Дорога в ад - Лилит Сэйнткроу

В голосе смерти слышалась бесконечная доброта моего бога. Даже когда я не соглашалась с ним, он не отворачивался от меня, он любил меня. Лучше бы он не просил меня об этом.

Мерси была беспомощна и безоружна, она не могла оборониться. Но она была преступница - такая же, как те, за кем мне приходилось охотиться. Сколько народу погибло по вине этой предательницы?

«Anubis et ' her ka… Убей ее! Убей ее! УБЕЙ ЕЕ!»

Не знаю, заговорил ли со мной Анубис или новый голос поднялся из глубин моего существа, но в моем сознании прозвучали слови: «Она не в состоянии защититься. Это убийство, Валентайн».

Мне было наплевать. И еще…

- Я не стала ее убивать,- прошептала я.- Целительницу… Я не… я ушла. Пошла на пункт связи и позвонила Полиамур.

- Это она мне сказала. Она была последней, кому довелось поговорить с тобой до твоего исчезновения. Во всяком случае, из тех, кого мне удалось найти. Единственной. И мне стоило больших трудов убедить ее поделиться со мной хоть какими-то сведениями.

Это я понимала, Лукас Виллалобос представлял собой воплощенный кошмар любого псиона. Все мы знали, какую цену запрашивает он за помощь, и обратиться к нему можно было лишь на последней стадии отчаяния. А предупредить Поли о том, что он на моей стороне, я просто не успела.

- Валентайн! - Хвала богам, Лукас сдержался, хотя явно боролся с желанием как следует меня встряхнуть.- Может, все-таки соблаговолишь рассказать, где тебя носило?

Это заставило меня задуматься. И правда - где же я пропадала?

Глухо застучало сердце, грудь пронзила боль. Я чуть не впилась в нее когтями - но Лукас перехватил мое запястье, и чуть не сдернул меня с кровати, уворачиваясь от ответного удара. Мы повалились, барахтаясь в переплетении рук и ног: я попыталась достать его когтями, но он снова уклонился, и они полоснули воздух.

- А ну прекрати! - прорычал он удивительно громко для его сиплого горла.- Уймись, хрен тебе в глотку!

Простыня обмоталась вокруг моих бедер. Крепкая жилистая рука Лукаса держала меня за шею, колено уперлось в спину.

- Уймись, кому сказано! - повторил он мне прямо в ухо.- Я тебе не враг, Валентайн. Уймись!

Я застыла. Сердце грохотало в ушах, пульс бился и в запястьях, и на лодыжках, и в горле, и на затылке. Казалось, пульсируют даже волосы.

Это сущая правда. Он мне не враг.

Но кто же мой враг? Что со мной случилось?

- Ничего не знаю,- прошептала я.- Где была, что произошло - без понятия. Последнее воспоминание - мой звонок из будки.

Ну, по чести сказать, не совсем так. Я помнила, что вышла из будки и пошла… куда-то.

«Обалденно далеко,- прозвучал в моей голове насмешливый голос.- Прямиком на седьмое небо. На долбаное седьмое небо, а оттуда во тьму, солнышко».

- Ну как, успокоилась? - тяжело дыша, спросил Лукас.

«Куда уж, Лукас. Но придется».

Я уставилась на пол - на шершавые доски, на грязь, забившуюся в щели, и на свою тонкую золотистую руку, которую я успела инстинктивно выставить, чтобы не приложиться физиономией. Все перстни остались на пальцах, но камни были пусты и немы без заклинаний, запечатленных в их глубине. Я утратила их.

Но когда?

Меня скрутил приступ мучительного кашля. Я попыталась сплюнуть. Не вышло.

- Отпусти меня.

Лукас разжал руки, и я уселась на полу, завернувшись в простыню и привалившись спиной к кушетке. Лукас легко опустился на корточки, так что его желтые глаза оказались на уровне моих. Терпеливый и молчаливый, он походил на кота, караулящего у мышиной норы.

Я снова закрыла глаза. Втянула воздух. Моя защитная система пребывала в плачевном состоянии - энергия утекала в воздух через многочисленные разрывы, кожа дышала жаром от моего демонического метаболизма. Сознания людей, находившихся за пределами помещения, создавали фоновый шум, как всегда назойливо громкий, но не прорывавшийся в мою голову. Подготовка и почти сорок лет псионской деятельности не прошли даром: неосознанно, инстинктивно я стягивала края разрывов, латала бреши в энергетической оболочке тонкими силовыми нитями, защищая себя от физических завихрений города.

«Да, почти сорок лет, насколько могу судить».

На самом деле я понятия не имела, какой нынче год.

Абсурдность ситуации ошарашила меня, как удар между глаз. Дэнни Валентайн, наполовину демон, наемница и обученный некромант, и вдруг не знает, какое сейчас, на хрен, десятилетие!

Пока я, хрипло дыша, осмысливала эту нелепицу, Лукас встал и удалился шаркающей походкой. Меня трясло от смеха до тех пор, пока перед глазами из-за нехватки кислорода не заплясали черные точки, а по голым стенам не заметались тени, отбрасываемые дрожащим огоньком свечи.

Лукас вернулся, сел на пол, скрестив ноги, убрал тампоном соленую влагу с моих щек и сунул мне бутылку. Это было рисовое вино, не оставлявшее послевкусия.

Сделав большой глоток, опустошивший бутылку почти наполовину, я вернула ему зеленую склянку. Лукас тоже основательно приложился - не поморщившись, запрокинув посудину вверх дном. Когда он глотал вино, кадык его ходил ходуном.

Я задалась вопросом, чья это кровь у него на физиономии, по вдруг поняла, что меня это не интересует. Знать я хотела только одно:

- Что за чертовщина происходит?

Лукас пожал плечами и глотнул еще вина.

- Ты исчезла, и тут пошло-поехало. Твой зеленоглазый дружок прочесывал целые города в поисках тебя, а он, сама знаешь, не больно-то разборчив в средствах, церемонии разводить не склонен. Твоя синеглазая подружка старалась держаться от него подальше и в итоге, примерно месяц назад, тоже канула незнамо куда. Так или иначе, желающих отыскать Данте Валентайн было выше крыши, и все публика серьезная. Поскольку я тоже участвовал в поисках, мне несколько раз чуть башку не оттяпали. Давненько я так не радовался, как в тот миг, когда засек сигналы твоего личного датчика.

Вот, стало быть, как он меня нашел - отследил по информационному браслету. Хорошо, что это он, а не кто-то другой.

- Шесть месяцев.

Я уставилась на свои руки. Черный молекулярный лак с ногтей практически сошел, сами ногти были золотистыми и просвечивали. Но я знала, что в любой момент могу выпустить когти и изорвать, например, эту простыню в клочья.

«Год в аду - это совсем не то, что год в твоем мире»,- прозвучал в моей голове голос Евы.

С чего бы это вдруг? На полгода я была выведена из игры, и эти полгода выпали из моей памяти. Если повезет, то навсегда. У меня почему-то не было желания вспоминать, что происходило в это время.

«Дэнни, что ты теперь собираешься делать? Джафримель ищет тебя. И Ева… Уж не сделал ли он что-нибудь с ней? И где я была?»