Вернуться и вернуть - Вероника Иванова

— Тебе виднее, ты же у нас — сыскарь...

— Я не сыскарь! — гордо выпяченная грудь. — Я, если помнишь, вхожу в «Опору»!

— И что?

— Ну, признавайся! Я уже места себе не нахожу!

— По-моему, место ты нашёл и вполне удобное. По крайней мере, можешь с него дотянуться до любого блюда.

— Опять шутишь, да?

— Немного, — улыбаюсь.

— Мерзкий ты тип! — резюмирует телохранитель принца. — Мерзкий и бесчувственный!

— На том стоим! — киваю, двигая Боргу свою кружку. Вскоре горьковато-приторный осенний эль смачивает и моё пересохшее горло.

— Так и не расскажешь?

— Зачем? Это не интересно.

— Врёшь!

— Хорошо... Я спас жизнь герцогу.

— Правда? — рыжий недоверчиво переспрашивает. — И когда же?

— Недавно. Мы встретились неподалёку от Вайарды...

— А там ты что делал?

— Сопровождал эльфов.

— Куда?

— Домой.

— К кому домой?

— К ним, разумеется! Не к себе же...

— Кто тебя знает... — качает головой Борг. — С тобой вечно происходит то, что в голове не укладывается.

— А ты пробовал?

— Что?

— Укладывать. Не помешало бы научиться, — ухмыляюсь. Растягивая рот почти до ушей.

Рыжий задумчиво постукивает пальцами по пузатой кружке. Время выигрывает. Спрашивается, для чего? Пригласил повеселиться, а сам накинулся с расспросами. Нехорошо. Я — парень мстительный, и выгодные для атаки моменты не упускаю. Особенно, когда расстроенные чувства медленно, но верно сменяются ядовитым разочарованием в себе самом и окружающем мире.

Кокетливо щурюсь и мурлычу:

— А когда Его Высочество соизволит к нам присоединиться? Окорок, без сомнения, хорош и в холодном виде, а вот остывшие пироги существенно потеряют во вкусе.

— Почему это ты решил, что... — Борг пытается притвориться простачком. Удачно, не спорю. Но поздно.

— Мой дорогой великан, я ни за что не поверю, что ты оставил принца без своего присмотра... Так что, dou Дэриен, на Вашем месте я бы прекратил игру в прятки досрочно!

Тихий смешок подтвердил мои предположения. В стене, ранее казавшейся цельной, открылась потайная дверь, пропустившая в комнату принца.

— А с тобой опасно иметь дело! — заметил Дэриен, усаживаясь за стол.

— Вовсе нет! По отношению к друзьям я нежен и заботлив.

Принц ничего не ответил, но улыбнулся, всем своим видом показывая, что не очень-то верит моим словам, считая их очередной шуткой. Я поспешил оскорбиться:

— Это чистая правда!

— Как и всё остальное?

— Что Вы имеете в виду?

— Ты упорно отказывался от знатного происхождения, и что же я вижу?

— А что? — наивно распахиваю глаза.

— Даже актёрский талант имеет свои пределы, — мудро и немного печально сказал Дэриен. — Играть... очень тяжело.

— Если не умеешь это делать — да, согласен.

— И если умеешь... Всё равно тяжело. А ты... Либо безмерно талантлив, либо...

— Скорее второе, нежели первое, мой принц.

— И в чём же заключается это «второе»? — тёмное золото глаз отражает всколыхнувшиеся огоньки свечей.

— Я не играю, в этом Вы правы.

— Значит, не будешь отрицать!

— Смотря, что, — из осторожности оставляю место для манёвра.

— Что ты — дворянин!

— Вам так важно именно это? Не мои мечты и надежды, не мои пристрастия и привязанности, а глупое свойство, которым я обладаю по праву рождения?

Принц растерялся, и, признаюсь честно, было приятно видеть на красивом лице совершенно детское недоумение. В отличие от своего подопечного, Борг понял меня сразу и предельно ясно, потому что желваки на широких скулах дрогнули, а карие глаза понимающе сощурились.

— Я не имел в виду... — начал Дэриен, но рыжий мягко положил ладонь на плечо принца:

— Не нужно ничего говорить, милорд... Сейчас не можете понять — поймёте потом. Не торопитесь: иногда нужно побыть и терпеливым...

— Чего именно я не понимаю? — голос молодого человека зазвенел уязвлённой сталью.

— Одной простой и мало заметной истины, Ваше Высочество, — ответил я вместо Борга. — Настоящая ценность предмета не зависит от того, насколько он нужен или не нужен нам. Но мы предпочитаем искать во всём вокруг только пользу, хотя закатное солнце, скрывшееся в тумане, способно доставить душе больше наслаждения, чем обладание всеми сокровищами мира.

Принц молчал. Молчал и смотрел на мои пальцы, описывающие круги по ободку кружки. Нет, я не отгонял демона, не подумайте обо мне плохо! Я просто успокаивал свой разум, отвлекая внимание на монотонно повторяющиеся движения. Впрочем, К’хашш не виделся мне в эти минуты желанным участником застолья, так что, полезное совмещалось с приятным.

— Почему ты отказался? — тихий, очень грустный вопрос.

— От чего? — Дэриен совсем меня запутал. Что я ещё ему наговорил? Пора заводить книжечку для записей и ставить галочки рядом с выполненными обещаниями.

— Почему не захотел быть моим наставником?

О, теперь ситуация немного прояснилась. Будем выпутываться? Попробуем.

— Ваше Высочество... Я не настолько самоуверен, чтобы учить кого-то кроме себя, как нужно жить. Вам только кажется, что я знаю что-то глубокое и прекрасное, а на самом деле... Я ненамного старше Вас, просто... Нас готовили к разным Путям.

— Каким же?

— Вас — управлять государством, меня — постараться не умереть раньше срока. Смею надеяться, что и Ваши, и мои учителя добились успеха на своих нелёгких поприщах... Или нет?

Принц замялся и отвёл глаза.

— Вы плохо учились, dou Дэриен? Не хочу верить... Не разрушайте хотя бы эту иллюзию! Я и так в последнее время хожу по руинам.

— Что ты имеешь в виду?

— Так, пустяки... Кстати, кто проговорился?

— О чём?

— Рианна или Борг сказали Вам, что я — в столице?

Хмурая мина сменилась лукавой улыбкой:

— А ты как думаешь?

— Я ставлю на принцессу.

— Не угадал!

— Значит, ты раскололся? — укоризненно цокаю языком, обращаясь к рыжему.

— Так получилось... Иначе милорд не позволил бы выбраться в город... — смущение Борга выглядело настолько притворным, что я рассмеялся: