Наследница поневоле - Инга Салтыкова

— Как так?! — у свекрови даже рот открылся. — Я ведь не видела ее, не чувствовала… Это… это… о, боги, это ловушка! — вдруг решила. — Бежим отсюда!

Решительно схватила Анну за руку и потянула за собой.

— Нет, стой! — девушка вырвала руку и упрямо осталась стоять, внимательно изучая появившееся, как из воздуха, примитивное жилище.

Ей вдруг страшно захотелось разобраться, в чем же дело. И не просто захотелось — из любопытства или по дурости. Колокольчики, уже не раз привлекавшие ее внимание к тому, что важно, зазвенели и на этот раз — не убегай, мол, не трусь. Разберись.

— Детка, это ошибка… Я не позволю тебе… — Адейла не пускала, хватала ее за руки, но Анна упрямо шла вперед, внезапно найдя в себе силы сопротивляться, стоять на своем…

— Я… я должна… должна узнать, что там, внутри… Да пусти же! — отпихнув ведьму, она вдруг побежала, будто ее магнитом потянула неведомая сила.

И это случилось.

Прямо перед ней, перед ее внутренним взором раскрылась истинная суть их будущего убежища — роскошные, просторные хоромы, скрывающиеся под убогим фасадом. Дорогая лепнина на потолке, широкие кровати, застланные покрывалами из меха… камин в центральной комнате и кухня со шкафами, заставленными утварью и припасами.

Целый замок, маскирующийся под избушку. Точнее, крепость, если принять в расчет ее недоступность даже для взгляда посторонних.

Не в состоянии отвести взгляда от прекрасного видения, Анна любовалась на эту красоту, скользя взглядом по гладко зачищенным каменным стенам, по гладкому мраморному полу, по окнам за плотными ставнями…

Вот это убежище так убежище! Тут не то, что войну, тут осаду пересидеть можно.

— Что ты видишь? — донеслось до нее будто издалека.

— Я вижу твой дом… снаружи и то, какой он изнутри… — ответила, не оглядываясь, боясь, что истинная суть избушки пропадет, как только она отвлечется.

— Это не ловушка? Что там внутри?

Анна улыбнулась.

— Ты очень красиво все обставила. Особенно гостиную с камином…

Свекровь сжала ее руку.

— Серьезно? Ты видишь мою гостиную… О Боги, ты действительно Видишь…

— Да, вижу и очень хорошо…

— Там никого нет?

— Ни единой живой души. Я бы почувствовала.

Она знала это. Знала, что никто не скрылся бы от ее внутреннего взора, и была абсолютно уверена — дом пуст.

— Тогда скажи мне, как войти — там внутри копия избушки… на столике в гостиной. Макет, который отражает то же, что и снаружи. На двери должны быть цифры, которые Элизар начертал, когда уходил… Восемь цифр — код для входа.

Анна нахмурилась, пытаясь найти макет домика… Вот он!

— Нашла!

— Видишь цифры на двери?

— Да! Два, три, восемь, девять, семь… Ох… Ничего себе!

Последнее относилось не к цифрам. А к тому факту, что дверь макета избушки вдруг сама по себе отворилась, будто приглашая внутрь. К своему изумлению, за крошечной дверцей она увидела все то же самое, что и снаружи — только в миниатюре.

— Есть! — торжествующе вскричала Адейла, вырывая ее из видения.

Анна поморгала, возвращая себе обычное зрение.

Радостно хлопая в ладоши, свекровь стояла на пороге уже настоящего домика — перед нараспашку отворенной дверью.

— Быстро, внутрь! — опомнившись, позвала ее. — Пока нас никто не заметил.

Анну не нужно было звать дважды. Сорвавшись с места, в несколько прыжков она преодолела расстояние до домика, проскочила следом за женщиной в раскрытую дверь и захлопнула за собой дверь. Вокруг макета избушки, который она сразу же увидела в реале, натянулся розоватый защитный купол.

— Всё… мы в безопасности… — облегченно вздохнула Адейла, плюхаясь в одно из кожаных кресел и блаженно вытягивая ноги.

Спустя полчаса, которые заняли осмотр помещений и приготовление завтрака из магически заготовленных и запасенных продуктов, тревога вернулась.

— Я не могу есть… — призналась Анна, поковыряв ложкой кашу из крупы, очень напоминающей овсянку.

Каша была вязкой, сладкой, с ягодами и фруктами — свекровь очень постаралась, стремясь накормить беременную. Но кусок в горло не лез.

— Надо… — мрачно ответила Адейла, отставляя свою тарелку — тоже еле тронутую.

Встала, подошла к окну, накидывая на плечи шаль, будто ей холодно.

Анна тоже подошла. Из окна хорошо видна была поляна и лес вокруг, несмотря на то, что самой избушки не то, что видно не было — ее невозможно было даже осязать. Любой, кто вознамерился бы потрогать или уничтожить зачарованное жилище, просто прошел сквозь него, будто сквозь обычный воздух. Сделать ее видимой мог только Видящий, коих во всем мире насчитывалось единицы, а уж открыть — только тот, кто знал код. Или тот, кто запер.

Эхх… где ты, тот кто запер?..

Она вздохнула судорожно, чувствуя, как ком снова подкатывает к горлу.

Не желая позориться глупыми слезами, отступила, отошла от окна и решила побродить по комнатам, поискать какую-нибудь библиотеку. Если Элизар хоть пару раз бывал здесь, библиотека просто обязана быть в одной из комнат.

Заставленная полками со старинными фолиантами, переложенными дерюгой, чтоб плесень не перекидывалась. Уютная, хоть и мрачноватая комната, в которой так приятно закрыться, залезть с ногами в кресло и читать, читать… пока не уснешь…

Ей почему-то вдруг стало совершенно необходимо найти ее, эту комнату. Ту, в которой бывал ее любимый.

Будто плетью подхлестнутая, она подскочила, побежала в глубь дома, на ходу заглядывая в каждую из дверей вдоль длинного, выложенного камнем коридора… Увидела лестницу — ну, конечно! Если тут и есть библиотека, она будет на втором этаже — Элизар в своем замке вообще занял под нее весь последний этаж, поделив помещение с обсерваторией…

В несколько шагов девушка взбежала по лестнице, уже чуя носом запах старых книг…

О да… Библиотека. Не очень большая, но уже сразу же, с первого шага такая родная, будто она бывала здесь много раз.

Тут же уютно вспыхнул магический огонь в камине, зажглись свечи…

Почти радостно вздохнув, Анна обошла кругом полки с приставленной к ним лесенкой на рельсах, погладила милые, потрепанные корешки…

Интересно, какую последнюю книгу он читал здесь, ее жених?

Наверняка что-нибудь заумное… магическое.

Она решила не мудрствовать — взять что-нибудь легкое и романтичное. Например, вот эти стихи… И вытащила с края полки тонкую книжку с цветами на обложки и красивым названием — Любимая Лилия Солнца.

Зачем-то уверила себя в том, что это именно стихи, и что если предаваться приятным и легким мыслям — они обязательно материализуются, обязательно воплотятся в реальность…