, о чем он говорит, но ему не понравилась улыбка Хионы — для нее все это было словно забавой, развлечением.

— Так вы нам поможете? — спросил Джейсон.

— Я этого не сказал. — Борей нахмурился.

— Пожалуйста, ваше величество, — попросила Пайпер.

Все взгляды обратились к ней. Она, наверное, была перепугана до смерти, но оставалась красивой и уверенной в себе, и это никак не было связано с благословением Афродиты. Она снова стала самой собой, в походной одежде, с растрепанными волосами и без всякой косметики. Но в этом холодном зале она словно бы излучала тепло.

— Если вы скажете нам, где находятся эти духи грозы, то мы сможем захватить их в плен и доставить Эолу. Вы получите благодарность вашего босса. А Эол, может быть, простит нас и других полубогов. Мы даже могли бы спасти Глисона Хеджа. Все окажутся в выигрыше.

— Она хорошенькая, — пробормотал Зет. — Я хочу сказать, что она права.

— Папа, не слушай ее, — запротестовала Хиона. — Она — дочь Афродиты. Она осмеливается заговаривать бога. Заморозь ее немедленно.

Борей задумался над этими словами. Джейсон сунул руку в карман, готовясь вытащить золотую монетку. Если дела пойдут не так, то дорога будет каждая секунда.

Это движение не ускользнуло от Борея.

— Что это у тебя на руке, полубог?

Джейсон не знал, что рукав его куртки задрался, обнажив край татуировки. Он неохотно показал Борею знаки.

Глаза бога расширились. Хиона зашипела, как змея, и отпрянула в сторону.

И тут Борей сделал нечто неожиданное. Он рассмеялся так громко, что с потолка на пол рядом с ним посыпались сосульки. Очертания бога начали терять четкость. Его борода исчезла, одежды превратились в римскую тогу с алой оторочкой. На его голове появился венок из заиндевевшего лавра, а на боку оказался гладиус — римский меч наподобие того, что был у Джейсона.

— Аквилон, — произнес Джейсон, хотя он понятия не имел, откуда ему известно римское имя этого бога.

Бог наклонил голову:

— Тебе более знакомо это мое имя? И в то же время ты говоришь, что явился из Лагеря полукровок?

— Гмм… — Джейсон переступил с ноги на ногу. — Да, ваше величество.

— И сюда вас послала Гера… — В глазах бога зимы светились веселые искорки. — Теперь я понимаю. Она затеяла опасную игру. Смелую и опасную! Неудивительно, что Олимп закрыт. Они, наверное, дрожат при мысли о той игре, что она затеяла.

— Джейсон, — нервно проговорила Пайпер, — почему Борей изменил свои формы? Тога, венок. Что происходит?

— Это его римская форма. А что происходит… я этого не знаю.

— Конечно не знаешь. — Бог рассмеялся. — Наблюдать за этим будет очень интересно.