Рыжее пророчество - Сергей Платов

Я, соответственно, тут же отошел на этот же самый шаг, тем самым сохранив безопасное расстояние. Мой несложный маневр конечно же не остался незамеченным, и Бодун опять попытался выйти на расстояние удара. Как ребенок, в самом деле. И что прикажете с ним делать? Драться с князем воспитание не позволяет, да к тому же в порыве могу чисто инстинктивно колдануть промеж глаз. А подставлять ухо, когда только что кое-кто получил по другому, не позволяет выбранная жизненная позиция. Пожалуй, стоит попытаться перевести разговор в более конструктивное русло (вот каких умных и одновременно бестолковых фраз в боярской думе понабрался!).

– Кстати о прогулах, – встрепенулся я, – точнее, об их отсутствии. Дабы не раздражать вашу светлость несанкционированным отсутствием на рабочем месте, неплохо бы сделать это самое отсутствие санкционированным, то есть официальным.

– Чего? – даже немного опешил князь.

– Короче, мне необходим отпуск, чтобы разобраться со своими неотложными делами, – пояснил я непонятливому руководству. – Думаю, двух недель вполне хватит.

Судя по тому, как выпучил глаза князь, я немного не угадал с переменой темы. Ну кто ж знал, что эта его борьба за рабочую дисциплину примет такую клиническую форму? В другое время он бы меня торжественно отправил разбираться со своим ворохом дел, еще прощальный банкет замутил бы. А сейчас – гляди ж, завелся.

– Я смотрю, ты совсем обнаглел, – сурово заметил князь и опять попытался подобраться ко мне поближе, – до самой крайности.

– Почему же совсем? – возмутился я и, отметив необычайно боевой монарший вид, решил сразу расставить точки над «i».

В конце концов, должен же я знать, чем именно прогневил начальство и за что едва не получил выговор с занесением в ушную область.

– Так, стоп! – остановил я надвигающегося князя, – перед началом дебатов неплохо бы выслушать повестку дня. У вас, сиятельное вашество, имеется твердое намерение в отношении меня экзекуцию совершить, я же до сих пор не ведаю, где именно поперек монаршей воли след оставил.

Видя, что думский лексикон в данный момент неуместен, решил на всякий случай продублировать свои слова по-русски, тем более что наедине князь дозволял с собой общаться по-простому.

– Чем я тебя обидел-то, Бодуныч?

Князь как-то сразу скис, кулаки из боевого состояния вывел и обиженным голосом принялся перечислять мои прегрешения.

– Эх ты, а я тебя практически за друга считал… – протянул князь, смешно надув губы, – нешто не знаешь, что я тут во дворце в хандре-печали нахожусь? А ты, вместо того чтобы после нападения на терем сразу ко мне, подробностями поделиться, исчез в неизвестном направлении..

Только я собрался рот открыть и выдвинуть в мою защиту целую свору аргументов, как Бодун настолько выразительно зыркнул на меня, что чесать языком почему-то расхотелось.

– Да знаю, что ты хочешь мне сказать! Мол, Антип мне все рассказал, а ты семейство из города эвакуировал. Только сам посуди: какой рассказчик из твоего тестя? Пришел, доклад отбарабанил и исчез, словно его и не было.

Тут, конечно, правитель прав, я бы о ночном происшествии поведал куда красочнее Антипа, к тому же дополняя слова спецэффектами и локальными взрывами.

– Я бы и не серчал на тебя, если бы ты сразу по возвращении в город изволил ко мне прибыть, – продолжил Бодун, – так нет же, ты завалился в какой-то трактир. Словно тебе интереснее не со своим князем время проводить, а с голытьбой кабацкой. А между тем я тебе уже давно намекал, что имеется жгучее желание тайно, то есть инкогнито, в городе развеяться.

Честно говоря, я просто опешил от такого наката. Я ожидал чего угодно, но не банальной человеческой обиды зато, что забыл его пригласить с собой к Едрене-Матрене. Хотя что я говорю, уж я-то прекрасно знаю, что пусть он и князь, но прежде всего человек, а стало быть, имеет полное право на слабости.

Ну и что прикажете с ним делать? В трактир имени меня его тащить? Явный перебор, у меня до сих пор голова гудит, да и лимит на этот год я уже выбрал. Да что там лимит, с врагами надо разобраться, хватит уже гулять. Вот честное слово, как эту пакость заборю, сразу устрою князю экскурсию по злачным местам Кипеж-града.

Но это после, а что же сейчас? Вона как обиделся! А я князя знаю, в таком состоянии на него слова не произведут ровным счетом никакого впечатления. Тут нужен выход клокочущей в нем энергии. Эх, и кто это только мог подумать, что такой невинной малостью я навлеку на себя столь серьезное недовольство. Поверьте, я давал ему уйму поводов на меня гневаться, всех уже и не вспомнишь. Вот и пойми этих князей!

Итак, какая у него цель? Отыграться на мне за свои пустые обиды.

Каким способом? Исключительно физическим.

Согласен ли я на такое действо? На отыгрывание согласен, не привыкать. А вот на опухшее, как у Феликлиста, ухо – нет.

Отсюда вывод: выход энергии предоставить, а вот ухо уберечь.

Я напустил на себя показное раскаяние. Бодун тем временем продолжал обличать и клеймить. Он сделал пару кругов по горнице и, убедившись, что его речь должным образом меня проняла, резко сузил круги. Далее последовало еще несколько высказываний про неуважение к власти, про мое плохое поведение и про то, что он сам, минуя судебные инстанции, накажет меня за все мои прегрешения. Наказание последовало тут же в виде просвистевшего рядом с ухом кулака. Только благодаря тому, что я был готов к такому повороту, мне удалось избежать самосуда титулованного начальства. Это самое начальство на мое самоуправство прореагировало довольно странно.

– Власть не уважаешь? Меня не уважаешь?

Я не стал вдаваться в подробности и бросился наутек. Разящий кулак устремился за мной, как и надо было ожидать, безрезультатно. Далее последовал масштабный разгром княжеской опочивальни. Удивительное дело: в последнее время, где бы я ни появился, всюду начинает рушиться недвижимое имущество. Хорошо еще, что у Бодуна силенок поменьше, чем у таинственного врага и моих девчонок, а то точно разнес бы свой собственный дворец.

Но шутки шутками, а вскоре вокруг не осталось ни одной целой вещи. Сердился на меня князь с размахом. Вскоре стало ясно, что он не успокоится, пока не совершит задуманное, как в той истории про бороды. И если клок своей мужской гордости и солидности я ему пожертвовал, то ухо было жалко. Не пристало великому колдуну такие выволочки получать.

Наконец мне эта гонка изрядно поднадоела, я сорвал с окна единственную уцелевшую штору и вместо того, чтобы уворачиваться от монаршего гнева, сам пошел в атаку.

Несмотря на героическое сопротивление князя, мне удалось-таки его скрутить, завернуть в подручное средство, связать, после чего затолкать ему в рот носовой платок. Причем платок пришлось одолжить у самого Бодуна, так как мой был не совсем свеж и для благородного рта никак не годился.

В таком вот неприемлемом для самодержца виде (сам виноват) со всеми предосторожностями я водрузил его на трон, а сам уселся рядом передохнуть. Общение с непосредственным начальством меня изрядно утомило, и передышка была как нельзя кстати. Судя по всему, князь тоже утомился и некоторое время вел себя тихо. Однако долго это блаженство продолжаться не могло.