Хранительница дракона - Екатерина Елизарова

– Айнитэ, – заволновалась я, видя, как у нее на глаза наворачиваются слезы. – Ты чего? Не надо.

– Я люблю его так сильно… Не могу уйти. Но иногда кажется – больше не смогу так, – прошептала она и расплакалась.

Тонкая, хрупкая, невероятно женственная и прекрасная. На Заила взяла такая злость!

– Они привыкли, это их мир, их традиции, а я… Казалось, сумею, ради него смогу все, но…

– Тяжело. Невыносимо, – закончила я за нее.

И Айнитэ, эта необыкновенная девушка, сначала кивнула, а потом светло улыбнулась, смахнула слезы и повела меня к хранителю свитков.

По дороге я полагала, что день испорчен и ни о чем другом думать я уже не смогу, но стоило ступить на порог жилища Дерзута, как любопытство и удивление пересилили все прочее. Стены здесь везде, включая прихожую и коридор, были увешаны узкими полочками и заставлены стеллажами. Не с книгами, нет, с теми самыми свитками! Разных цветов и размеров, скрученные в трубочки или спрятанные в тубусы, они так и просились в руки.

– Вряд ли я пойму, что в них написано, – с сожалением заметила я.

– Дерзут лучше любого свитка, – улыбнулась Айнитэ. – Он расскажет.

– Ты нарочно забываешь про меня? – спросила саламандра недовольно.

– Нет, конечно, – шепнула я и погладила волшебницу.

– В самом деле, хранительница дракона! – раздался скрипучий голос, изрядно напугав. – И связь, и камень, и помощница. Невероятно!

– Добрый день, – поздоровалась я, во все глаза глядя на очень смуглого и при этом абсолютно седого мужчину.

– Решительно добрый! Я дожил до этого дня, о чем не смел даже мечтать. Чем же я могу быть полезен избранной Великого Армагара?

– Адри, просто Адри. Я… Знаете, боюсь вас разочаровать, но я, как бы это сказать… кхм… Помощь мне нужна во всем. Я родом не из этого мира и совсем ничего не знаю об Орте, о магии. Хочу разобраться, быть уверенной, что поступаю правильно.

– Похвальное желание! Необычайная ситуация! Я весь к твоим услугам.

– Я зайду за тобой к обеду, – усмехнулась Айнитэ и бросила меня с восторженным мудрецом один на один.

– Ну что же ты? Не теряйся! С чего начнем?

– В Орте всегда была магия? – спросила я нерешительно.

И понеслось!

Я впитывала информацию как губка и не замечала времени. Пять дней практически безвылазно провела в домике у Дерзута. Слушала его, спрашивала обо всем на свете (вернее, в Орте) и изучала приемы магии. Теоретически. Для практики, которая, как уверяла Сафьяна, в целом возможна, моя связь с Армагаром должна была окрепнуть. Это притом, что я даже во снах перестала теперь видеть его…

Впрочем, к овладению магией я не стремилась. Другое дело – понимание происходящего, хотя бы поверхностные знания истории, политического устройства и особенностей жизни, подчиненной законам магии, пронизанной ею. Даже после всех передряг и приключений здесь воспринималось подобное с трудом. Мудрец же порой уходил в такие трансцендентальные дебри, что я и вовсе не понимала его. Чуть легче становилось, когда за дело бралась Сафьяна. Дерзут иногда вдруг засыпал прямо посреди разговора (судя по всему, случалось это с ним в силу почтенного возраста), и тогда саламандра переводила, а вернее, попросту читала написанное в свитках.

Так я узнала, например, о том, почему Орт настолько мал. По крайней мере, в сравнении с Землей. Обитаем здесь один лишь материк, и тот изрядно покрыт пустынями. По всему выходило, что драконы пришли сюда уже после некой глобальной катастрофы, сделавшей безжизненной большую часть поверхности планеты. Что именно произошло? Кто в этом повинен? Почему драконы оказали Орту подобную честь и пришли, одарив магией? Этого никто из ныне живущих не знал. Был расцвет, годы благоденствия и достатка, развития всех отраслей и направлений, созидания и покоя. А затем, когда драконы вынужденно покинули Орт, вновь упадок.

Более того, о катастрофе и приходе драконов почти никто в Орте не помнил и даже не верил, потому что знаний не сохранилось. Эти свитки, возможно, единственные в своем роде. Вот тебе и пустынники! Кочевой народ, который считают отребьем. Сильнейшая магия, скрытые города, древние знания… Невероятно!

Итан ухмылялся моей увлеченности и тоже уходил по своим делам. Изредка мы встречались в столовой, но даже там он почти всегда был занят жаркими дискуссиями с кочевниками. Так что интересовалась новым не я одна! Оставалось только поражаться спокойствию Заила, свято верящего в сохранность своих тайн и ни в чем нас не ограничивающего.

К слову, стоит отдать Итану должное, прежде чем погрузиться в собственные изыскания и стать поистине неуловимым, он пару раз пытался тренировать меня. Магии, да. Однако, поняв тщетность попыток, заявил, что в случае чего будет магичить сам, используя меня – внимание! – как батарейку! Я порычала немного, но признала, что в целом он прав. Даже если бы магия поддавалась мне, вряд ли возможно освоить ее за неделю!

Несмотря на познавательное и, без сомнения, приятное времяпрепровождение, было пора поговорить с Заилом об отбытии, но разговор этот пришлось отложить. На шестой день в оазис Заила наведались гости. Насколько я поняла, жители другого оазиса, ведущие с Заилом какие-то дела. И их появление, возможно, не особо отложилось бы у меня в памяти, если бы не одно «но». Они забрали с собой Айнитэ.

* * *

– У вас предусмотрен развод? – спросила я Айнитэ, прощаясь.

– Да, но для Заила одной женой больше, одной меньше… Не играет роли, а я… Я говорила тебе, что однолюб. Не хочу объяснений и сцен, не хочу больше оставаться здесь. Не суди меня, прошу. Знаю, это трусливо, но не смогу по-другому. Если пойду сейчас к нему, не смогу уйти.

– Что ты… И в мыслях не было! Если бы я знала, как тебе помочь…

– Не говори ему раньше, чем мы пройдем норой. Вообще не говори и… присматривай за ним, – попросила она. – Пусть Армагар хранит вас!

Вот так. Она попросту сбежала, и все благополучие жизни оазиса в моих глазах рассыпалось прахом. В груди засели тоска и обида. А еще злость на бесчувственного Заила. Впрочем… Увидев его поздним вечером того же дня у большого костра, где частенько собирались после ужина кочевники, я усомнилась в своем вердикте.

Заил выглядел подавленным и растерянным. Пустынники большей частью уже разошлись по домам, и я так и не поняла, обращался глава оазиса ко мне или говорил сам с собой.

– Она ушла, моя Айнитэ, не понимаю…

– Просто она умеет любить, – очень тихо сказала я.

Заил услышал.

– Неужели это ты надоумила ее?! – вскинулся он, буравя разъяренными, наполненными неожиданной болью глазами.

– Будешь винить меня? На себя посмотри! О, мои крошки, как я скучал по вашим жарким объятиям. Как она на тебя смотрела! Как ждала! Возможно, единственная, кто по-настоящему и искренне… Все, это не мое дело. Вообще не мое. И я ни к чему не призывала ее, ясно? Просто, когда болит сердце, – это тяжело.