Повелительница леса - Татьяна Май

— Королевский? — шепотом переспросила я. Я-то думала, что кот принадлежит Алистеру.

Эльфийка кивнула.

Мы двинулись по тропинке, пока Камелия не предложила посидеть под одним из раскидистых дубов. Втроем мы уселись на мягкую траву. На языке у меня вертелся один вопрос, но я не знала, как к нему подступиться.

— А почему вы пришли в такой ужас, когда узнали, что я смертная? Вы не любите чужаков?

— Мы не любим смертных, — резко ответила Амбрелла. — Эльфы и гномы с трудом переносят друг друга, но все же иногда способны договориться, чего не скажешь о людях.

«Здесь еще и гномы водятся!» — мысленно ужаснулась я, вслух же сказала:

— Отчего же? Люди довольно гостеприимны. Мне кажется, что любой смертный был бы рад пообщаться с вами. Ну, знаете, поучиться вековой мудрости и все такое прочее. Наверное, не полагается задавать такие вопросы, но могу я узнать, сколько вам лет?

— Нет, ты только послушай ее, Камелия! — возмущенно фыркнула Амбрелла. — Учить смертных! Еще чего! Можно подумать, что эльфам нечем больше заняться, кроме как водить смертных за руку, словно неразумных детей!

— Амбрелла, милая, не горячись так, — голос Камелии напоминал перезвон колокольчиков, — если бы мы попали в мир смертных, мы бы точно также сгорали от любопытства.

— Мне абсолютно неинтересно, что происходит у этих варваров. Лучше бы их вообще не было! Король абсолютно прав, что не пускает сюда никого из них, — отрезала блондинка и, словно поразившись тому, как эта простая мысль не пришла в ее голову сразу, удивленно спросила: — Кстати, а почему он тебе разрешил остаться?

Я решила проигнорировать ее вопрос, задав встречный.

— А почему здесь запрещено находиться смертным?

По сравнению с колокольчиками в голосе Камелии моя речь казалась мне похожей на высокий крик голодной чайки.

— Это давняя история, — ответила Камелия. — Точнее, давняя для смертных, для эльфов двести лет не такой уж большой срок.

— И что случилось двести лет назад?

Вот оно! Сейчас я узнаю тайну, что скрывает Алистер!

— А разве в ваших преданиях не сохранилось упоминаний об этом кровавом деянии? — спросила Амбрелла, прожигая меня взглядом фиалковых глаз.

Я пожала плечами.

— Не припоминаю.

— Короткая же память у мясников!

— Амбрелла! — возмущенно зазвенели колокольчики в голосе Камелии.

— А что я такого сказала? — пожала точеными плечиками эльфийка, а затем, обратилась ко мне, прищурив глаза: — Двести лет назад мы жили со смертными в мире. Наш король как-то спас мальчишку, что погибал в лесу. Он попал в капкан, который установили его же сородичи для охоты на зверя. Люди всегда были ленивы! Король принес раненого в замок, а Алистер вылечил мальчишку. Смертному так понравилось в нашем лесу, что он захотел остаться здесь навсегда и стать бессмертным (как будто такое возможно!), но король отказал и велел ему возвращаться к своим, когда поправится. Но смертный затаил злобу, к тому же оказался мерзким вором и лжецом. Он украл у короля несколько перстней, а вернувшись в город, рассказал о том, что в замке эльфов полным-полно золота и драгоценных камней! Ко всему прочему он насочинял небылиц: якобы можно получить бессмертие, овладев бессмертной! Подлая ложь! Люди собрали войско и пришли в наш лес, грабя, убивая и насилуя. Нам удалось дать им отпор, но какой ценой! Видела сияющие цветы повсюду? Это тельпина калэ, серебряный свет. Они выросли там, где пролилась кровь бессмертных! Король в это время был с визитом в королевстве гномов. Когда он вернулся, то нашел кучу трупов, раненых и умирающих, среди которых были его брат, отец и мать. Жену короля видели привязанной к седлу какого-то смертного, но ей не успели помочь. Мы так и не знаем, что с ней случилось. Король искал свою любимую, но все было напрасно. После этого мы закрыли границы леса и прекратили со смертными всякое общение. Как тебе история?

Я лишь обхватила себя руками, такой мороз продрал мое тело. В тишине леса мне даже послышались крики и лязг мечей. Что тут можно было сказать, я не знала. Теперь мне стало ясно, почему король так ненавидит смертных. Он имеет на это полное право. И как только Алистер, добрая душа, не побоялся привезти меня? Нужно будет поблагодарить его еще раз.

— Это этому нет оправдания

— Вот именно, — сверкнула влажными глазами Амбрелла. — Уж прости, но наша память намного длиннее вашей.

Камелия обняла подругу за плечи, но та дернулась, вырываясь из объятий.

— Но за двести лет вы ведь смогли восполнить м-м-м население? — попыталась я внести нотку позитива.

Лица эльфиек застыли, а я поняла, что опять сказала что-то не то. Теперь они выглядели уставшими от вечности и этого мира. Они быстро переглянулись, будто безмолвно совещаясь, и Амбрелла покачала головой.

— Как, по-твоему, вечность — это дар или проклятие? — спросила Камелия.

Я не очень-то любила всякие философские вопросы, потому что можно спорить до хрипоты, но так и не доискаться ответа. Вот и сейчас я надолго задумалась, мучительно подбирая слова.

— С одной стороны, это несомненный дар, ведь ты можешь провести вечность со своими близкими, ты не увидишь, как их подкашивает старость и смерть, но все это при условии, что эти самые близкие не будут тебе надоедать, потому что родственники бывают те еще. — Тут я вспомнила Маркуса и внутренне передернулась. — И ты можешь видеть, как меняется мир, и меняться сама, каждый день открывая что-то новое.

Эльфийки напряженно ждали продолжения.

— А с другой? — поторопила меня Камелия.

— Это проклятие, потому что тебя ничто не может удивить, ты устал, а мир кажется не таким уж переменчивым

Мы немного помолчали.

— Вечность не кажется такой заманчивой, когда у тебя нет самого главного, — наконец проговорила Камелия.

— А что у эльфов самое главное? — спросила я, мысленно перебирая то одно, то другое.

— То же, что и у людей: дети, — выдохнули эльфийки одновременно.

Так вот почему это место показалось мне столь тихим! В нем отсутствовал главный источник шума.

— А что случилось с эльфийскими детишками? У ваших мужчин какие-то проблемы по этой части?

Эльфийки дружно замолчали и снова переглянулись. Словно решали, стоит ли говорить с незнакомкой, к тому же человеческой расы, о столь деликатной проблеме.

Потом Камелия все-таки заговорила.

— Нас прокляли. Весь род лесных эльфов.

— Камелия, замолчи!

— А почему, Амбрелла? Проклятие никто не может снять, так какая теперь разница?

— Но вряд ли у нее с собой окажется склянка с противоядием!

— Если тебе не нравится слушать, можешь уйти! — вспылила спокойная до этого Камелия.