Кузнец душ - Рин Чупеко

– Надеюсь, из-за меня у него не будет проблем, – взволнованно проговорил Лик. – Или у Чеш.

– В своей области они самые известные мастера, и их мнением не так-то просто пренебречь. Что бы сообщество ни решило, ты – аша, Лик. Не забывай об этом.

– А если они откажут мне, – мечтательно протянул юноша и потерся щекой о мягчайшую атласную ткань, – у меня, по крайней мере, останется на память вся эта красота.

На наступающую снаружи дворца армию Кузнец душ не обращал никакого внимания, его больше волновали странные застывшие капли в форме молний, над которыми он работал. Меня тревожило его спокойствие.

– Яншео, никто из даанорийцев больше не погибнет, – пообещала аша принцессе. – До тех пор, пока я дышу, этого не случится.

– Но как? Нам уже противостоят два королевства.

– Поверьте мне. Халад?

– Мне понадобится еще день или два.

– Что он делает? – спросил я. – Что это за урваны? Кому принадлежат эти души и что вы собираетесь с ними делать?

Кузнец душ и Костяная ведьма переглянулись.

– Я рассказывала тебе о том, что старый Кузнец душ добыл лекарство от сонной болезни, – медленно проговорила девушка. – Так вот это его часть.

– Но здесь никто не страдает от сонной болезни.

Костяная ведьма улыбнулась.

– Мы с Халадом обнаружили иное применение этого лекарства. Со временем я поняла, что для Кузнецов душ нет ничего невозможного.

Лорд Халад пожал плечами.

– Не более чем для Темных аш. Обладателей серебряных сердец, Тия, нельзя воскресить, тем не менее, мой двоюродный брат здесь, с нами. Мне доводилось творить более простые чудеса.

– Но для чего все это? – не унимался я.

– Тому, кто лишился стеклянного сердца и ищет путь Парящего Клинка, – процитировала она. – Возьмите то, что в давние времена произошло от Пяти Великих Геров, и поместите в серебристое сердце, дабы оно засверкало вновь. Халад помнит каждое сердце, к которому прикасался, и может, если нужно, создать копию их урванов. Я ношу темное сердце Изогнутого Ножа, но мне необходимо еще сердце света. Вскоре я обрету два кулона, чтобы создать сердце сумрака.

– Ты намерена стать бессмертной? – Меня поразил до глубины души ее обман. Чем она была лучше Безликих, которых так ненавидела, если сама шла по тому же пути?

Костяная ведьма снова выглянула в окно.

– Я намерена умереть, – ответила она.

16

Наша делегация должна была состоять всего из нескольких человек: меня, Фокса, Калена и советника Людвига. Я поведала брату о чудесном выздоровлении барона Сирана и визите кузнеца, и тот согласился, что будет правильным больше никому об этом не сообщать. У меня из головы все не шла наша стычка с Каленом. Поразмыслив немного, я все же решила рассказать ему обо всем и предложила сопровождать нас.

Позже к нам, заливаясь румянцем, напросился Лик, который был необычайно настойчив в своей просьбе. И уже в последнюю минуту Инесса заявила, что они с Альти тоже идут с нами.

– Я хочу, чтобы Халад еще раз посмотрел сердце Канса, – пояснила она. – В его мастерской может оказаться то, что способно пролить свет на случившееся.

Квартал Ив разительно отличался от остального города. Среди аша-ка использование магии считалось обязательным, и здесь можно было встретить прекрасных женщин в дорогих нарядах, от которых ощутимо веяло рунами. Многие жители центральной части Анкио, от богатейшей знати до заурядных торговцев, окутывали себя магией. Я неизменно улавливала ее в их прическах, одежде и украшениях.

В магазинах продавались одежды с вплетенными в ткани руническими заклинаниями более низкого, чем в специализированных мастерских-ателье, качества, зато они были по карману большинству. Помимо прочего, здесь попадались различные виды второсортных напитков из рунных ягод, зивары, обещавшие все виды сомнительных способностей, и шарлатанские любовные зелья. Вдоль улиц тянулись многочисленные лавки, предлагавшие заклинания на удачу. Отсутствие подлинности этих товаров полностью компенсировалось спросом на них.

– Кион, – услышала я за спиной бормотание Калена, в котором отчетливо слышалось недовольство. – Город изобилия.

Сначала мы шли по широченным людным дорогам, где стеклянные сердца встречных горожан обрамляли изысканные металлические узоры. Но постепенно улицы становились все уже, заклинания реже, а наряды проще, и вскоре мы достигли самых бедных кварталов, где перед ветхими серыми домами играли чумазые детишки. Мужчины и женщины с жесткими лицами, в тускло-коричневых одеждах, развешивали на веревках белье либо собирались стайками и глядели на нас, когда мы проходили мимо. В воздухе пахло тухлыми яйцами и мусором – запах, который не маскировался никакими рунами.

– Никогда не думала, что в таком богатом городе, как Кион, живет такое количество бедняков, – потрясенно пробормотала Инесса. Она стиснула пальцами плащ на ее плечах, и я увидела многочисленные синяки и порезы, покрывающие руки. Фокс был таким же беспощадным учителем, как и Кален.

– Во всем мире города одинаковы, – заметил советник Людвиг. – Чем сильнее вонь от городской нищеты, тем расточительнее жизнь богачей.

– Мы же стараемся делать все возможное, – возразила Инесса. – Создаем продовольственные программы. Пытаемся обеспечить их достойным жильем. Однако далеко не всех получается охватить.

– Я бы сказал, большинство, – проговорил Фокс.

Инесса отвела взгляд.

Наш путь завершился в узком переулке, который с трудом можно было назвать улицей, возле лачуги между двумя развалившимися домами, где не селились даже самые отчаявшиеся. Всю дорогу заполонили люди – нищие и больные.

Принцесса отступила назад. Кален сунулся вперед, но был встречен хором сердитых голосов, стоило ему попытаться миновать очередь. Я схватила его за руку и потянула на себя.

– Мы сюда первые пришли! – взвизгнула пожилая женщина.

– Мы ждем встречи с мальчиком! – закричал мужчина. – Мой ребенок болен. Мы не можем ждать еще один день!

– Что здесь происходит? – ахнул Лик.

– Они пришли к Кузнецу душ, – сказала Альти. Лишь немногие из собравшихся могли позволить себе стеклянные кулоны, большинство носили на шее маленькие пузырьки, большая часть из которых излучала нездоровое зеленое сияние. – Врач им не по карману.

– И их лечат лорд Халад и его учитель?

– Насколько им позволяет время. Сам Кузнец душ часто отсутствует, и тогда эти обязанности ложатся на плечи Халада. Как думаешь, почему он покинул дворец?

Кален нахмурился.