Твой шёпот в Тумане - Мария Лунёва

Конь покосился в нашу сторону, увидел меня и фыркнул, поджимая уши. Что-то мне подсказало, что этот красавец меня узнал и вовсе не рад продолжить наше знакомство. Я заискивающе ему улыбнулась и сделала шаг вперёд. Честно признаюсь, хотела подлизаться. Нехорошо я, конечно, с ним последний раз поступила. Угнала от любимого хозяина. Но теперь-то нам можно и отношения наладить.

Конь был против.

Завидя, что я двинулась в его сторону, он демонстративно от меня отвернулся, поднял хвост и навалил кучу. По воздуху расплылся едкии аромат конского произвола.

— Это что за фокусы? — рыкнул Вульфрик. — Шеус!

Но пегий Шеус в прямом смысле клал на нас кучу навоза и не желал поворачиваться в нашу сторону.

— Вард, я думаю, ему наша Томмали не по вкусу пришлась, — ехидно пробухтел конюх.

— Она мне по вкусу пришлась. Так что седлай его. а то быстро заменю на того, у кого вкусы с моими совпадают, — гневно прорычал Вульфрик.

Услышав сердитый голос хозяина, коняка развернулся и стрельнул в меня глазом.

Фыркнул и качнул головой.

— Давай, продемонстрируй мне характер, и закончишь так же, как и Гаир, — конь снова глянул на хозяина и, кажется, подобрел. То ли понял. что им недовольны, то ли участь того таинственного Гаира была незавидной.

— А Гаир это кто? — тихо поинтересовалась я у Вульфрика.

— Конь вардигана, — пояснил он мне ровным голосом.

— И что с ним случилось? — не сдержала я любопытство.

— Хм, — Вульфрик, наконец-то, посмотрел на меня и улыбнулся, — ему не понравилась вартеса Ниори. Напугал девочку, да так, что та на лошадь садиться боялась. Страх она свой, конечно, переборола. Я подарил ей красивую белоснежную кобылку, которая ей очень понравилась.

В груди кольнуло неуместное недовольство. Он об этой вартесе с таким обожанием в голосе рассказывал, а со мной так отстранено.

— И при чем тут этот Гаир? — спросила я, но уже не столь заинтересованная в продолжение рассказа.

— Ну Ему кобылка тоже понравилась, но Ниори в отместку свела её с рыжим Хами, конём Сая. Гаир был в бешенстве.

Я хмыкнула. Естественно, с этой самой Ниори я не знакома, но месть мне её понравилась. Хорошо поставила коняку на место. А то кладут они тут кучи в недовольстве. А ещё я поняла, что не такой уж вард Вульфрик ледяной столб, каким хочет казаться. Раз он так тепло о жене брата отзывается, так может и ко мне пусть не любовь, но хотя бы привязанность проявит.

— Что притихла? — подозрительно поинтересовался вард. — Не нравится мне, когда ты себя так ведёшь, того и гляди, что выкинешь.

Это было уже обидно. К чему он это сказал?

— Я думала, мы уже объяснили друг другу причины своего поведения. Или вы теперь каждый раз будете возвращаться к тому, что я вела себя не так, как вы того желали?

Вард грубо сжал моё запястье. Казалось, вот только в настроении был, а теперь словно кто в него вселился. Конюх, поняв, что назревает ссора, схватил Шеуса под узды и повёл на улицу, оставляя нас с вардом наедине.

— Мне казалось, мы заключили мир, — напомнил вард, — а ты продолжаешь дерзить.

— Вы только что своими упрёками его разрушили, — огрызнулась я. — вам приспичило ехать на гиблое место. Вы специально тянете время, чтобы в сумерках там оказаться. Я лично не горю желанием попасть в туман на закате. Я, вообще, туда не спешу.

Выдернув из его хватки свою ладонь, демонстративно сложила руки на груди.

— Со мной, Томмали, нельзя так разговаривать, — рыкнул Вульфрик явно недовольный тем, что суженая не рыдает от счастья, а дерзит.

Развернувшись, вард двинулся на выход. Я обречено побрела за ним. Под ногами скрипели новенькие половицы недавно отстроенной конюшни. Лошади высовывали свои лорды и пофыркивали в мою сторону, словно высмеивали. Такой униженной я себя ещё никогда не чувствовала.

На входе в конюшню нас уже поджидал конюх и Шеус. Конь в нетерпении качал головой. Легко вскочив, в седло Вульфрик потянул мне руку. Схватившись за неё, я замерла, не зная, что делать дальше.

— Ну же, ты ведь уже забиралась в седло, — хмыкнул вард.

Прикусив губу я еле сдерживала подступившие слёзы. Держась за руку северянина, словно замерла истуканом.

— Просто, попроси меня о помощи, Томмали, — практически приказал Вульфрик.

Может быть, и попросила, если бы он вёл себя иначе. Но вот при таком отношении, лучше рядом с лошадью бежать буду.

— Попроси, Томмали, — тихо, но требовательно повторил вард.

Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Не знаю, что он там увидел, но лицо его изменилось.

— За что теперь вы так со мной? — негромко выдохнула, не понимая, в чём провинилась.

Мужчина словно отшатнулся, будто я ему под дых ударила. Всё высокомерие вмиг слетело с его лица, обнажая искренние чувства, — растерянность и какую-то потерянность. Но мне было всё равно до его чувств, о моих-то он не печётся. Чего мне его жалеть?!

Нагнувшись, Вульфрик подхватил меня за талию и посадил меня в седло впереди себя. Его рука так и осталась лежать на моём животе. Я остро ощущала жар, идущий от неё. Это нервировало и причиняло странный дискомфорт. Необычные ощущения и мне они не нравились.

Внезапно мужчина сжал меня, словно в тисках. Дышать стало сложно.

— Это сильнее меня, — зашептал он, — кровь Иного во мне требует власти над тобой. Она вопит о том, что ты моя. Это сносит крышу. Не задевай меня, Томма, дай прийти в себя. И прости за грубость.

Горячие губы скользнули по моей шее.

— Моя сладкая гордая девочка, — он шептал и словно безумец оставлял на моей коже лёгкие поцелуи. — Моя. Я хочу чтобы ты доверяла мне Дай мне почувствовать, что ты моя. Что не исчезнешь под иллюзией, не сбежишь. Прости, Томма. Я не хотел обижать.