Черный единорог - Терри Брукс

— Абернети!.. — тихо воскликнул советник, но пес тут же произнес:

— Я знаю, волшебник! Но что они здесь делают? Тьюс не имел понятия. Он вообще не имел понятия о том, что происходит. Крупная голова Страбона поднялась и высунула длинный язык.

— Зачем тебе что-то приносить мне, ведьма? Ночная Мгла изящно выпрямилась и обняла себя руками за плечи.

— Спроси сначала, что я принесла тебе, — прошептала она, — Ты не можешь принести мне ничего из того, что я хочу. Какой смысл спрашивать?

— Даже если я принесла тебе то, о чем ты мечтаешь больше всего на свете? Даже если это так дорого для тебя?

Бен Холидей лихорадочно пытался сообразить, как ему выпутаться из этой неразберихи. Друзей в этой компании ему не найти. Тьюс, Абернети и Сапожок считают его самозванцем и дураком. Щелчок и Пьянчужка, даже если они еще верят в него, теперь думают лишь о том, как уцелеть самим. Ночная Мгла оставила его в живых только для того, чтобы заключить сделку со Страбоном, который будет очень рад разделаться с Беном. Бен отчаянно искал выхода, которого, судя по всему, не существовало.

Плескавшийся в огненном водоеме хвост дракона взметнул в темноту вихрь жидких искр. Бен отшатнулся.

— Я сегодня устал от недомолвок, — рявкнул дракон. — Переходи к делу.

Глаза Ночной Мглы багрово сверкнули.

— Что, если я предложу тебе короля Заземелья, того, которого зовут Холидеем? Что, если я тебе его предложу, а, дракон?

Голова дракона повернулась, чешуйчатая морда напряглась.

— Я охотно приму этот дар! — прошипел он. Бен попробовал шагнуть назад, но неудачно. Кыш-гномы по-прежнему висели на нем, как две гири. Они тряслись, что-то бессвязно бормотали и затрудняли Бену движения. Когда он исподтишка попытался оторвать их от своих штанин, они только еще крепче вцепились в него.

— Король находится в замке Чистейшего Серебра! — с пылающим гневом на совином лице вдруг объявил советник Тьюс. — И там он не в твоей власти, Ночная Мгла! К тому же, если ты покажешься в долине, он живо тебя оттуда выдворит!

— Неужели? — Ночная Мгла произнесла это с нежным поддразниванием. Потом она сделала шаг вперед, и тень ее длинного указательного пальца пронзила советника. — Когда я закончу это дело и твоего драгоценного короля уже не будет в живых, я займусь тобой!

Бен не сводил с друзей молящих глаз. «Бегите отсюда!» пытался сказать он.

Ночная Мгла снова повернулась к Страбону. Когтистая рука ведьмы схватила Бена за кисть и потащила его вперед.

— Страбон, вот тот, кого дурак-волшебник считает сидящим в безопасности! Бен Холидей, король Заземелья! Смотри получше! Здесь замешано колдовство! Загляни внутрь, не доверяй внешности!

Страбон насмешливо фыркнул, торопливо изрыгнул поток пламени и рассмеялся:

— Вот этот? Это Холидей? Ночная Мгла, ты рехнулась! — Дракон наклонился ближе, с морды капала грязь. — Этот даже не напоминает… Нет, погоди-ка, ты права, здесь замешано колдовство. Что-то тут сделали… — Огромная голова опустилась и вновь поднялась, глаза сузились. — Может ли такое быть?

— Смотри получше! — еще раз повторила Ночная Мгла, так сильно толкнув Бена вперед, что голова его откинулась назад.

Теперь все смотрели на Бена, но только Страбон понял, в чем дело.

— Да! — прошептал дракон и от удовольствия снова взмахнул мощным хвостом.

— Да, это Холидей! — Дракон раскрыл рот и щелкнул почерневшими зубами. — Но почему только мы с тобой?..

— Потому что мы старше сотворившего это колдовство! — прежде чем дракон успел договорить, ответила Ночная Мгла. — Ты понимаешь, как это сделано? Понимаешь?

Бен, выставленный как приз, больше всего желал услышать ответ на этот вопрос. Он смирился с тем, что из этой переделки не удастся выйти живым, но ему претила мысль, что он умрет и не узнает, что же с ним произошло.

— Но… но это не король! — словно пытаясь убедить себя больше, чем кого-либо другого, вдруг сердито заявил советник Тьюс. — Это… не может быть Его Величество! Если это… это… тогда король…

Он умолк, на лице волшебника появилось странное выражение, будто пришло понимание, — это была смесь недоверия и ужаса, рот беззвучно произносил одно имя… Микс! Сапожок что-то шептал и дергал советника за руку, Абернети бормотал как безумный.

Дракон и ведьма подчеркнуто не обращали внимания на онемевшую троицу.

— Почему ты отдаешь его мне? — вдруг с подозрением отнесясь к предложенному «подарку», спросил Страбон.

— Я не сказала, что я тебе его отдаю, дракон, — тихо ответила Ночная Мгла. — Я его продаю.

— Ты его продаешь, ведьма? Ты ненавидишь его больше, чем я! Он послал тебя в царство фей и чуть не погубил. Он ранил тебя своими чарами! Почему ты хочешь его продать? Разве у меня есть что-либо более ценное для тебя, чем Холидей?

Ночная Мгла холодно улыбнулась:

— О да, я его ненавижу, И я жажду его извести. Но я предоставляю это удовольствие тебе, Страбон. Только дай мне одну безделушку. Верни мне уздечку из золотых нитей.

— Уздечку? — Страбон недоверчиво зашипел. И кашлянул. — Какую уздечку?

— Уздечку! — гаркнула Ночная Мгла. — Уздечку, которую ты у меня украл, когда я была беспомощна и не могла тебе помешать. Уздечку, которая по праву принадлежит мне!

— Ба! Ничто не принадлежит тебе по праву, меньше всего уздечка! Ты сама стащила ее у старого волшебника!

— Пусть будет так, дракон, но мне нужна сейчас золотая уздечка!

— Ну, конечно, если она тебе нужна… — Дракон, казалось, увиливал от ответа. — Но, Ночная Мгла, у меня наверняка найдутся другие сокровища, которые будут тебе полезней такой простой игрушки! Назови что-нибудь другое, что-нибудь более ценное!

Ведьма прищурила глаза:

— Ну кто кого водит за нос? Я решила получить уздечку, и я ее получу!

О Бене на миг забыли. Ночная Мгла выпустила его руку, и он снова оказался позади нее, а гномы все так же цеплялись за его штанины. Бен слушал, как торгуются дракон и ведьма, и вдруг заметил, что советник Тьюс вглядывается в самозванца с новым интересом. Абернети смотрел на Бена сквозь задымленные очки из-за плеча волшебника, а Сапожок пялился, закрыв часть лица складками одежды советника. Все трое, очевидно, пытались понять, как Бен может быть не тем, кем кажется. Бен стиснул зубы и энергичным движением головы стал показывать друзьям, что им надо бежать. Если бы он выкрикнул хоть слово, они все были бы зажарены!

— Я просто не понимаю, почему тебя так интересует уздечка, — задрав голову во тьму и возвышаясь над ведьмой, говорил Страбон.

— А я просто не понимаю, какое это имеет значение! — выпрямляясь и тоже слегка подтягиваясь вверх, огрызнулась ведьма. На ее мраморном лице плясал огненный зайчик. — Я не понимаю, почему ты перечишь, не желая вернуть мне мое же!